Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Да, можешь говорить, мы слушаем, — спокойно говорит Наталия.

— Э-э-э… — неуверенно произносит Хелен и замолкает на пару секунд, слегка прикусив губу. — В принципе я уже сказала все, что должна была… Просто… Хочу сказать вам, что мне правда очень жаль, что все так получилось.

— Послушай, Хелен… — спокойно произносит Ракель.

— Ракель, Наталия, я знаю, что вела себя просто ужасно по отношению к вам, — с жалостью во взгляде отвечает Хелен. — Знаю, что вы ни в чем передо мной не виноваты. Но у меня никогда не было злого умысла против вас. Да, я издевалась над вами, но при этом никогда не испытывала никакой ненависти.

— И из страха перед Эшли ты вела себя так безобразно? — удивляется Анна. — Вы все знали, что поступайте ужасно с Наталией и Ракель, но продолжали идти у нее на поводу.

— Вы же прекрасно знайте, что Эшли могла сделать, если кто-то ей не нравился, или какой-то человек шел против ее воли. Никто не хотел терпеть регулярные издевательства. Вот нам и пришлось играть роль ее друзей.

— Но это глупо , Хелен! Очень глупо! Неужели ты не понимаешь? Вы все повели себя как трусы. Как люди, у которых нет своей точки зрения. Которые готовы поддаться кому-то, кто возомнил себя звездой!

— Я знаю… Но прошу, пойми меня… Таково правило любого коллектива. Если ты как-то выделяешься и идешь против большинства, то тебя начинают презирать или до смерти ненавидеть. Как правило, люди зависимы от мнения большинства и считают нужным уступать лидеру. В нашем случае лидером была Эшли. Ей все потакали, несмотря на то, что ее любили лишь три человека. Да, никто не выбирал ее лидером – она сама себя провозгласила королевой. Но идти против нее означало прощание со спокойной жизнью.

— Разве никто из вас не понимал, что вы причиняйте боль Ракель и Наталии, которые не сделали ничего плохого и пытались быть милыми со всеми? — недоумевает Анна. — Они пытались подружиться хотя бы с некоторыми людьми, но в итоге нашли общий язык лишь друг с другом.

— Честно говоря, я ни о чем не думала… — тяжело вздыхает Хелен и заправляет прядь волос за ухо. — Вряд ли дети и подростки задумываются об этом. К тому же, мне казалось, что дружить с лидером – это круто. А поскольку я общалась с Эшли, это означало, что мне нужно было делать для нее все и выслушивать ее едкие замечания о себе и других. Знайте, как она критиковала меня! Настолько сильно, что я начинала порой сомневаться в себе. Но благо дедушка с бабушкой научили меня не обращать на это внимание.

— Вот видишь, — мотает головой Ракель. — И какой подругой могла быть Эшли, если она критиковала всех подряд, а свои недостатки не замечала?

— Сейчас я понимаю, что она никогда не была моей подругой. Тогда мне казалось, что это не так. Но нет… Настоящая критика помогает тебе становиться лучше, а не начать сомневаться в себе и забывать о том, кем ты являешься. Она не оскорбляет тебя и твои чувства. Она всего лишь указывает на твои ошибки и помогает найти способ исправить их. Я начала понимать это, когда познакомилась с подругой Питера, которая стала моим первым настоящим другом. Да, она немного резкая и порой грубоватая, но я ни разу не слышала от нее критику и унижения.

— Неужели ты никогда не хотела покончить с дружбой с Эшли? — недоумевает Наталия.

— Хотела, но не могла решиться и боялась, что она не даст мне спокойной жизни.

— Господи, ты же нормальная девчонка. Я никогда не считала тебя плохим человеком. Мы с тобой неплохо общались до того, как вы все обиделись на меня из-за дружбы с Ракель.

— Я тоже никогда не была против тебя, — уверенно признается Ракель. — Несмотря ни на что. Да и я не могу обижаться на ребят, потому что они устроили мне эту травлю лишь из-за страха перед Эшли, Если бы ты захотела, я бы и тебе дала шанс подружиться со мной. Любому дала бы.

— Я знаю, девочки, — с жалостью во взгляде говорит Хелен. — Знаю, что вы очень хорошие и добрые. И удивлена, что вы до сих пор общайтесь, даже несмотря на то, что прошло уже много лет с выпускного.

— Да, это так, — отвечает Наталия и убирает с глаз пару прядей волос. — Мы никогда не прекращали наше общение. И общаемся по Интернету, даже когда находимся на расстоянии.

— Ну а как ты уже слышала, я возобновила общение с ними гораздо позже, — добавляет Анна. — Но с тех пор мы никогда не прекращали общаться втроем. Ну а потом подружились с парнями. И я всех очень сильно люблю.

— Со мной все то же самое, — уверенно говорит Ракель. — Хоть я знакома со многими людьми, с которыми хорошо общаюсь и работаю, мои самые близкие люди – это Анна с Наталией, Терренс, Эдвард, Даниэль и Питер.

— Повезло вам… — с грустью на лице тихо вздыхает Хелен. — Наверное, люди правы, когда говорят, что каждый получает то, что заслуживает.

— Я не думаю, что ты сейчас чем-то обделена, — дружелюбно говорит Наталия. — У тебя есть бабушка с дедушкой, хорошие друзья…

— Дедушка умер спустя некоторое время после моего знакомства с Питером. Три года назад. Из родни у меня осталась только бабушка.

— Сочувствую. Но все равно ты не одинока. У тебя есть миссис Маршалл и Питер.

— Знаю. И да, если вы думали, что мы с Питером все еще друзья, то теперь у нас начались отношения.

— Мы уже поняли это, — слегка улыбается Анна.

— Да, парни рассказывали нам, что вы выразили друг другу взаимную симпатию, — добавляет Ракель.

— Это правда, — с легкой улыбкой подтверждает Хелен. — Мы признались в этом друг другу, когда Питер еще был в больнице. А пару дней назад решили попробовать повстречаться…

— Вот видишь, все не так уж и