Медленный яд... - Диана Валеса

Глава 3

Вжимаюсь спиной в холодную поверхность двери, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Мои глаза неотрывно следят за парнем передо мной, который словно хищник изучает свою добычу. Его присутствие давит, заполняет всё пространство вокруг, лишая воздуха. Губы сами собой начинают двигаться, будто против моей воли:

— Ашер… — шепчу я, и голос предательски дрожит.

— Знаешь моё имя? — его усмешка кривит губы, в глазах мелькает что-то хищное и предвкушающее.

Так он меня не узнал… Хотя с чего бы ему помнить девчонку, которую видел мельком восемь лет назад? Тогда мне было всего десять, а сейчас — восемнадцать. Мы тогда едва ли обменялись парой слов за всё то время.

Парень резко наклоняется ко мне, его лицо оказывается в опасной близости. Жёлтые искорки в его глазах мерцают, словно маленькие огоньки, готовые вспыхнуть в любой момент. Его взгляд скользит по моему лицу, изучая каждую черточку, будто пытаясь найти что-то знакомое.

Его глаза светятся… Значит он обладатель ДНК хищника! Я не знала, что Ашер тоже хищник.

— Раз ты знаешь моё имя, то должна и знать, что я не терплю, когда его произносят без разрешения, — его рука резко поддевает мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. — Твой рот создан не для этого, сучка.

Сучка?

Его слова бьют наотмашь, словно пощёчина.

Как он может так разговаривать с незнакомым человеком?

Резким движением смахиваю его наглую руку, хмурюсь, пытаясь собрать остатки самообладания.

— Ты меня с кем-то перепутал, — произношу сквозь зубы, пытаясь найти выход.

Но он быстрее. Рука парня молниеносно хватает меня за горло, пальцы сжимаются с такой силой, что воздух перестаёт поступать в лёгкие. Перед глазами начинает темнеть, из горла вырывается хрип, похожий на предсмертный стон.

— Заткнись, — рычит он, и в этот момент его глаза вспыхивают яростным жёлтым пламенем, словно в них горит сама сущность чего-то древнего и опасного. Боже…

Да что происходит?

Мысли мечутся в панике, пока я отчаянно пытаюсь освободиться. Вцепляюсь пальцами в его грубую кисть, царапаю до крови, до глубоких борозд на коже. Но этот ненормальный только улыбается во весь рот, наслаждаясь моими страданиями, будто смакуя мою боль.

Какая же он тварь!

Его свободная рука ведёт себя ещё более нагло… Она бесцеремонно задирает мою юбку, грубо сжимает бедро. Хватку на горле он не ослабляет. Пялится в моё лицо своими страшными светящимися глазами.

Почему Ашер ведёт себя как животное? Как он может вот так запросто хватать незнакомых девушек и вести себя с ними вот так…

— Аш… шер… — хриплю я, беспомощно сжимая его кисть руками.

— Рот закрой, — рычит он, рукой поднимаясь выше и касаясь моей ягодицы.

И в этот момент что-то внутри меня ломается. Страх отступает, уступая место холодной решимости. Моё колено взмывает вверх с точностью отточенного удара, целясь прямо между ног Ашеру Коэну. Вкладываю в этот удар все свои силы, что у меня есть в данный момент!

Эффект мгновенный… Хищник отпускает мою шею, сгибается пополам от боли, отступает на несколько шагов, хватаясь за пострадавшее место. Не теряя ни секунды драгоценного времени, я рывком открываю дверь и вылетаю из проклятой вип-комнаты.

На бегу торопливо поправляю одежду, пытаясь привести себя в порядок. Руки дрожат, на глазах скапливаются слёзы. Громкие басы музыки больно давят на барабанные перепонки. Я хочу домой… Просто хочу поскорее уйти отсюда.

Сердце бешено колотится в груди. Я стараюсь взять себя в руки, глубоко вдыхаю и выдыхаю, пытаясь унять дрожь во всём теле. Собрав остатки самообладания, быстрым, почти бегущим шагом направляюсь к столику, где сидит мой парень Эрик и его знакомые.

Когда подхожу ближе, останавливаюсь и наклоняюсь к Эрику, стараясь говорить как можно тише, чтобы никто не услышал:

— Мне нужно домой, Эрик.

Он поднимает на меня обеспокоенный взгляд:

— Почему? Что-то случилось?

В горле ком, слова застревают. Как ему объяснить? Как рассказать, что меня только что чуть не изнасиловал этот хищник? Эрик обычный человек, и он просто бессилен против этого опасного типа. Он не сможет помочь. Я только хуже сделаю.

— Нет… Просто голова сильно разболелась, — выдавливаю из себя, стараясь звучать убедительно.

В этот момент меня окликает Леон:

— Подружка моего брата! — поворачиваюсь на его голос, и в тот же миг он выпускает густое облако дыма прямо мне в лицо. Глаза мгновенно заслезились от едкого запаха, а внутри всё закипает от унижения и бессильной злости.

— Ой, прости. Посиди с нами ещё немного. Скоро именинник придёт, поздравишь его и поедешь домой, — ухмыляется Леон, а я в шоке от того, что этот парень услышал меня.

Я ведь шёпотом говорила, и тут довольно шумно. Музыка играет. Ах да, точно. У хищников отличный слух.

Эрик хмуро смотрит на брата:

— Леон…

— Да ладно вам! — отмахивается тот. — Вы вдвоём поздравите, и ты, моя хорошая, поедешь домой. Я уже сказал нашему имениннику, что ты придёшь, Эрик. Будет невежливо вот так уходить.

Эрик поворачивается ко мне:

— Кана, давай ещё немного посидим? Потом я отвезу тебя домой.

Шумно вздыхаю, пытаясь сдержать слёзы. Смахнув влагу с глаз, киваю в знак согласия.

— Хорошо… — сажусь рядом с парнем, стараясь унять дрожь в руках. Спрятав их под столом, пытаюсь собраться с мыслями и успокоиться, но внутри всё ещё бушует буря эмоций.

______

Привет! Главный наглец — Ашер Коэн, чьё достоинство немного пострадало)

Глава 4

Леон неторопливо разливает напитки по бокалам, и в воздухе витает напряжение, смешанное с напускной непринуждённостью. Хищник со шрамом на лице — тот самый, с тяжёлым взглядом и рубцом, пересекающим правую щёку, вдруг ухмыляется. Его лицо на мгновение преображается, становясь почти мальчишеским, когда девушка, буквально прилипшая к его плечу, начинает что-то шептать ему на ухо. Её губы касаются мочки, а голос тонет в общем гуле.

Затем его рука незаметно скользит под стол. Девушка вздрагивает, начинает ёрзать на стуле. Я наблюдаю за этой молчаливой игрой, и мне не нужно быть гением, чтобы понять, что именно он там делает. Мозг моментально рисует пошлую картину…

И вот что меня бесит, почему именно здесь? Почему при всех? Они не понимает, что это может быть неприятно окружающим? Что кто-то, как я, вынужден сидеть и делать вид, что ничего не замечает, хотя всё прекрасно видно?

Окидываю взглядом компанию за столом. Никто даже бровью не ведёт. Другой хищник, тот,