(Не) Дед Мороз для Мамы - Аня Вьёри

Моя подчиненная расслабляется, усмехается.

– Для Юльки Серовой что ли? До вас дошло все-таки?

– Конечно, дошло, – киваю. – Вот, только что и дошло! Что там у Юльки Серовой?

– Ой! – выпаливает моя руководитель отдела персонала, округлив глаза. – Ну… Беременная она, – понижает голос женщина. – А контракт временный, на этой неделе заканчивается. Девка ревет, что и без декрета, и без работы… Кто ж ее с пузом-то возьмет…

– Лен Владимировна, – поджимаю губы. – Оформить на постоянный, в декрет отправить, подарок выдать! Ну не разоримся же!

– Вам виднее, – улыбается моя подчиненная. – Оно, конечно, можно было бы и уволить, но девочка хорошая. Сдается мне, мы себе отличного маркетолога вырастим.

– И очень лояльного компании! – выставляю вверх указательный палец.

– Да! – кивает Елена Владимировна. – Но вы же меня звали не за этим?

– Не за этим, – поджимаю губы. – Елена Владимировна, – вздыхаю, – найдите мне еще одну свободную должность, – смотрю на нее говорящим взглядом, – или придумайте!

.

Глава 5

Мы почти час перебирали штатку.

В конце концов, нашли, куда впихнуть Алиску.

Должность выдумали новую. Моя начальница отдела кадров поделилась мыслью, что давно мечтала о сотруднике, который бы сопровождал вновь нанятых. Вводил в коллектив, так сказать. Это, скорее, психология, особых навыков не надо, ну и…

В общем, придумали.

Елена Владимировна, поджав губы, проговорила, что служебные обязанности пропишет после собеседования.

Ну да. Чудо, так чудо. Посмотрит на Алиску и впишет ей в служебку ровно то, что та умеет.

Выдыхаю, немного успокаиваюсь, открываю, наконец, свой рабочий календарь, вожусь с бумагами. У меня сегодня пара встреч. Не сильно важные, но все же.

Не замечаю, как летит время. Чуть не вздрагиваю, когда включается селектор и секретарь докладывает, что меня уже ждут. Собираю документы, выхожу…

– Я только поблагодарить! – слышу где-то сбоку восторженный голос.

– Станислав Витальевич сейчас занят! – твердо отвечает секретарша, но…

– Станислав Витальевич, – испуганно мямлит та, кого я когда-то безумно любил, и я понимаю, что она меня уже увидела.

Ну да. Глупо было думать, что она не поймет. Но я надеялся, что хотя бы не сразу.

В уставных данных на фирму прописан совет директоров, если долго не копать, то и фиг поймешь, что тут все мое…

Но…

– Привет, – киваю на дверь своего кабинета, – у тебя две минуты.

– Стас, – она заходит следом за мной, закрывает медленно дверь. – Стас, это ты… Я… Ты…

Черт!

Как же сложно!

И что ей сейчас сказать?

А! Ничего! Правду и скажу! О том, что я играю в Деда Мороза, она знает. Один раз вот так со мной Снегурочкой стояла.

– Алис, я пригласил тебя из-за дочери… – тон у меня, наверное, чересчур строгий.

Я тут некстати вспоминаю, что хотел высказать родителям девочки, которую на час одну в город отпускают…

– Дочери? – вдруг вскрикивает она. – Стас, ты не посмеешь, – Алиска бледнеет, ее губы дрожат, на ресницах выступают слезы. – Стас, не делай этого, я прошу тебя! Она все, что у меня есть! Не трогай Машу, не забирай у меня ребенка! Я справлюсь! – с Алиской начинается самая настоящая истерика. – С тобой или без тебя, я справлюсь! Но я прошу, не отбирай у меня ребенка!

– Лис, – начинаю аккуратно, – ты сейчас о чем?

– Стас, ты не имеешь на нее никаких прав, – она повышает голос, переходит на крик. – Ты отказался от меня, ты бросил нас, выбрал другую! Да, я родила Машу! Да, от тебя! Но она моя! Только моя! Я ее никому не отдам!

И тут в кабинете повисает тишина… Мы оба, кажется, боимся вздохнуть. Не то, что пошевелиться.

– Станислав Витальевич, – опять пиликает селектор, – Безант ожидает в переговорной…

– К черту, – нажимаю кнопку, не спуская с Алиски глаз, – отменить. Пусть Иванчук вместо меня выйдет.

Выключаю эту чертову машинку.

– Так, – обращаюсь подчеркнуто тихо к бледной и дрожащей Алиске. – А теперь повтори сейчас то, что ты сказала!

.

Глава 6

Я сижу за своим столом, обхватив голову. Это сюр! Это нереально! Этого просто не может быть!

– Кто? – хриплю. – Кто тебе сказал, что у нас с ней свадьба?

– Эльвира, – тихо отзывается Алиса.

Сейчас у нее взгляд нашкодившей мыши.

Она понимает, что что-то не сходится.

И понимает, что за скрытого от меня ребенка порву нафиг!

– Какая Эльвира? – переспрашиваю, морщась. – Рыжая что ли?

– Да нет! – морщится, тщетно пытаясь сдержать слезы. – Брюнетка коротко стриженная! Такая! Высокая! Дылда!

Хмурюсь, напрягая память, но ничего не выходит.

Качаю головой.

– Не помню такой, Алиск, – смотрю ей в глаза. – Хоть убей, не помню.

Оно и не удивительно.

В тот период для меня никого, кроме вот этой вот золотистой блондинки, не существовало.

Да и долго еще…

Да и сейчас, собственно…

– У нее все так складно звучало, – еле слышным шепотом отзывается Алиска. – Она показывала мне фотографии, видео, вашу переписку, кольцо… Дескать, она из высшего общества, она для тебя представительская партия, брак с ней откроет тебе все двери, а я…

– Алис, – обрываю, – ты сама-то хоть понимаешь, какая это чушь?!

Златовласка моя обиженно поджимает губы, сопит, отворачивается.

– Ты вообще могла элементарно со мной поговорить? – ору, уже ничего не стесняясь.

– Стас, я виновата перед тобой только в одном, что не сказала тебе о ребенке…

– Да фигня вообще! – взрываюсь я. – Мелочь незначительная!

Резко встаю, следом за мной слетают со стола какие-то бумаги.

Нет, не скидываю. Случайно так выходит.

Но Алиска вся в комок сжимается.

Рычу. Замираю. Пытаюсь взять себя в руки.

– Я не знала, Стас, – шепчет моя девочка. – Я, когда уходила, не знала. А потом… Как бы это выглядело? К тому же я была уверена, что…

– Алис! – обрываю ее. – Замолчи, пока я никого не убил…

Стою, отвернувшись от нее, смотрю в окно… Упираюсь ладонью в стену, сгибаюсь чуть не пополам. Кажется, что земля уходит из-под ног.

Боже! Как это возможно?! Да еще и… под Новый год узнать…

За стеклом равномерно падают снежинки, радостно бегают по улицам люди, переливаются огни гирлянд, то тут, то там появляется кто-то в красном колпаке…

Волшебство, мать его так!

Самое настоящее волшебство!

В которое я ни дня в своей жизни не верил!

Черт!

А ведь действительно!

А как еще назвать то, что у меня вдруг появилась дочь?

Что она там желала вчера, сидя у меня на руках?

Я мгновенно переношусь назад на двенадцать часов и словно снова разговариваю с этой чудесной златокудрой малышкой.