Прости за любовь. Причал - Кристина Лин

Моя хорошая, сожру тебя. Платье это дурацкое первым делом сниму. И не надевай его больше, детка. А лучше, совсем ничего не надевай, — так нам обоим удобней будет.

— Ты все правильно делаешь, Насть, — продолжаю шептать в ухо.

Взгляд падает на пульсирующую венку на шее, в штанах становится тесно. Маленький вкусный котенок, что же ты со мной делаешь?

— А говорила, что не справишься, — намеренно задеваю губами кожу на шее.

Настя вздрагивает, а я тащусь, как придурок. Балдею от ее реакции. Что же ты такая сладкая, м?

— Еще столько комнат не готовы, — говорит она чуть осипшим голосом, сжимая сильнее пальчиками мой локоть. — Мы ничего не успели сделать. Так мало времени было.

Угу, мало.

Тебя мне мало, это точно. Руки в кулаки сжимаю, чтобы не прикусить эту пульсирующую венку на шее. И платье дурацкое с тебя сорвать.

— Не бери в голову, — в голове стучать начинает, — ты все правильно сделала.

Каждый раз рядом с ней дурею. Так и умом тронуться недолго.

— Ты, правда, так считаешь? — с надеждой мне в глаза заглядывает.

Только она умеет так смотреть, ей-Богу! Отказать невозможно. Мозг уплывает и хочется тащить маленькую в темный угол.

Спокойно, Рус! Вернись в реальность! Вон, уже и гости на пороге. Но, несмотря на это, наклоняюсь к ее уху, слегка прикусываю мочку. Она легонько вздрагивает, сжимает мою руку, пытаясь прекратить вольности.

— Сегодня здесь ночевать будем, — шепчу сиплым голосом, — спальня уже готова, я видел.

Это даже не намек. Но, мне кажется, Настя смирилась с моими привычками.

— Руслан, гости, — напоминает она.

С трудом от нее отлипаю.

Знала бы, что этим только драконит хищника!

— Добрый вечер, — раздается голос Елены. Она грациозно ступает вперед, ее спутник жмет мне руку.

Шикарная женщина, щедро приправленная бриллиантами. На этот шедевр было приятно смотреть, если бы не знал, какая она акула на самом деле.

— Рад видеть, — говорю, приветствуя гостей.

Женщина сияет великолепием в ярко-красном платье, губы в улыбку растягивает. Я почти уверен, что этот разворот бедра и выражение лица она дома часами у зеркала отрабатывала. Копна рыжих волос уложена в замысловатую прическу, идеальное лицо, мастерски одетое в макияж, пережило не одну пластическую операцию. Но это только подстегивает ее уверенность в себе. Эта женщина красива, и знает это.

Как только она появилась на пороге, Настя заметно поникла. Моя малышка смотрит на женщину, как на божество с глянцевого журнала. И, я почти уверен в этом, думает о собственном несовершенстве. Притягиваю жену к себе за талию, пытаясь отвлечь от этих глупостей. Но Настя, все равно, напряжена до предела.

— Представишь мне свою спутницу? — спрашивает Елена.

Она сияет улыбкой, а глаза хищно блестят. Меня всегда раздражали такие бабы. Уверен, что она читала о моей женитьбе, но упорно делает вид, что не в курсе. Ее игра выглядит неестественной и глупой. Но я не подаю вида.

— Моя жена, Анастасия, — знакомлю дам, которые вряд ли когда-то подружатся. Слишком они разные. Диаметрально противоположные. — Настя, это Елена.

— Приятно познакомиться, — колокольчиком звучит голосок супруги.

Ну же, Настя! Ты гораздо лучше этой пираньи! Мне еще предстоит с ней важный разговор. Надеюсь, она передумала, и все то, что говорила мне в среду, не всерьез.

— И мне приятно, — хищно сверкнув глазами, говорит Елена. Захотелось спрятать жену за спину от этого ее «доброго» взгляда. — Надеюсь, мы станем подругами, — добивает женщина, пожимая руку моей супруги.

— Да, конечно, — машинально соглашается Настя. Добрая она, даже слишком. Чаще всего, незаслуженно мягкая с окружающими.

— Проходите, пожалуйста, — мой голос срывается, он совсем не гостеприимно звучит.

Даже спутник Елены посмотрел на меня в недоумении. А сама женщина хищно зыркнула в мою сторону. Но тут же, будто опомнившись, усилием воли придала лицу доброжелательное выражение.

Как же нелепа вся ее игра! Если бы не влиятельный папаша, ее бы тут даже не было.

— Да, пожалуйста, чувствуйте себя, как дома, — добавляет Настя добродушно.

Она чистая, не знает подлости. Не то, что некоторые. И не то, что я.

Елена кивает, подхватывает под локоть своего спутника. Проходя мимо, будто случайно, задевает меня рукой. Ненавязчиво, но намек предельно прозрачен. Папаня приучил ее, что все, чего пожелает, она может получить. И это, блин, бесит! Потому, что зачастую в жизни именно такие и получают себе все.

— Она красивая, — выдыхает Настя, глядя вслед женщине.

— Пожалуй, — соглашаюсь, думая о своем.

Ты даже не представляешь себе, какая она сучка!

Да, ты и не сможешь себе представить. Слишком добрая и чистая для всей этой грязи.

Глава 24

Настя.

Из своего укрытия наблюдаю за мужем. Хотя, наверное, столик с закусками трудно назвать укрытием. А я совсем не прячусь. Но ощущаю себя, как невидимка в переполненной людьми комнате.

Я всегда знала, что меня трудно назвать красавицей. Худощавая фигура, на которой дорогое стильное платье висит невнятной тряпкой. Слишком пухлые губы, они мне никогда не нравились. Самые обычные глаза и, не самой идеальной формы нос. Совсем не то, что безупречная Елена, с которой танцует мой муж.

Еще в прошлую нашу встречу она поразила меня. Идеальная красавица, женщина явно привыкла к знакам внимания. Ее невозможно не заметить, ею нельзя не восхищаться. Все, что она говорит или делает, получается с такой грацией и величием, с которыми мне никогда не конкурировать. Она просто восхитительна.

В отличии от меня.

Все никак не привыкну к тому образу жизни, который предполагает частые выходы на разные мероприятия с мужем. И во время которых внутри все сжимается от страха. Руслан в своей стихии на разных встречах или перед публикой. Ему ничего не стоит дать интервью, даже, если он не готовился. Мой муж просто создан для публичности. Он рожден быть в центре внимания. Рядом с ним моя невзрачность кажется еще более заметной.

Все, как всегда. Руслан — центр внимания, а я стараюсь спрятаться у него за спиной. Ну, или, где придется. Другое дело — Елена. Вот кто создан для всеобщей любви, наравне с моим мужем.

Я постоянно ловлю влюбленные взгляды в сторону моего мужа со стороны самых разных женщин. Это своего рода традиция уже. Я бы сказала, ритуал. Даже теперь, у нас дома. Где, наверное, каждый приглашенный, хотя бы раз за вечер, задался вопросом: как эта серая мышка заполучила его? И дело в том, что я и сама до сих пор не знаю ответа на этот вопрос.

— Ревнуете? — вырывает меня из потока мыслей