Мой куратор — наследник престола. Корона - Мария Эмет

— С моей мамой? — обомлела я.

— С вашей, — кивнул Лорри. — И с матерью первого принца. Маргрет Эллисон, Амадея Майерхольд и Розалинда Райнхард были подругами.

Вот это да…

— Пора, — произнёс Дотарин, взглянув на часы. — Спускайтесь по боковой лестнице и выходите через чёрный ход. Он открыт.

Я перехватила сумку и бросилась к двери. Уже в проходе повернулась к нему и выдохнула:

— Спасибо, господин Дотарин. Вы меня спасли.

Мужчина улыбнулся и махнул рукой, мол, беги, скорее же.

И я бросилась вперёд. Сбежала по лестнице, стрелой вылетела на улицу через вход для персонала и пронеслась через сад к забору, в котором ещё три дня назад нашла разболтанные прутья. Проскочив через узкую щель, я оказалась в лесу, льнущем к академии с западной её стороны.

— Чих… — позвала я тихо, оглядываясь. — Чих, где ты?

Ещё вечером я собрала свои немногочисленные пожитки в сумку, которую спрятала здесь, в лесу. Апчихваху же досталась почётная должность сторожа. Песель не возражал и охотно согласился подождать меня со столь важной миссии.

В стороне раздался знакомый лай. Облегчённо выдохнув, я побрела на звук.

Вот только то, что я там увидела, немножко не вписывалось в план побега…

Глава 36.

Глава 36.

Стоило мне выйти из-за кустов, как я вдруг в срочном порядке захотела вернуться обратно. Посидеть в них, обдумать увиденное.

Чих, мой маленький пушистый песель, валялся в траве. А над ним, возвышаясь, как скалы Стылых земель, сидела Ночка.

Дракониха с нежностью терлась огромным носом о мягкую золотистую шёрстку и нет-нет да вытаскивала кончик языка, чтобы лизнуть замлевшего щеночка. Апчихвах в стороне не остался и «целовал» ящерицу-переростка в ответ.

— А я вам не мешаю? — спросила с претензией. — У нас тут, если что, побег.

Звери бросили в мою сторону недовольные взгляды, словно я прервала их брачную ночь, и нехотя разошлись.

А в моей голове уже созрел другой, более рисковый план. Если до этого я собиралась бежать в соседний город и уже оттуда возвращаться в северное княжество, то сейчас, с появлением Ночки, всё может стать куда проще и быстрее.

Осталось договориться с драконихой.

— Ночка, — произнесла я, с мольбой заглядывая в умные глаза. — Помоги мне добраться до твоего хозяина. Пожалуйста.

Рептилия и не думала противиться. Стоило мне договорить, как она выгнула крыло и приглашающе кивнула башкой. Недолго думая, я забралась на неё и уселась на загривок.

Примотала сумку с хрусталем покрепче, прижала к груди Апчихваха и всеми силами вцепилась в позвоночный выступ.

Ещё хотела сказать «Ну, с Богом!», но, видимо, Ночке совсем ни к чему благословение Небес на взлёт: оттолкнувшись задними лапами от земли, она подпрыгнула над деревьями, расправила крылья и устремилась ввысь.

Летать оказалось страшно. Я напрягла абсолютно все мышцы своего тела, чтобы уж точно не скатиться по гладкой чешуе. Кажется, что в этот момент даже кончики волос и те работали на благо своей хозяйки.

Мне совсем не хотелось булькнуться камушком в какое-нибудь болото и заделаться в нём утопленницей. Ничего не имею против русалок! Петь песни под луной и топить нерадивых мужиков интересно, но в данный момент меня ждут более существенные дела.

К слову, летели мы исключительно над местами безлюдными: лесами, заброшенными полями, озёрами. То поднимались над облаками, то мчались в нескольких метрах от земли. Ночка делала всё, чтобы ни одна живая душа её не заметила.

В какой-то момент мне стало жаль её. Каково это — остаться совсем одной? Наверное, крайне печально.

Быть красивой легендой — одно. Быть самым одиноким драконом в свете — совсем другое.

Не сдержавшись, я ласково погладила Ночку по боку. Реакция оказалась незамедлительной — дракониха замурчала.

И всё-таки драконы — это котики! Котики-переростки.

Полёт до Стылых земель занял более двух часов. За это время я успела привыкнуть к небу, несколько раз зевнуть, немного замёрзнуть и целых три раза пощекотать Чиха за пузико. Продуктивно, я считаю!

Но вот впереди показались шпили замка Майерхольдов, а Ночка принялась резко пикировать. Не успела я испугаться, как мы влетели в пещеру, скрывающуюся в скалах. Проскользив её насквозь, мы оказались в знакомом мне подземелье.

Дракониха замерла, а после вытянула крыло, мол, слезай, конечная. Я спрыгнула на землю и как завороженная уставилась на озеро перед собой.

Круглое. Сверкающее. Это он — родовой источник, полный светлой магии.

То, что разрушит подлые чары королевы.

Думать было нечего. Я опустила Чиха на землю, отвязала от себя сумку с хрусталем и сбросила верхнюю одежду. Поёжилась от прохлады и уверенно двинулась к озеру.

Прикрыв глаза, расставила руки в сторону, сделала шаг вперёд и… ухнула вниз. Озеро оказалось с сюрпризом — у него не было дна!

Воздух выбило из лёгких от неожиданности. Вода, колючая, обжигающе холодная, обступила меня со всех сторон. Я задрала голову, посмотрела наверх и попыталась всплыть, но не вышло.

Что-то словно обхватило мои ноги и потянуло вниз. Но ничего не было. Вернее… была лишь магия. И я ей, кажется, совсем не нравилась.

Тело пронзила острая, яркая вспышка боли. Меня словно ударили хлыстом. Затем второй и третий раз. А после случилось самое ужасное — на шею будто набросили верёвку, которую после туго затянули.

Я попыталась закричать. Глупо. Из-за этого я лишилась остатков воздуха и вовсе начала задыхаться.

Но вместе со всем этим ужасом происходило что-то ещё… Мне казалось, что из меня вытягивают всё плохое. Всю горечь, всю обиду.

И всю тьму.

Ощущение удавки спало. А вместе с ним и заклятие королевы.

— Она непутевая, — раздался вдруг голос. — Не подходит!

— А мне нравится. Миленькая она!

— И неглупая.

— Нет-нет-нет! Я ждал другую.

— И я думал, что она будет другой…

— Не тебе ведь на ней жениться!

— А я бы женился… красивая. Одобряю!

Десятки чужих, незнакомых голосов, мужских и женских, беспощадно атаковали мою голову. Я не понимала, откуда они исходят. Но почему-то была уверенна, что это не бред уставшей головы.

— Ну так что, берём или не берём?

— А куда деваться? Придётся брать! Другой-то нету!

Пока меня куда-то брали, воздух кончился совсем. Я уж подумала всё — несите ящик, будем заколачивать и плакать. Но вдруг над головой взметнулась тень. Вода всколыхнулась, и