Секрет (не) моего дракона - Ардана Шатз

полного морального уничтожения. Никто — Я добавил уже тише, но так, чтобы у них в венах застыл лед. — Не смеет вредить моей напарнице. Даю вам три минуты. — Я отошел к двери и облокотился на нее спиной. — Время пошло.

Теперь они зашевелились. Те, что сидели рядом, начали перешептываться, остальные затравленно озирались и бросали на меня взгляды, в которых читался страх. Что, девочки, не думали, что дракон умеет быть жестким?

Было забавно наблюдать за их шевелением. Совсем не то, что они ожидали, приходя сюда. А то, что среди них точно есть виновница, из-за которой Триша до сих пор прячется в комнате, я был уверен. Такая яростная фанатичка не упустила бы шанса лично пообщаться со мной.

Я почувствовал, как дернулось плечо. Пора снова поговорить с деканом о запрете допуска на трибуны посторонних во время тренировок. И если Тришу затравили уже за одно то, что она была моей напарницей, то что могло произойти, узнай эта невменяемая о нашем поцелуе? Явно ничего хорошего.

— Ну так что? Предпочитаете по-плохому? — Я прошелся по пустому пространству в центре гостиной. — Или все же хватит смелости признаться? У вас осталось полминуты.

Повернулся спиной и отошел к книжной полке, поправил неровно стоявшие книги. Позади раздался вздох и снова зашептались. Так-так-так. Кажется, кто-то все же решился.

Я медленно, растягивая момент, обернулся. Та самая, что сидела, выставив на мое обозрение длинные ноги, стояла сейчас чуть впереди, стиснув зубы и опустив голову. Я прищурился, оглядел ее с ног до головы. Красивая, могла бы дать фору даже Трише. Белокурые локоны, спадающие ниже плеч, стройная фигурка, на форменном платье расстегнуто на одну пуговку больше, чем того позволяют приличия, чтобы подчеркнуть аппетитную грудь. Я усмехнулся. На что только не идут адептки, лишь бы привлечь внимание того, кого они даже не знают.

— Имя, курс. — Я приблизился к красотке и двумя пальцами ухватил ее за подбородок, заставляя поднять голову и посмотреть мне в глаза.

— Алисия Дейн. Третий курс. — Негромко сказала она и отвела взгляд, не выдержав моего.

— А теперь расскажи мне, Алисия Дейн, для чего ты все это устроила? Чем тебе не угодила адептка Блэкс?

Она упрямо сжала губы и продолжала смотреть в сторону.

— Я. Задал. Вопрос. — В голосе прорезался рык.

— Она тебя недостойна. — Девчонка начала дрожать, но говорила уверенно.

Я фыркнул.

— Вот, значит, как? А кто достоин? Ты?

— Может, и я. — Нахальства ей было не занимать.

— Послушай меня, Алисия. — Я говорил медленно, четко выговаривая каждое слово. — Такая как ты никогда не станет достойна и рядом встать рядом со мной. Подлая, озлобленная, жалкая. Если ты еще хоть раз посмеешь хотя бы косо посмотреть в сторону моей напарницы, я тебя уничтожу. И если я узнаю, — Я повысил голос так, чтобы слышали остальные, — что кто-то из вас распускает сплетни или просто упоминает ее или мое имя, я добьюсь отчисления каждой.

Я обвел взглядом остальных, давая понять, что это касается всех, а потом снова посмотрел на Алисию. Наклонился ниже и прошипел:

— Если узнаю, что ты читала ее дневник…

— Я не читала! — Она сорвалась на крик и закрыла лицо руками.

— Твое счастье.

Я отошел, в последний раз смерил ее взглядом и снял с двери заклинания. Вышел в коридор и выдохнул. Теперь можно было поговорить с самой Триш. Даже если она не готова к разговору.

32. Триша

— Я хочу поговорить.

Я стояла возле двери и кусала губы. Мне даже в зеркало смотреть не нужно было, чтобы знать, что я ужасно выгляжу. Красные заплаканные глаза, распухший нос и мокрые от слез щеки. В довершение всего — удобный, но некрасивый растрепанный пучок на макушке.

В дверь снова ударили костяшками пальцев.

— Будет лучше, если я не стану привлекать к себе внимание.

Рэй явно начал терять терпение, но я просто не могла заставить себя прикоснуться к дверной ручке. Не хочу, чтобы он видел меня в таком виде. Не хочу, чтобы он знал, что я плакала из-за него.

После того поцелуя, от которого я совершенно потеряла голову и на долгие минуты забыла о том, что Рэй нашел и наверняка прочитал мой дневник, я целый день не решалась покинуть комнату. Было стыдно за свою слабость, за то что я не только позволила себя поцеловать, но и ответила с такой страстью, будто Рэй был моим возлюбленным. А самое страшное, что мне так хотелось вернуться, броситься в его объятия и признаться во всем, что меня мучает. Что эта кража дневника стала последней каплей в череде преследований от неизвестной поклонницы дракона, что я на самом деле больше не считаю его высокомерным и наглым гадом, хотя наглости ему было не занимать — взять тот же поцелуй… Но вместо этого я смогла лишь запереться в комнате и выплеснуть все свои чувства в слезах.

И сейчас Рэй уже второй раз за день стучал в мою дверь и хотел поговорить. А я была не готова. Да и что он скажет?

— Хорошо. Тогда я скажу так. И мне наплевать, если услышит кто-то посторонний.

Я прикоснулась к деревянной поверхности.

— Подожди! — Сердце забилось чаще. Я отперла замок и приоткрыла дверь так, чтобы меня не было видно. — Мы можем поговорить в другом месте?

К моему счастью, Рэй не попытался войти.

— Жду в аудитории через десять минут.

Я услышала удаляющиеся шаги. Будто мне хватит десяти минут, чтобы привести себя в порядок! Нет, он все-таки эгоист!

Я дождалась, когда шаги дракона стихнут, и бросилась в ванную. В умывальной комнате, где в ряд стояли раковины с зеркалами, стояли несколько адепток помладше. При моем появлении они резко замолчали, а потом и вовсе чуть ли не бегом покинули комнату. Но удивляться было некогда. Я набрала ледяную воду в ладони, умыла лицо, но это не сильно помогло. Пришлось, преодолевая откат, применить небольшую, но магически затратную хитрость. Опухшее лицо приобрело приемлемый вид, хоть глаза и оставались покрасневшими. Но сейчас это можно было списать на усталость. Я развязала узел на макушке, как могла пальцами расчесала волосы, перекинула их на одно плечо и поправила платье. Теперь я выглядела просто замученной учебой, но о том, что полдня провела в слезах, никто бы даже не догадался.

Рэй не уточнил номер аудитории, но я наугад подошла к той, в которой мы не так давно разговаривали наедине. Дверь была приоткрыта, а внутри светился тусклый огонек, не рассеивая тьму, но