Землянка для опасных айтори - Ева Флер

Мун и Сан навалились на охранников, прижав их к земле всей своей массой. Один испуганно ахнул, когда тяжёлые лапы выбили дыхание из его груди. Другой замер, увидев перед лицом блеск клыков.

Девушки завизжали. Вокруг началась паника — люди шарахались. Игнорируя всё, я сделала шаг к девушкам:

— Скажите, где Лера!

Из‑за спины перепуганных девушек вдруг вынырнул и метнулся ко мне круглый, оливковый оттенка кожи гуманоид в богатом кафтане. Большие уши‑лепестки у него тряслись от негодования:

— Безобразие! Немедленно отпустите моих грузчиков! Охрана! Караул!

Он заслонил собой девушек, размахивая короткими ручками.

Сверху, заглушая крики вокруг, зависли три дрона охраны — гладкие сферы с пульсирующими красными огнями. Они нацелились на бистаров.

— Немедленно прекратить агрессию! — зазвучал безэмоциональный механический голос.

Мун огрызнулась на ближайший дрон. Сан глухо зарычал. Я перепугалась, поняв, что сейчас начнется стрельба на поражение.

— Всем стоять!

Это был голос Скаара — низкий и резкий, как удар хлыста. Я оглянулась. Он, Стил и Кони шли сквозь толпу — и люди перед ними расступались сами собой. Его лицо было маской холодной ярости. Стил — рядом; его рука уже лежала на рукояти бластера. Кони была белее мела.

Скаар встал между дронами и моими зверями. Он посмотрел на них и приказал:

— Мун, Сан, ко мне!

Мун и Сан замерли, а затем кинули на меня грустные, извиняющиеся взгляды и метнулись за спину Скаара. Снова признавая его силу и авторитет.

Стил тем временем добрался до меня. Он не стал ничего спрашивать. Просто обхватил за талию, оттащил от орущего оливкового гуманоида и прижал к себе. Кони вцепилась в мою руку.

— Эти животные — моей жене, — голос Скаара был тих, но его слышали все. — Я вольный командир Скаар Тайк.

Дроны зависли, мигая:

— Агрессия на территории рынка.

— Агрессии не было. Простое недопонимание.

Скаар выразительно посмотрел на толстяка — и тот быстро закивал:

— Д‑да! Непонимание!

— С вас штраф за ложный вызов — 100 кредитов.

Толстяк печально пискнул, но согласился со штрафом. Дроны улетели.

Я затрепыхалась в крепкой хватке Стила:

— Успокойся, — прошептал он в самое ухо.

Я вцепилась пальцами в его комбез, трясущимися руками:

— Они… на земном языке говорили… — выдохнула я, глядя ему в глаза. — Узнали меня… за Леру приняли… Сказали, я на неё похожа. Стил, она тут! Они её знают!

Стил резко обернулся. Его взгляд — острый и быстрый — скользнул по перепуганным девушкам, по их охранникам, по толстяку, который теперь что‑то визгливо выговаривал Скаару.

— Кони, — бросил Стил через плечо, — присмотри за ней. И дай воды.

— Нет! — я попыталась вырваться, но его хватка не ослабла. — Я должна спросить!

— Спросим, — его голос стал твёрдым, без колебаний.

Он мягко, но неумолимо передал меня Кони. Та обняла меня, что‑то шепча, и повела под навес соседнего лотка. Я шла, почти не чувствуя ног, и не сводила глаз с группы, где Скаар теперь говорил с оливковым гуманоидом. Тот, судя по жестам, постепенно менял негодование на озабоченность, а потом и на подобострастное внимание, кивая своей большой головой.

Мне в губы уткнулся стакан с прохладной водой. Я выпила автоматически. В голове стало проясняться.

Лера. Они видели Леру. Она была жива. И где‑то здесь, на Пасоне. И я найду её — даже если придётся перерыть всю планету! И без неё отсюда точно не улечу!

Глава 28.

Через пару минут ко мне подошел Скаар. Лицо сосредоточенное, но вполне спокойное.

Он внимательно посмотрел в мое лицо:

— Ты в порядке? Можешь говорить спокойно?

Я кивнула:

— Я не истеричка, Скаар. Просто… Я так долго не знала, что с Лерой. — Я сделала глубокий вдох и выдох, показывая свое спокойствие. — Они сказали тебе, где она? Кто этот толстяк, который вызвал охрану? Он работорговец?..

Скаар поднял руку, останавливая поток вопросов.

— Нет. Он не работорговец. Здесь их нет. Пойдем. Только постарайся не кричать на него. Это тимрин, у них слабая нервная система, они плохо переносят стресс.

— Я постараюсь.

Он взял меня под руку и повел к толстяку и стоящему рядом Стилу. Девушки стояли чуть в отдалении со своими охранниками, или грузчиками, или кто они там.

Мужчина‑тимрин был уже совершенно спокоен и излучал благостность. Цвет его кожи посветлел практически до обычного человеческого. Получается, она темнеет от стресса?

— Ужасное недопонимание! Кошмар, что могло случиться! Я так сожалею! — сказал он, стараясь смотреть на всех нас.

Я постаралась изобразить улыбку:

— Вы меня тоже извините. Но я вас очень прошу, расскажите, где моя сестра Лера. Она очень похожа на меня лицом, только волосы у нее цвета золотого песка.

— Лера, да. Я помню ее. Вы знаете, я всю жизнь посвятил помощи беглым рабам — тем, кто сбежал от работорговцев и искал убежище! И Лера… Она попала к нам чуть больше двух лет назад.

— Так где она?

— Я не знаю, — он развел пухленькими руками. — Ее забрали.

Я закрыла глаза и сделала пару глубоких вдохов и выдохов.

— Я вас не понимаю. Кто ее забрал?

— Да те, кто ее к нам привез. Те и забрали. Она прожила у нас пару месяцев. Вольные командиры Унгалы привезли Леру и вот этих двух девушек. Но потом вернулись. И забрали только Леру. Она была им рада.

— Ничего не понимаю, куда они ее забрали? Зачем?

— Так жениться на ней решили. Вот потому у меня ее и нет. А могу я идти? У меня дела.

Он заискивающе посмотрел на Скаара и Стила. Потом так же вопрошающе — на бистаров, спокойно сидящих рядом. Его кожа то и дело покрывалась мелкими бурыми пятнами, которые тут же бледнели — он пытался совладать с эмоциями.

— Но куда они ее увезли? А как с ними можно связаться?

— А не знаю.

Я начала закипать:

— Вы что, отдали мою сестру неизвестно кому? Вот так запросто?

Толстяк дернулся, а Скаар положил руку мне на плечо.

— Но она сама ушла. Я их не удерживаю. Они приходят, я им помогаю, они уходят, — он снова посмотрел на Скаара и Стила, — а вольные командиры — не кто попало.

— Но…

— Думаю, вы можете идти. Только скажите, где дом, в