Босс и его пышное недоразумение - Лера Золотая

— Вот это-то меня и пугает, — хмыкает Игнат Александрович. — Хорошо хоть без Барсика обошлись.

Надо же, как его впечатлил рассказ про моего кота. Может, ему еще рассказать что-нибудь про своего питомца? У меня таких историй просто завались.

— Вы пока можете быть свободны, — холодно говорит босс, когда я замешкалась, предаваясь своим мыслям.

Я, встрепенувшись, выскакиваю из кабинета, и только сейчас понимаю, что Демидов взял в руки красный маркер, видимо, снова будет работать с отчетом и делать пометки, которые я уничтожила. Становится нестерпимо стыдно, что из-за меня ему придется делать двойную работу.

Дальше все происходит в штатном режиме. Я, усевшись за стол и включив ноутбук, изучаю программы, которыми пользуются в офисе, роюсь в папках, оставшихся от моей предшественницы или предшественника.

— Вот это порядок, — восхищенно говорю я. — Все так по полочкам…

— Да. Эдик наш был стопроцентный педант, — отзывается Инесса Владимировна.

— А где он теперь?

— На повышение пошел. Его теперь в отдел перевели… начальником.

— Ого! Какой карьерный рост, — выдыхаю я.

— Игнат Александрович всегда высоко ценит своих сотрудников, — женщина снова погружается в работу, а я возвращаюсь к изучению документации компании.

— Алёна, — Инесса Владимировна смотрит на меня взволнованно. — Ты меня слышишь?

— А? Что? — я, очнувшись, поднимаю на нее глаза.

— Обед, — коллега стучит пальцем по циферблату. — Ты идешь?

— Пожалуй, воздержусь, — хлопая себя по округлым бедрам. — Давно хотела начать худеть. Думаю, что время пришло.

Женщина пожимает плечами и выходит из приемной, а я остаюсь одна. На цыпочках подхожу к двери босса и прикладываю ухо. В кабинете стоит мертвая тишина. Тихонько заглядываю и вижу, то кабинет пуст. Надо же, я даже не увидела, когда Демидов ушел. Заработалась…

Теперь можно и Маринке позвонить — моей лучшей подруге, которая знает обо мне все, включая то, сколько раз я падала на льду прошлой зимой… и позапрошлой… и… Короче, все.

— Представляешь, — тараторю я в трубку, как только подруга отвечает на звонок. — Я в первый же день умудрилась уничтожить отчет босса! Но он не ругался. Он… он смеялся!

— Серьезно? — Марина явно удивлена. — Тот самый Демидов? Который, по слухам, увольнял людей за опечатку в письме?

— Да! — хихикаю я. — Он даже сказал, что моя реакция «впечатляющая».

— Хм, — задумчиво тянет Марина. — Может, он не такой уж и айсберг? Лёка, ты там присмотрись к нему.

— Да брось ты! — вскрикиваю я. — Ты его видела? А меня?..

— Тебя вижу практически каждый день и просто любуюсь, — поддразнивает Маринка. — Может, и с твоим Демидовым когда-нибудь познакомлюсь. Не уволил же тебя он с работы? Поэтому надежда есть.

— Ты, как всегда, — улыбаюсь я. — Если мечтать, то ни в чем себе не отказывать.

— Ладно, — соглашается подруга. — Поверю, что твой босс просто душка. Но смотри, Лёка, не влюбись.

— И не подумаю! — возмущаюсь я, но сама чувствую, как теплеет где-то внутри. — Просто… он интересный.

— Интересный — это хорошо, — хмыкает Марина. — Главное, чтобы не слишком. А то начнешь мечтать о совместных обедах и романтических прогулках по офису.

— Ой, да ну тебя! — смеюсь я. — Никаких прогулок. Только работа. Ну, может, немного флирта… в рамках делового этикета.

— В рамках, в рамках. Держи себя в рамках, — поддакивает подруга. — Но помни: босс есть босс. Не теряй голову.

— Обещаю, — клятвенно обещаю я. — Буду предельно деловой, предельно находчивой и не буду думать ни о какой романтике.

Поболтав еще пару минут, отключаемся, и я снова погружаюсь в ноутбук.

После обеда в приемную входят и выходят какие-то люди, Инесса Владимировна все время отвечает на звонки, возвращается Демидов, а я так и сижу за своим столом, как курица на жердочке. Наверное, сто́ит прояснить у Игната Александровича свои должностные обязанности, а то так и буду целыми днями сидеть за столом и убирать макулатуру.

Вечером я задерживаюсь в офисе, собираясь поговорить с боссом. Проходя мимо кабинета Игната, замечаю, что свет еще горит. Тихонько заглядываю в щель приоткрытой двери.

Мужчина сидит за столом, склонившись над бумагами. Лицо сосредоточенное, пальцы быстро перелистывают страницы. Но вдруг он замирает, смотрит на экран, и на губах появляется легкая, почти незаметная улыбка.

Замираю, боясь нарушить этот момент. А ему действительно нравится то, чем он занимается. С восхищением смотрю на Демидова, а потом даю себе мысленную затрещину. Маринка же говорила, чтобы я не влюблялась, а я так растекаюсь тут перед дверью.

Игнат поднимает голову, и я шарахаюсь в сторону, надеясь, что он меня не заметил, но мои надежды ждет оглушительный крах.

— Еще здесь? — доносится из-за двери хриплый, бархатистый голос.

— Я уже заканчиваю, — отвечаю я.

— Работаете допоздна, — замечает он.

— Просто хочу разобраться во всем как можно быстрее, — объясняю я, открывая дверь, потому что прятаться уже нет никакого резона. — Чтобы не подводить вас.

— Похвальное стремление, — одобрительно кивает Игнат. — Но не переусердствуйте. Переутомление снижает продуктивность.

— Учту, — улыбаюсь я. — Только я особо-то сегодня и не усердствовала. Я так и должна сидеть в уголке и перебирать бумажки?

— Нет. Кстати, завтра у нас намечается совещание, — говорит он, выходя в приемную. — Тебе надо будет подготовить тезисы по проекту «Альфа». Кратко, емко, с цифрами. Сможешь?

Демидов опирается рукой о стену на уровне моей головы, а сам он склоняется надо мной. Его дыхание обжигает кожу, и по спине бегут мурашки.

— Конечно, — киваю я, отмечая, что босс стал обращаться ко мне на ты. — Все будет готово к девяти.

Кровь толчками бежит быстрее по венам, потому что Игнат стоит слишком близко, так близко, что, кажется, я слышу его сердцебиение.

— Отлично, — он улыбается, на этот раз чуть шире, его пальцы прикасаются к моей щеке, и меня словно бьет током. — До завтра, Алёна.

— До завтра, — заикаясь, отвечаю я и иду к выходу, спиной чувствуя мужской взгляд.

3

Всю ночь я ворочалась с боку на бок, потому что не могла освободиться от ощущения мужской руки на щеке… Кажется, что я чувствую его дыхание на своей коже… И ничего не могу с этим поделать. Внизу живота закручивается тугой узел желания, который буквально не дает вздохнуть.

Я вскакиваю с кровати и несусь в ванную комнату. Становлюсь под ледяные струи воды, стараясь отогнать от себя это наваждение. Когда зубы начинают выбивать чечетку, я закрываю кран и выбираюсь из душа. Закутываюсь в теплое, мягкое полотенце и валюсь на кровать. Только после водных процедур мне удается провалиться в сон.

Раннее утро встречает ярким солнышком, и я невыспавшаяся еле разлепляю глаза. Настенные часы подсказывают, что