Развод. Бывшая моего мужа - Саяна Горская

Выхожу на крыльцо.

Октябрь в этом году промозглый и холодный.

Серо. Грязно. Дождь идёт, и через дырявый козырёк капли падают на мою макушку и пиджак.

Ради кого я продолжаю носить пиджаки?

Ни один вменяемый человек не поедет сюда. И ни один костюм не способен затмить убогости этого места.

Чиркаю колёсико зажигалки.

Крупная капля, словно в замедленной съёмке, падает прямо на вспыхнувший огонёк. Кремний намокает.

— Сука! Давай же, блять! — снова чиркаю по колёсику, пытаясь высечь искру.

Женская рука с зажатой в изящных пальчиках зажигалкой тянется к моей сигарете.

Подкуриваюсь и поднимаю взгляд.

Лара?

Ладную фигурку облегает чёрное платье с глубоким вырезом по бедру. Блестящие волосы уложены крупными волнами. Свободная рука держит над головой тонкий кожаный портфель, защищая причёску от дождя.

Моё сердце гулко отстукивает в груди, а шум собственной крови в ушах сливается со звуками капающей с неба воды.

Бросает в жар.

— Привет, — тихо произносит Лара, глядя мне в глаза.

На миг тону в её тёмных зрачках.

— Привет. Ты… Э… Ты здесь откуда?

— Хотела поговорить.

— Окей… Дашь мне минуту? — Качаю сигаретой.

Лара кивает. Ступает под крышу, опускает портфель и принимается ходить по крыльцу, разглядывая трещины на фасаде здания и грязные окна с заваленными хламом с обратной стороны подоконниками.

Она специально это делает, чтобы я чувствовал себя некомфортно. Чтобы ощутил, как низко я пал, позволив себе попытаться построить счастье с другой женщиной.

Однако, надо признать, её методы работают — я делаю пару глубоких затяжек и тушу сигарету в заполненную до краёв бычками банку из-под шпротов.

— Пройдём в мой офис, — открываю перед Ларой тугую дверь.

Лара звонко цокает каблучками по старой плитке. Её бёдра вырисовывают восьмёрку, приковывая к себе моё внимание.

За ней тонким шлейфом распространяется аромат её любимого парфюма — этот запах мгновенно забивается в ноздри и дурманит разум.

В голове яркими вспышками мелькают картинки из прошлого, будто кто-то врубил в мозгах проектор.

Лара всегда была эффектной и умела подчеркнуть свои достоинства. А достоинств у неё много, мне ли не знать.

Раньше они все принадлежали мне.

Её тело было моим. И сердце её тоже было моим.

И душа. И общее будущее. Планы, мечты…

Блять…

— Сюда, налево. Присаживайся в кресло, располагайся. Замёрзла?

— Немного.

Включаю обогреватель, направляя его в сторону Лары.

— Сейчас станет теплей.

Ставлю чайник, кидаю в два стакана по паре ложек растворимого кофе.

— Ну, дорогая бывшая жена, с какой целью пожаловала? Неужто соскучилась?

Лара таинственно улыбается, расправляя по коленям ткань платья.

— Решила узнать, как ты поживаешь, — её сканирующий взгляд проходится по обшарпанным стенам, выкрашенным в ублюдский светло-зелёный цвет. — Интересно было побывать в твоём офисе. Посмотреть, как ты работаешь.

— А, приехала позлорадствовать?

— Нет.

И в голосе её действительно нет насмешки. Он ровный и спокойный, лишённый каких-либо эмоций.

Тогда зачем она здесь?

— Что ж. Смотри, — развожу руками. — Не роскошно, но мне много и не нужно. Всё необходимое есть. Соседи классные! У них и хомяки, и ящерицы. Короче, супер. Мне прям всё нравится.

«Пиздабол», — стучит отбойным молотком в голове.

Лара улыбается.

Кажется, она всё понимает. Каждую мою ложь считывает по мимике, которую выучила наизусть.

