Измена. Всё начинается со лжи - Татьяна Тэя

я подхожу ему. Это на уровне молекул: запахов, вкусов, аромата кожи. Меня трясло от предвкушения. Конечно, если бы я сопротивлялась, он бы отступил. Я знала, что мне не причинят вреда.

И тогда я снова подумала: какого чёрта!?

Я хочу, чтобы это произошло.

И это произошло.

Наши дни

– Ого, – говорит Рузанна. – Ну и история.

– Это было только раз, – быстро вставляю. – Мне и в страшном сне не привиделось бы, что я могу изменить мужу. Меня не так воспитывали. Но… как-то обидно стало. Он то первый начал!

– Это я тоже понимаю.

Вздыхаю, недовольная собой.

Да, меня воспитывали, как хорошую девочку. Я с детства впитала в себя установки, какой должна быть настоящая женщина. Замужем, с детьми, хранительница семейного очага, терпеливая, заботливая, приветливая, понимающая и… верная. Верная – это основа. База! Как нынче модно говорить.

И я, выходя замуж за своего первого и единственного мужчину, действительно верила, что он таким, – первым и единственным, – и останется. Но вышло совсем не так, как задумывалось.

Конечно, мне было стыдно. Очень стыдно. Особенно за то, что вначале было хорошо. Вначале хорошо, потом стыдно.

– Больше всего лично меня в этой ситуации бесит твой муж, – негодует Руза. – Кабель недоделанный.

– А я сама хороша… как выяснилось.

– И что? Он первый начал.

– Вот этим я себя до сих пор и оправдываю. Он первый начал.

– Тогда… почему ты его простила?

Опускаю взгляд и бурчу:

– Разве это не очевидно?

– Нет.

– Ну… он изменил, я изменила. Когда он начал оправдываться. Молить о прощении. На коленках вокруг меня ползал, обещал, что это было всего раз, что его чёрт попутал и… ну наговорил всего, что обычно говорят неверные мужья… вот тогда… что я могла ему ответить, когда сама ночью трахнулась возле бассейна с каким-то незнакомцем?

– У-у-у… звучит, как отличная затравочка для романтической комедии.

– Ничего весёлого, Руза.

Новая подруга вздыхает, смотрит на меня с сочувствием.

– Да понимаю. Это так – поддержать хочу. И поддерживаю, как умею.

Если честно, я не особо вслушивалась тогда, что Саша заливал. Была погружена во впечатления от собственного греха. А ещё заперлась в номере и носу оттуда не показывала. Опасалась, что, если выйду, могу наткнуться на моего ночного визави.

Ещё ужасно было то, что я даже имени его не знала. Хотя нет. Была вещь ещё ужаснее – мы не предохранялись.

Всё случилось быстро, спонтанно, никто и не подумал о защите. Я точно не думала. А о чём я вообще думала?

Подношу руки к голове, тру виски. Рузанна сочувствует, подливает мне чай и похлопывает по руке.

– Хватит себя есть. Случилось и случилось.

Когда я доплелась до номера, Саша дрых на кровати в одиночестве. Он не слышал, как я зашла. Любовница его уже ушла и следов не оставила. Я шмыгнула в душ. Поплакала там от души, намыливала себя гелем с ног до головы, стремясь смыть запах чужого мужчины с кожи. И в то же время, не желая его смывать.

Затем, завернувшись в банный халат, забралась с ногами на кресло и, кое как пристроив голову на спинку, задремала.

Утром меня разбудил Саша. Началось театральное представление с ползаньем вокруг меня и самобичеванием. Может, он ждал, что я начну кричать, но я лишь кивала и качала головой. Потом плакала. Он, конечно, подумал, что из-за него. А ещё я сказалась больной. Наговорила, что у меня живот болит. Саша пытался уговорить меня остаться. Умолял и умасливал, говорил, что хочет исправить впечатление от выходных. Но я стояла непреклонно на своём, и мы уехали.

Следующий месяц Саша был шёлковым. Заваливал меня цветами, подарками, осыпал поцелуями, примирительный секс вернул в нашу жизнь радость совместных оргазмов.

А потом я узнала, что беременна. У меня и мысли не мелькнула, что ребёнок может быть не от него. Путаница эта со сроками ещё.

– А как ты узнала, что Ваня и есть тот самый «волейболист». Вернее, что тот «волейболист» и есть Ваня.

– Набралась храбрости, залезла на сайт компании, долго рылась в разделе «о сотрудниках», смотрела фото с корпоратива. И вот так узнала, что он какой-то там руководитель ай-ти направления. Сути уже не помню. А сейчас он почему-то уже технический директор. Но у него такая квартира и связи, Руза, что я с трудом могу представить, что он мог на неё сам заработать на той должности, на которой значится.

– Ну почему же, – задумчиво тянет она. – Айтишники отлично зарабатывают. А технические директора и подавно. Может, и его отдел вовсе и не отдел компании, а отдельная фирма в составе холдинга, где работает твой почти бывший муж?

– Я не разбираюсь, – честно ответила.

– Что делать думаешь теперь? Как-то ему признаться надо, да про дочь рассказать.

– А если Рита не от него.

Рузанна усмехнулась.

– А у нас ещё кандидаты на роль папаш поневоле имеются?

– Нет-нет, – активно замотала головой, – только он.

– Ну тогда вывод очевиден. Закажем шампанского? Отпразднуем?

– Что праздновать-то?

– Твоё освобождение от «арбузера» Саши. Смотри на жизнь веселее, Аля. Что случилось, теперь уже обратно не воротишь. Тогда постарайся выжать максимум от этой ситуации.

Слова Рузанны всё ещё крутятся в моей голове, когда я возвращаюсь в квартиру к Ване. Стало чуть легче, когда я поделилась хоть с кем-то своей историей. Рузанна просто прелесть. Уверена в себе на сто процентов. Может, это, видимость, конечно. Но мне бы тоже хотелось уметь так мастерски пускать пыль в глаза окружающим.

Захожу в холл, скидываю обувь и босыми ногами шлёпаю на кухню. В пакете у меня ещё одна бутылка шампанского. Обычно я не напиваюсь, но сегодня хочется продолжить. Предложу вечером Ване бокальчик. Он так мне помог с квартирой. И вообще… разговор с Рузанной всколыхнул во мне надежду, что всё может закончиться для меня хорошо. Надо лишь поговорить с Ваней. Вот выберу подходящий момент и обязательно это сделаю.

Вопрос: а как начать?

Вариант «а помнишь на корпоративе ты поимел незнакомку возле бассейна… так вот… это была я…» как-то не очень подходит.

Посмеиваясь, я пристраиваю бутылку шампанского в холодильник, когда раздаётся звонок в дверь. Не совсем понимая, а кто это может быть, я разворачиваюсь и иду открывать.

Глава 12

Не знаю, зачем я вообще трогаю эту дверь. Понятно ведь, что это не Ваня. Но вдруг соседи снизу, которых заливаем или кто-то ещё. Мне почему-то кажется, что в этом элитном жилищном комплексе можно даже в глазок не смотреть.

Вот и я