Князь из Китежа - Василиса Кириллова

всегда в окружении таких же как он, шумный задавака, думаю встреча с пакетом было в общем не из-за слабого мозжечка, а в большей степени из-за ночной гулянки. Его многие недолюбливали, но несмотря на странности его поведения, ему удавалась все сдавать, как он это делал, оставалась загадкой, и тем более было не понятно, зачем он подался с нами на экскурсию.

Я смотрела в окна, все еще выискивая церковные купала, но совсем неожиданно увидела байк, такой прям навороченный, так сказать, припаркованный на полянке. Ээээ…либо у меня галлюцинации начались, либо вот это надо снимать, а не то, как студенты в автобусе едут.

Внезапный визг по тормозам свидетельствовал о том, что наш прекрасный автобус делает остановку, многие переглянулись в надежде на то, что нас наконец-то перестанет трясти, но не тут-то было. Водитель рявкнул на весь автобус куда-то в сторону дверей:

- Подкинуть?

Все приникли взглядами к окнам: по тропинке, которая тянулась возле каменистого серпантина, шел человек в туристической куртке и большим рюкзаком за спиной, как бы ничего, но на улице жарища стоит, и мы тут все окна открыли не из-за любви к песку, который то и дело летел из-под колес к нам в салон.

Парень легко запрыгнул в распахнувшиеся двери нашей кареты, и мы с тем же скрипом с котором остановились, двинулись дальше. Мария Семеновна тут же оживилась, потому что это явно было не по плану, а все что было вне плана, ее сильно огорчало. Она двинулась в сторону водителя, и, держась одной рукой за поручень, пыталась перекричать музыку, которая притихла, пока мы тормозили и врубилась снова, когда мы тронулись. Видимо, это встроенная опция.

Мы с каким-то напряжением смотрели на незнакомца, который оставался спокоен. Было подозрительно: он беспечно оставил байк на поляне, сомнений в том, что это байк принадлежал ему у меня не было, на его руках красовались митенки, и сел в автобус, битком набитый странного вида людей.

Парень спокойно наблюдал за тем, как Мария Семеновна пытается донести до водителя «доброе, светлое, вечное», простыми словами говоря: какого лешего он впустил в автобус постороннего человека, ведь мы выкупили все места, и по-хорошему автобус был наш. Но водитель, видимо, отправлял ее туда, где мы все приобрели билеты.

А затем молодой человек расстегнул внутренний карман куртки и что-то достал из него, мы все напряглись, а потом протянул что-то похожее на студенческий билет нашему куратору, Мария Семеновна была сбита с толку, а потом все-таки раскрыла его, на ее лице отразилось удивление, а затем она что-то затараторила, но было сложно разобрать. И начала двигаться в мою сторону, подзывая незнакомца.

Что происходит? И это не только у меня был такой вопрос. Мария Семеновна поравнялась с моим местом, которое было ровненько по середине салона, и заговорила:

– Это такая неожиданная встреча, мы так рады, что встретились с Вами, присаживайтесь. Это такая уникальная возможность. Надеюсь, Вы не будете против, если наши студенты зададут вам пару вопросов.

Незнакомец хладнокровно прошел за ней, а затем бросил вопросительный взгляд на меня, потому что место, куда его пыталась посадить наш куратор, было уже занято. На нем лежал мой рюкзак. Как скоро мы окажемся в Малой Овсянке я не знала. Я была совершенно растеряна. И пыталась понять, что делать, как быть! В отличии от меня Мария Семеновна не терялась и уже дала команду любителю шансона, чтобы он приглушил свой магнитофон. А затем провозгласила:

– Ребята, у нас появилась уникальная возможность, разрешите представить, перед вами профессор Георгий Всеволодович Псковский!

Эээ…Псковский? Я думала профессор седой мужичок, который безвылазно сидит на раскопках. А этот парень ненамного старше меня, или мне просто так кажется.

Глава 3. Игнор или подружимся?

Рюкзак пришлось убрать, но «юный» профессор не спешил занимать место рядом со мной, ну и мне не больно-то и хотелось бы, тем более Маринка по моим расчетам вот-вот должна приземлиться на это самое место, так как наконец-то замаячили златоглавые купала хваленой церкви.

Конечно, будь мы на экскурсии, то и задавали бы вопросы по существу, а так первый вопрос был:

– Профессор, скажите, пожалуйста, мы уже скоро прибудем? – умирающим голосом произнес кто-то сзади, видимо, там им было совсем плохо.

На что Мария Семеновна как-то недовольно цокнула языком, мы все уже выучили этот сигнал, который говорил об опасности, и тут же притихли. Но профессор был мужчиной не робкого десятка и ответил:

– По моим расчетам вам осталось преодолеть двадцать километров, если учитывать, что скорость автобуса равна 60 км в час, но из-за дорожного покрытия местами эта скорость будет снижена, то в течение получаса вы будете на месте, надеюсь, я достаточно ясно ответил на ваш вопрос, – куда-то в сторону просящих ответил он, и даже голову не повернул.

– Спасибо, профессор, – булькающим стоном ответили ему.

Мария Семеновна явно не рассчитывала на такую дискуссию, и как-то цвет ее лица переменился, она быстро попятилась к выходу, может быть, в поисках очередного целлофана, а водитель без сигналов, начал спасать ситуацию, включая свой любимый шансон, Петров снова оживился. А я поймала оценивающий взгляд со стороны мужчины в кожаной куртке.

Что? Что он так на меня уставился? Но в слух-то я этого не произнесла, а как-то стыдливо отвернулась к окну, ожидая, когда же Маринка уже окажется рядом.

- Вы что-то хотели узнать? – спросил он. Я даже не поняла со мной ли он вообще говорит.

Я как-то резко повернулась и переспросила:

– Что? Простите. Очень плохо слышно.

– Я спросил, вы что-то конкретное хотите узнать? – немного громче произнес он, склоняясь ко мне.

- Нет, я ничего не спрашивала, – как-то нелепо произнесла я. Спрашивает он, а нелепо себя чувствую я. Какое-то странное чувство.

– А зачем же вы едете на экскурсию? – с интересом спросил он.

Аааа… боженьки мои, вот он о чем! Дура дурой, такой шанс узнать о храмовом комплексе, а я о какой-то ерунде думаю.

– Да…Что да? Идиотка! Но все слова как будто в горле застряли, потому что меня как будто загипнотизировал его бездонный взгляд, а в области груди как-то неожиданно зажгло. Мне бы сказать что-нибудь, а я как дура на него смотрю.

– Что Вы имели в виду под таким немногословным ответом? Уж простите меня, я не совсем понял, —спросил он, улыбаясь уголками губ.

Я-то