В это время завтра - Тесса Бейли

прогоняя из мыслей образ другой женщины, которая приближается к Элиасу и оказывается для него настолько неотразимой, настолько необходимой, что заставляет его сердце снова качать кровь. Горячая влага подступила к глазам, но она смахнула её частым морганием. Фокус. Тебе нужно научиться в это играть.

Да и Элиас всё равно не мог ей достаться.

Она и не хотела его.

Концентрация.

Он зашел на флопе, но чекнул терн. Что-то тянул. Возможно, того самого туза, что открылся на ривере. Что бы там у него ни было, оно не сможет побить её флеш. Но поскольку она сама чекнула терн, когда поймала пятую черву, он мог и не заподозрить у неё наличие флеша.

Значит, он примет её ставку.

Роксана откашлялась, но её голос всё равно прозвучал как скрип ржавого лодочного руля: — Я олл-ин.

Элиас слегка откинулся назад и оценил борд: — Серьезно? — она ничего не ответила, опустив глаза, хотя её кожа буквально покалывала, когда он принялся пристально её изучать. — Колл.

Она перевернула свои карты, демонстрируя флеш.

У него вырвался короткий смешок: — Красиво сыграно, Рокс, — произнес он, открывая свои туз-король. — Ты полностью сбила меня со следу этого флеша.

— Кажется, я начинаю улавливать суть этой игры! — она подскочила на ноги и победно вскинула руки вверх. Все её мышцы закричали одновременно. — И слава Богу, — ахнула она. — Раз уж одна слабость побеждена, я могу позволить себе принять обезболивающее.

Элиас подхватил её до того, как она рухнула на пол.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

 

Роксана резко выпрямилась в постели и принялась шарить взглядом в темноте в поисках Элиаса.

— Эй? — позвала она, протирая глаза. Никакого ответа. — Должно быть, ушел за припасами.

Сколько времени прошло, пока она спала?

Она мысленно проверила своё тело и обнаружила, что оно болит уже далеко не так сильно, как прежде. Мышцы всё ещё ломило, но самые острые вспышки боли утихли. Слава Богу. Отчаянно нуждаясь в сотовом телефоне или часах, она выбралась из кровати и направилась в ванную. На краю раковины Элиас оставил дорожный тюбик зубной пасты и фиолетовую зубную щетку. Она взяла их и принялась разглядывать, пытаясь представить, как Элиас — это грозовое облако во плоти — пытается выбрать подходящую щетку; и когда она мимолетно взглянула на себя в зеркало, то обнаружила на своём лице мечтательную улыбку.

Скривившись, она наспех почистила зубы и включила воду в ванной, надеясь, что горячая вода даст ей тот самый финальный заряд сил, который необходим, чтобы выглядеть нормально на завтрашней покерной игре.

По крайней мере, ей казалось, что покерный матч должен состояться завтра вечером? Судя по тому, насколько отдохнувшей она себя чувствовала, её дневной сон вполне мог растянуться на целый месяц. Хотя в глубине души она с железной уверенностью знала, что Элиас ни за что на свете не позволил бы ей проспать столь важное событие.

Победа в этой игре станет её первым шагом на пути к искуплению, и ей нужно было полностью сосредоточиться на том, чтобы это произошло. А не пускать слюни на зубные щетки, ради всего святого. Мать в очередной раз проявила милосердие, дав ей второй шанс, и возможность заслужить одобрение Инессы была той самой маячившей впереди морковкой, которую она никак не могла поймать.

В этот раз. В этот раз я сделаю это.

Спустя несколько минут Роксана скинула футболку и свободные штаны, в которых спала, оставив их лежать кучей на полу, осторожно перешагнула через край и опустилась в горячую воду.

— Ох, господи, господи, господи, — выдохнула она, когда её мышцы блаженно превратились в желе, а по коже головы побежали мурашки. — Вот бы еще немного...

Мыла.

Простой белый брусок на краю ванны тут же приковал к себе её взгляд.

Роксана потянулась за ним, что-то ворча себе под нос по поводу этих сбивающих с толку вампиров. Двигаясь с предельной осторожностью, она намылила душистым мылом волосы и смыла с себя грязь под водой; в черной ванной комнате плеск воды звучал одновременно жутко и красиво. Закончив, она вернула мыло на место и откинулась на спинку, лениво толкая большим пальцем ноги мысок крана взад-вперед; звук падающих капель внезапно извлек из глубин памяти воспоминание.

— Мы вообще-то учиться должны, — ворчала Ольга, плюхаясь на деревянную лавку в сауне; от жара её веки уже начали слипаться. Она завалилась на бок, из-за чего узел её белого полотенца ослаб. — Ой, да ладно. К чёрту всё. Это куда важнее.

Роксана обменялась весёлым взглядом с Кирой и последовала её примеру, растянувшись в огромной парилке. Это она подбила подруг прогулять среду, а точнее — лекции во второй половине дня, ради чисто девичьих посиделок: она была слишком взбудоражена грядущей поездкой в Вегас, чтобы забивать голову всякой несущественной ерундой вроде математического анализа. И вот, после одной шумной поездки в метро, они уже наслаждались двухсотлетней историей Сандуновских бань. А поскольку на дворе стоял разгар дня, весь комплекс был в их полном распоряжении.

После нескольких минут тишины Ольга приподняла бровь, пока по её лбу уже вовсю катился пот: — Сколько, ты говорила, стоит входной билет на день?

Роксана отмахнулась: — Да не особо много. У меня там есть знакомый человек.

— Знакомый человек, — эхом отозвалась Кира, не скрывая своего скептицизма.

— Da. — Роксана перевернулась лицом к стене, попутно продемонстрировав им свой тыл. — Я предупредила его, что мы придем, так что он оставил для нас черный вход открытым.

На самом деле она пришла сюда еще утром и заранее вскрыла замок отмычкой.

Не то чтобы она могла им об этом рассказать.

Похоже, успокоившись, Ольга и Кира переключились на обсуждение логистики: как лучше упаковать свадебное платье. Они всё еще спорили о преимуществах вакуумных пакетов, когда дверь сауны с грохотом распахнулась и на пороге возникла хмурая женщина в белой униформе.

— А ну пошли вон! — она принялась размахивать руками, выставляя их, пока её кроссовки противно скрипели по полу парилки. — Здесь могут находиться только те, кто заплатил! Мы уже вызвали полицию!

— Роксана-а-а, — застонала Ольга, сползая с лавки и судорожно поправляя полотенце, попутно сжимаясь под яростным взглядом женщины.

Кира же просто покатывалась со смеху: — Ты ненормальная.

— Бежим!

И именно так они и оказались — полуодетые и босые на леденящих улицах Москвы, после чего влетели в туалет какой-то кофейни, заходясь от