Херово, когда человек настолько тебя знает.

Я будто голый сейчас перед ней.

— Ну, Ларусь, а ты куда переехала?

— Никуда. Помнишь, прямо над нами была маленькая типография?

— Конечно, помню. Хозяин у них чудак такой.

— Ага. Так вот, они закрылись. А я как раз расширила штат. Теперь занимаю два этажа.

— Мм. Класс, — отворачиваюсь к чайнику, разливаю кипяток по стаканам. — Значит, дела у тебя идут в гору?

— Думаю, да. Во всяком случае, мне жаловаться не на что.

— Хорошо. Молодец. Я в тебе никогда не сомневался. Бизнес — твоя стихия.

— Спасибо.

Жду ответного реверанса, но его, естественно, не происходит.

— Тебе с молоком?

— Если есть.

— Конечно, есть! Что ж ты так плохо обо мне думаешь? У меня всё есть!

Откручиваю крышку бутылки, принюхиваюсь.

Скисло, блять!

Ну почему именно сейчас?!

Хочется под землю провалиться от этого гнетущего ощущения собственной несостоятельности и ничтожности в глазах бывшей жены.

— Ларусь, может, без молока?

— Давай без молока.

Ставлю кофе на журнальный столик, разделяющий два кресла. Падаю в свободное.

Молча размешиваем сахар, звякая ложкой о стенки чашек.

Исподтишка рассматриваю Лару.

Она так инородно смотрится здесь…

Будто блестящий драгоценный камень, случайно упавший в ведро с мусором.

Красивая, пиздец!

— На самом деле это не дружеский визит ради кофе и беседы, — густые ресницы Лары порхают над щеками. — Я приехала к тебе с предложением.

— С предложением?

Брови мои едва заметно ползут наверх.

Я реально заинтригован.

Неужто хочет вернуться?

Если честно, я и сам уже думал об этом…

По-птичьи склоняю голову к плечу, внимательно разглядывая Лару.

Её поза расслаблена, а в каждом движении чувствуется уверенность. Она явно ощущает себя хозяйкой положения даже сейчас, когда находится «в гостях».

— Андрей, я знаю, что дела у тебя идут не очень.

Закатываю глаза.

— Пробивала меня?

— Нет, не совсем. Ты же знаешь этих людей… Они не умеют держать язык за зубами и с радостью делятся новостями о тебе, думая, что это приносит мне какое-то извращённое удовольствие. Только я не мазохистка. Я предпочла бы вообще о тебе не вспоминать.

— Предпочла бы не вспоминать, и потому приехала?

— Хочу спасти твою задницу.

Лара расстегивает портфель и достаёт аккуратно сложенную стопку бумаг. Кидает между нами на столик.

— Что это?

— Бумаги на передачу твоей части фирмы.

— Передачу кому?

— Мне, — Лара лениво откидывается на спинку кресла, соединяя кончики пальцев в треугольник. — Не даром, конечно. Я готова заплатить.

— Сколько?

— Полмиллиона.

Фыркая, давлю смешок.

— Чего? Пол ляма за фирму, которую мы создавали восемь лет? Лар, ты с ума сошла?! Ты же прекрасно знаешь, что она стоит в десять, а то и в двадцать раз дороже!

— Знаю. Но кто купит её у тебя за такие деньги?

Она, строго глядя мне в глаза, отхлёбывает кофе. Морщится.

— Андрюш, я буду честна. Твоё положение незавидно. С тобой не хотят иметь дел даже те, кого раньше ты считал отбросами рынка. Твоя репутация в жопе, заказов ноль, а на покрытие расходов уходят последние деньги. Ты можешь не продавать фирму, я не буду настаивать и умолять. Посиди здесь ещё годик, раз уж тебе так нравится соседствовать с хомяками и ящерицами. Но я даю тебе шанс остаться в плюсе и хотя бы попытаться сохранить достоинство. Пойми, ты больше