Мистер Октябрь - Николь С. Гудин

— Я стажер, — отвечаю я.

— Верно... ну, вы, вероятно, не в курсе того, как прошлые опрометчивые проступки Мэйсона повлияли на его карьеру.

— Меня это не удивляет. — Слова вылетают изо рта прежде, чем я успеваю их остановить, и я мысленно проклинаю себя. Не могу поверить, что только что произнесла это вслух.

Я перевожу взгляд на Мэйсона, но он ухмыляется, похоже, ничуть не обеспокоенный моим комментарием.

Энджи на мгновение прищуривается, а затем снова приступает к объяснениям.

— Короче говоря, Билли, Мэйсону нужно привести себя в порядок, вернуть часть своего благоприятного образа.

Я почти смеюсь. В Мэйсоне Ленноксе нет ничего благоприятного — он плохой парень до мозга костей. Я сомневаюсь, что в мире есть что-то или кто-то, способный это изменить.

— И мы считаем, что лучший выход для Мэйсона — это появление в его жизни молодой женщины.

— Хорошо... — отвечаю я, сбитая с толку тем, куда ведет этот разговор.

— Но проблема в том...

— Проблема в том, что я не завожу подружек, — перебивает Мэйсон.

Я киваю.

— Хорошо... буду иметь в виду. Я все еще понятия не имею, почему здесь нахожусь и участвую в этой явно личной беседе.

— Что же, мы хотим нанять кого-нибудь, Билли, ты понимаешь?

Я медленно киваю, все еще не в силах поверить в происходящее.

— Так... вы хотите, чтобы я составила список или что-то в этом роде? Я могу это сделать.

— Мы думали скорее о том...

— О, ради всего святого, перестань ходить вокруг да около, — перебивает ее Мэйсон. — Я хочу, чтобы ты стала моей девушкой.

Я чувствую, как у меня отвисает челюсть.

— Прости, что? — я показываю на себя. — Я?

Он наклоняется вперед на своем кресле, локти упираются в колени, руки сцеплены перед собой, мускулы выпирают из-под футболки.

— Будешь моей девушкой?

Я медленно моргаю, полностью завороженная его красивым лицом, сексуальным ртом, произносящим слова, которые я никогда за миллион лет не подумала бы, что услышу в свой адрес.

— Но... но... ты даже не знаешь меня, — заикаюсь я.

Он пожимает плечом.

— Неважно.

— Но...

Он обрывает меня, прежде чем я успеваю заговорить снова.

— Ты чертовски сексуальна и кажешься милой, что еще мне нужно знать?

Мэйсон Леннокс только что сказал, что я «чертовски сексуальна».

Святое. Блядь. Дерьмо.

— Не думаю, что подхожу для этой работы. Я стеснительная. И скучная.

— Поверь мне, сладкая, в тебе нет ничего скучного.

По моей коже снова пробегают мурашки. Он только что назвал меня сладкой, и я уже практически готова растаять в его руках.

Это определенно плохая идея.

— А как насчет Кристины? Она уверена в себе и сексуальна...

— Кристина могла бы подойти, — вклинивается Энджи полным надежды тоном.

— Нет, — сурово отвечает он. — Или она, или никто.

Я вижу, как Энджи и Чак обмениваются настороженными взглядами.

— Я... я... я не знаю, что сказать.

— Да, было бы неплохо, — отвечает Мэйсон.

— Зачем? Зачем мне это делать?

Я не собиралась произносить этот вопрос вслух, но, видимо, мой рот начинает жить своей жизнью.

— Как насчет миллиона долларов? — лениво отвечает он, откидываясь на спинку кресла, непринужденно, как будто он только что не предложил мне кучу денег за то, чтобы я стала его фальшивой подружкой.

— Господи Иисусе, Мэйсон, — рычит Чак.

— О, Боже мой! — ахает Энджи.

— Что? — Мэйсон невозмутимо пожимает плечами. — Если ей придется жить с моей задницей, и кто знает как долго, она заслуживает хорошей оплаты.

Миллион долларов.

Мне кажется, что меня сейчас стошнит.

— Жить с…? — спрашиваю я, мой голос — не более, чем резкий шепот.

— Ни одна моя женщина не будет жить нигде, кроме как со мной, — говорит он, властность волнами исходит от него.

— Думаю, нам нужно обсудить это соглашение наедине, — настаивает Чак.

Мэйсон отмахивается от него, его глаза по-прежнему прикованы к моим.

— Ты ведь готова пойти на это, Билли?

Его голос ласкает мое имя, и мои внутренности превращаются в кашу.

Нет, говорит мне мозг. НЕТ. Я совсем не готова.

Поэтому, когда мой рот открывается и я отвечаю «да», думаю, я шокирована больше, чем кто-либо другой.

* * *

— Тебе придется притормозить и начать все с самого начала, — требует Эйвери, разговаривая со мной так, словно я маленький ребенок, сошедший с ума.

Я делаю неглубокий вдох.

— Мне нужно, чтобы ты подписала это. — Я протягиваю ей аккуратную стопку бумаг.

— Что это? — хмурится она.

— Это соглашение о неразглашении; я обещала, что ты подпишешь его, прежде чем я тебе что-нибудь расскажу.

— Но ты только что мне все рассказала, а я еще его не подписала.

— Просто подпиши! — быстро отвечаю я, мой голос повышается на октаву.

Она закатывает глаза и хватает ручку.

— Ладно, ладно, успокойся.

Я расхаживаю по комнате, пока она листает бумаги, подписывая соглашение, похожее на то, которое я подписала сегодня. Энджи прикрепила маленькие цветные стикеры к каждому месту, которое ей нужно подписать.

Она роняет ручку.

— Ну вот, готово, теперь сделай глубокий вдох и расскажи мне, что, черт возьми, происходит.

Я выполняю то, о чем она просит, и делаю долгий, глубокий вдох, вдыхая через нос и выдыхая через рот.

Эйвери является моей лучшей подругой на протяжении многих лет и моей соседкой по комнате с тех пор, как мы закончили среднюю школу. Ни одна из нас не любит общежития, поэтому мы вместе снимаем квартиру недалеко от кампуса.

Я все еще хожу по комнате, пытаясь выровнять дыхание.

— Сядь, — требует она. — Ты заставляешь меня нервничать.

Я падаю на ближайший стул.

— Меня позвали в комнату к Мэйсону Ленноксу, его менеджеру и пиарщице, так?

— Верно.

— Они хотят, чтобы Мэйсон привел в порядок свой общественный имидж после того, как... ну, ты знаешь...

— После того, как он стал полным придурком и напился до потери сознания? — предполагает она.

Я бы не была так резка, но суть она улавливает верно. На какое-то время этот парень действительно опустился на самое дно.

— По сути, да...

Она кивает.

— И как именно ты вписываешься в это?

— Они думают, что ему нужна девушка... ну, во всяком случае, фальшивая, чтобы все выглядело так, будто он трезв и живет своей жизнью.

— Погоди. Выглядело так, что он трезв?

— Я имею в виду, что он действительно трезвый. — Я закатываю глаза. — Это еще не делает его образ кристально чистым, но он завязал с выпивкой.

— Ты уверена?

Я киваю.

— Девяносто дней, и отсчет все еще продолжается.

Похоже, ее удовлетворяет этот ответ, и я благодарна, что мы можем двигаться дальше, ведь то, пьет он еще или нет, меня вообще