Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Просто твоя мама не умеет долго сердиться и легко прощает людей. И я считаю, что она поступает верно. Чем тяжелее груз обид, тем больше он травит твою душу и тянет тебя вниз. Тем сложнее тебе наслаждаться жизнью и фокусироваться на том, что действительно важно.

— Ты прав.

— Знаешь, вообще-то, я хотел извиниться перед тобой первым. Но… — Джейми на пару секунд замолкает и с еще большей жалостью смотрит на Терренса. — Я тоже прошу тебя простить меня. Пожалуйста, Терренс, прости меня за то, что я бросил тебя и Ребекку на произвол судьбы, разлучил с твоим братом и не интересовался твоей жизнью почти пятнадцать лет. За то, что столько лет скрывался от своей первой семьи. Пока Виктор и Лидия, его жена, буквально вытаскивали твою мать из депрессии и заставляли ее жить хотя бы ради тебя.

— Ничего страшного, я все понимаю.

— Не думай, что я стал хорошеньким и спустя много лет пришел к тебе и Ребекке, решив быстренько загладить вину. Это не так. Я действительно очень жалею о прошлом и хочу наладить с тобой отношения. Хочу быть рядом с тобой и Эдвардом до конца своих дней, утешать вас в трудные времена и помогать в любых ситуациях.

— Уверен, что смогу сблизиться с тобой.

— Я хочу доказать, что никогда не был таким ужасным. Что я умею любить и проявлять чувства. Уж теперь я буду проявлять их гораздо чаще и более открыто.

— Я верю, отец, — с чувством облегчения скромно улыбается Терренс. — И не надо переживать: я уже давно простил тебя и больше не буду в чем-то винить. Ведь ты оказался невиновен в том, в чем тебя обвинили.

— Спасибо, сынок.

— Ты уж прости своего глупого и наивного сына, который столько лет верил твоему злейшему врагу, — скромно улыбается Терренс. — Я не хотел обижать тебя.

— Нет, ты вовсе не глупый! — возражает Джейми. — А наивным я когда-то и сам был… Ничего страшного. Все мы ошибаемся. По крайней мере, ты всегда оставался смелым, преданным, заботливым и уверенным в себе человеком.

— Приятно это слышать.

— Ракель очень повезло иметь такого прекрасного жениха. И я очень надеюсь, что она это понимает.

— Конечно, понимает.

— И я хочу, чтобы ты помнил одну вещь. Несмотря ни на что, я всегда буду любить тебя и гордиться тобой. Мне совсем не стыдно заявить всем, что я – твой отец. Ты – мой первенец. Ребенок, рождение которого разделило мою жизнь на до и после.

— Ну а я горжусь иметь таких чудесных родителей, — с гордо поднятой головой широко улыбается Терренс. — Что у меня есть такая потрясающая мама, которая является самым добрым, заботливым и нежным человеком из всех, кого я знаю. И не менее потрясающий отец, чьи смелость и решительность заставляют меня восхищаться им. Я до сих пор в восторге от того, как уверенно ты держался во время борьбы с дядей. Это было изумительно .

— Я сделал все это ради семьи. Ради ее спасения и благополучия.

— А поскольку ты доказал это своими поступками, то я считаю, что ты заслуживаешь второй шанс. Которым, как я надеюсь, ты воспользуешься вполне разумно. И не будем вспоминать прошлое. Все совершают ошибки. Нет совершенно идеального человека. Жизнь – это опыт, опыт – это ошибки, а ошибки – это вкус, который может быть сладким, приятным и хорошим или горьким, противным и ужасным.

— Обязательно, сынок, — с легкой улыбкой отвечает Джейми, похлопав Терренса по плечу. — Сделаю все, чтобы стать прекрасным отцом не только для Эдварда, но и для тебя.

Терренс облегченно выдыхает с легкой улыбкой на лице. Джейми немного неуверенно протягивает ему руку, и тот сразу же пожимает ее, неотрывно смотря на своего отца. Поскольку они в первые приблизились друг к другу настолько близко, то они чувствуют себя немного скованными и тратят некоторое время на то, чтобы сломать некий психологический барьер и преодолеть нерешительность и стеснение. Чуть позже они слегка хлопают друг друга по плечу свободной рукой, постепенно избавляясь от чувства неловкости и чувствуя себя более расслабленными. Улыбки Терренса и Джейми становятся все более широкими и уверенными, а напряжение покидает тело. После долгого пристального взгляда в глаза отец и его старший сын заключают друг друга в крепкие объятия, почувствовав, как им тяжело дышать от резко нахлынувших эмоций.

Внутренний голос говорит Терренсу, что это действительно его отец. Оказавшись в его объятиях, он мгновенно чувствует связь с Джейми. Что-то теплое, будто бы давно забытое начинает зарождаться внутри него и дарит чувство, что он нашел потерянную частичку себя. Этот момент оказывается настолько эмоциональным, что широко улыбающийся мужчина не сдерживает слезы, что медленно скатываются по его щекам. Джейми и сам буквально задыхается от переизбытка эмоций и не скрывает своей широкой улыбки. В какой-то момент на его глазах также проступают маленькие слезинки, пока он крепко обнимает своего старшего сына, положив руку ему на затылок, пока тот тихо шмыгает носом и слегка дрожит от небольшого напряжения.

Глава 40.7

Когда ее старший сын впервые в жизни обнял своего отца, Ребекка перестала сдерживать своих эмоций и начала тихонько плакать от счастья. На ее лице появляется широкая улыбка, а она сама прикладывает сложенные друг к другу руки ко рту. Не скрывая своей искренней улыбки, Эдвард крепко обнимает свою маму обеими руками, прижимая ее поближе к себе и в какой-то момент погладив женщину по голове.

— Господи, мои молитвы были услышаны , — тихим, дрожащим голосом говорит Ребекка и шмыгает носом. — Не могу поверить, что это случилось!

— Как же здорово, когда все мирятся друг с другом, а любая история заканчивается счастливым концом, — уверенно отвечает Эдвард.

— Я думала, этот день уже никогда не настанет. Но он настал ! Спасибо, господи! Спасибо большое!

— Ах, мама…

Эдвард мило целует Ребекку в щеку, утыкается носом в макушку ее головы