Наследство любой ценой - Юлианна

Он обхватил ее за талию, прижал к себе и нежно поцеловал. Эвелин от неожиданного признания улыбнулась и обхватив шею, сама потянулась к его губам.

— Не хочешь принять ванну? — он прерывает поцелуй, смотря на нее вопросительным взглядом, но все, о чем Эвелин могла думать, это его горячие руки и не менее соблазнительные губы.

Она покачала головой и потянула руки к платью.

— Позволь мне?

Она замирает, когда его руки помогают ей избавиться от платья. Она слышит его восторженный вздох, когда он видит ее нижнее белье и с восторгом касается резинки для чулок.

— Кажется это мое? — Алекс встал на колени и, зажав губами подвязку, потянул ее вниз, заставляя лицо Эвелин пылать от такой интимной ласки.

Она в жизни ничего подобного не ощущала. Каждое прикосновение его губ отзывалось в ней дрожью. Его глаза проникают в самое сердце и заставляют щеки Эвелин пылать. Когда он снял пиджак и ухватился за пуговицы на рубашке, Эвелин поднесла свои руки, и он застыл, позволяя ей раздеть его.

Когда он остается в одних боксерах ее решимость тает, и она замирает над резинкой, а на губах Алекса проскальзывает улыбка.

— Смелее, малышка.

Он берет ее руку и кладет поверх своей напряженной и возбужденной плоти. Ее глаза расширяются от удивления и для него это самый лучший комплимент. Он стягивает их одной рукой и предстает перед ней в первозданном виде. Ее глаза расширились, когда она увидела его плоть, которая буквально жгла ее руку.

— Это лишнее, — он ловко снимает с нее бюстгальтер и тут же опустившись на колени, стягивает трусики, заставляя ее закрыть ладонями глаза.

— Алекс?! — ее испуганный возглас, он гасит поцелуем, подхватывая на руки и осторожно опуская на постель как ценный груз. — Я сейчас умру, только неизвестно от чего больше, от стыда или от страха.

Он смеется, убирая ее руки и замечая, как румянец окрашивает лицо, плавно отступая к шее.

— Лучше от оргазма, малышка.

Он наваливается, опуская руки по бокам от ее головы и пристально смотрит ей в глаза, наслаждаясь непорочностью и красотой. Как только у него ума хватило даже допустить мысль о том, что она не девственница? Да у нее же все на лице написано.

Он просовывает свою руку ей под шею, а вторую кладет на талию, прижимая к себе. Ее вздох служит ему ориентиром, и он целует Эвелин, заставляя немного потеряться в ощущениях и отпустить контроль. Его язык скользит по ушной раковине, и она отчаянно стонет, обхватывая его широкие плечи. Алекс обхватывает ее мочку и посылает разряд импульса по коже Эвелин, заставляя покрываться мурашками и дрожать от сильного возбуждения.

Видимо уши ее эрогенная зона.

Если раньше Алекс Кинкейд не придавал значения таким мелочам и всегда старался утолить свой голод и свои нужды в первую очередь, то сейчас он хотел узнать все о своей жене.

Что ей нравится, от чего она приходит в восторг, но самое главное, ему хотелось знать, от чего она будет плавиться в его руках словно воск. Гладкая словно бархат, кожа Эвелин действительно плавилась под его умелыми руками. Дотрагиваясь до той или иной части тела, Алекс невольно подмечал про себя то, что приводило Эвелин в восторг и заставляло терять голову.

— О, Алекс?!

Ее дразнящий шепот и стоны путали мысли, оглушая несдержанным воем его собственной плоти, но он упрямо игнорировал голос похоти. Лаская подушечкой большого пальца ее сосок, Алекс жадно втягивал его в рот вместе с воздухом и ее стоном и понимал, что если в ближайшую секунду не овладеет своей женой, то испортит их брачную ночь быстрой разрядкой.

Он дотрагивается до ее пылающей сердцевины, и она жмется к нему еще сильнее, пока он пытается обуздать голос разума и не причинив ей вреда, осторожно войти. Тихий вскрик и он замирает, поднимая на нее глаза. В глазах Эвелин он видит боль и испуг, и утыкаясь в шею, Алекс шепчет, что сейчас все пройдет.

Ее теснота манит, и он начинает медленно и плавно двигаться, помогая ей привыкнуть к этому чувству. Нежная хватка ее рук вокруг шеи позволяет Алексу понять, что боль и дискомфорт утихли и он может продолжать дарить ей наслаждение.

Она сама тянется к нему, и он несдержанно целует ее, позволяя себе несколько глубоких толчков. Эвелин обхватывает его талию ногами, и он тихо стонет, продолжая свои попытки наступления. И когда ей кажется, что она больше не может, в глазах взрываются звезды, оглушительно сотрясая ее тело и погребая под своими обломками.

Когда она приходит в себя, то понимает, что Алекс тяжело дышит, убрав с нее свой внушительный вес и смотрит ей в глаза.

— Прости мою несдержанность, Эви. В следующий раз я буду нежнее.

Он улыбается ей своей чарующей улыбкой и в ее голове раздается колокольный звон и щебечут птички. Тронулась умом? Не мудрено. Рассматривая мужа внимательным взглядом, Эвелин подмечает про себя, что была права насчет его фигуры и он являет собой образец мужской красоты.

Он встал с постели, и она опустила глаза ниже, понимая, что он хорош во всех местах. Он скрылся в ванной комнате и у нее появилось несколько минут, чтобы обдумать свое новое положение и понять, что делать дальше. Она никогда раньше не думала, что окажется в постели своего босса в качестве жены.

Прикосновение чего-то теплого и влажного вернуло ее из грез в реальный мир, и она оторопело уставилась на Алекса. Он осторожно протирал ее саднящую плоть и ноги, не сводя пристального взгляда.

— Не волнуйся, — бросил он, заметив ее обеспокоенный взгляд. — Это нормальное явление между мужем и женой. Тем более, что это все случилось по моей вине.

— В смысле? Разве я тоже не хотела этого?

— И все же прости, что причинил тебе боль. Это последнее что я хотел бы сделать, учитывая обстоятельства, — он помедлил, не зная, как описать, что чувствует. — Я потерял голову от тебя.

— Звучит как комплимент, — улыбнулась она и он кивнул.

— Так и есть.

— Что ж, тогда верну