Развод не приговор - Валентина Кострова

— Увы, нет, — Елена поднимает на меня глаза, наполненные слезами. Она не плачет. Пока не плачет. Но сдается мне, что как только останется одна, будет рыдать в три ручья. — У меня нет времени искать врача, искать кандидата, вы же сами сказали, что нас могут развести даже без суда. Моя семья не простит мне этот развод никогда. Понимаете?

— Вы совершеннолетняя, имеет право на свое личное мнение. Не понимаю, почему вы так боитесь, что ваши родные вас не поддержат? Развод, конечно, неприятнее событие, но и не приговор, не клеймо. Не вы первая, не вы последняя кто будет разводиться.

— Вы меня не понимаете, — Елена опускает голову, пряча свое лицом в волосах. — В любом случае спасибо, что просто выслушали, — берет свою сумку с соседнего стула, спешно вытаскивает кошелек и протягивает через весь стол крупную купюру. Вскидывает на меня глаза, улыбается, хоть и видно, что с усилием.

— Это за консультацию, — встает и торопливо покидает кофейню, а я провожаю ее задумчивым взглядом со смутой в душе. Какой-то странный осадок у меня остается после этой непонятной встречи.

2 глава

В шесть утра звенит будильник. Независимо от того, какой у меня день — рабочий или выходной, всегда встаю в одно и то же время, чтобы выйти на пробежку. Бегаю в любую погоду. Если за окном творится, черт знает что, спускаюсь на первый этаж жилого комплекса и иду в фитнес-зал.

Сегодня по прогнозам прохладно, но солнечно. Переодеваюсь в спортивный костюм и отправляюсь на пробежку, размышляя над непонятной для меня Шубиной. Мысль о ней сидит занозой у меня в голове.

Ей двадцать, она уже замужем. Влюбленной в своего мужа не выглядит. Так зачем ей сохранять брак и рожать ребенка? Сколько не думаю об этом, ни одной веской причины не придумал. Она говорила, что семья не примет ее развод. Значит Поклонский важный человек, у него имеется власть в руках и важные связи, расположение, которого не хочется терять. И все же.… Наверное, мне стоит поинтересоваться семьей Шубиной и самим Поклонским, чтобы понимать, откуда и куда дует ветер.

— С пробежки? — мимоходом спрашивает Мия, проходя мимо меня, прикрывая зевок ладошкой.

— Ага, — разуваюсь и прямиком направляюсь на кухню, из холодильника достаю бутылку воды, пью, поглядывая на сонную девушку.

Мия моя младшая сестра. Будущий дипломат. Во всяком случае, именно так она о себе заявляет, когда знакомится с новыми людьми. Ей девятнадцать лет, и она первокурсница. Между нами разница двенадцать лет, но вместе мы фактически не жили раньше.

Когда мне было десять, родители оставили меня с бабушкой на Сахалине и переехали. Моя семья, как и много других семей, в свое время была депортирована японцами на Сахалин. Бабушка была ребенком, как и дедушка. Они не смогли вернуться на родину, выросли на чужбине, завели семью, но при этом трепетно хранили традиции своего народа, активничали в общине, стараясь привить своим детям не только родную культуру, но и язык.

Бабушка и дедушка очень тосковали, но в силу возраста и некоторых обстоятельств о переезде не думали, в отличие от моих родителей. Однажды они собрались и уехали, пообещав мне и бабушке с дедушкой, что за мной вернутся, когда обустроятся. Закрепиться в Республике Корее им удалось не сразу. Когда отец приехал за мной, я отказался с ним уезжать. У меня уже были свои планы на жизнь и виденье, как жить. Я не чувствовал острой необходимости в воссоединении семьи. Считал, что раз есть Мия, маме с папой стоит сосредоточиться на сестре, а я сам справлюсь.

После окончания школы, переехал в Москву, где поступил на юридический факультет в самый главный университет страны. Семья такой выбор не одобрила, но смирилась. Им, конечно, хотелось, чтобы я поступил на юриста в Корее.

Никто даже предположить не мог, что Мия, окончив старшую школу в Корее, соберется и рванет ко мне, поставив всех перед фактом. Сестра усердно училась не только в корейской школе, но и онлайн в русской. Поэтому без акцента разговаривала на русском, имела русский аттестат. Для родителей придумала объяснение, что в России ее образование выйдет дешевле. Поступила на бюджет, поселилась у меня. Ее целеустремленностью можно только восхищаться. Она хорошо устроилась, можно сказать. Сначала меня дико раздражало ее присутствие, сейчас привык, что дома кто-то есть, кто-то готовит мне еду, кто-то ждет.

— Что сегодня будешь делать? — Мия потягивается, отпихивает меня от холодильника и заглядывает вовнутрь. Я сажусь на стул, задумчиво смотрю на сестру. Она почти ровесница Шубиной, но какие они разные по целям в жизни.

— Мий, — жду, когда сестра обернется. — Ты бы вышла сейчас замуж?

— Ты мне жениха, что ли подобрал? — на лице сестры появляется раздраженное выражение. — Нет. Не вышла. Я приехала сюда не для того, чтобы создавать семью, рожать детей. Я приехала учиться, создавать карьеру.

— А если любовь? — усмехаюсь, закрывая бутылку. — В твоем возрасте это сплошь и рядом.

— У меня нет времени заниматься такой чепухой. Рис и кимчи с яйцом пойдет? — Мия оглядывается на меня через плечо.

— Пойдет. Я в душ, — встаю и направляю в свою комнату, чтобы взять вещи.

Приведя себя в порядок, беру свой мобильник и возвращаюсь на кухню, где уже накрыт стол разными закусками и поставлены заявленные блюда. Мия по привычке вместо вилок кладет металлические палочки. Сажусь за стол, набирая в поисковике фамилию Шубиной. Информации много, но в основном о старших женщинах семьи Елены.

Как и говорил Поклонский, всем бизнесом заведует Шубина Мария Ивановна. Несмотря на свой возраст, она до сих пор стоит у руля своего бизнеса, основанный ею с нуля. Там во владении и заводы, и пароходы, и газеты. Неудивительно, что ей трудно отпустить руль управления, доверить его дочери. Хотя, смотря на Софию Романовну, она ничем не уступает своей матери. С фотографии производит впечатление очень жесткой, волевой женщины. Елена другая. Это я понимаю сразу, наткнувшись на общее фото. Она на фоне матери и бабушки выглядит мягкой, нежной, трепетной. Ей точно нельзя быть в сфере бизнеса и находиться среди алчных акул, которые откусят все, до чего дотянутся. Но Поклонский… Ничего такого. Обычный офисный работник в компании своей тещи. И должность у него не руководителя. Так что за такая причина, по которой младшая Шубина в таком отчаянье, что готова забеременеть от первого встречного? Эта загадка не дает мне покоя.

— Что ты там так пристально рассматриваешь? Бабушка тебе фото невесты прислала? — Мия тянет