Во власти дракона-оборотня - Кортни Уимс

Не яд.

Не знаю, откуда мне это известно, но это так. Поэтому я запиваю вином ком в горле и жду, пока оно не приглушит захлёстывающие меня ощущения.

— Лира? — голос доносится приглушённо из-за двери. — Ты выпила его?

— Да.

Дверь приоткрывается на несколько дюймов, а я хватаюсь за край багрового одеяла, свисающего с кровати, и подтягиваю его к себе, прикрывая своё обнажённое бледное тело.

Мужчина склоняет голову, глядя в пол.

— Я привёл служанок, чтобы помочь тебе, если ты не против. Ты проснулась последней и времени у тебя немного меньше, чем у остальных. Ужин начнётся через тридцать минут, так что нам придётся поторопиться.

Последней проснулась? Ужин? Я перевожу взгляд с него на трёх женщин позади него, ожидающих моего разрешения.

— Где я?

— Узнаешь примерно через… двадцать девять минут, — отвечает он и распахивает дверь шире. — Пожалуйста. Они работают быстро и тщательно.

Я киваю, не видя другого выхода, и женщины вплывают в комнату. Как только они входят, мужчина закрывает дверь. Самая старшая из женщин указывает на другую и жестом показывает на лужу крови на полу. Затем две женщины тихо помогают мне выбраться из-под одеяла. Позволяя мне опереться на их предплечья, они ведут меня в ванную.

Они набирают для меня ванну и купают меня. Трут кожу щётками и мылом, расчёсывают мои тонкие чёрные волосы, распутывая узлы, пока вода не становится мутно-красной. После того как воду спускают и ополаскивают меня, они помогают мне выбраться из ванны и вытирают насухо перед тремя зеркалами.

Капли воды скользят по моему миниатюрному телу, и одна из женщин убирает длинные чёрные волосы с груди мне за спину. Я не могу удержаться и снова скрещиваю руки на груди, сжимая бёдра вместе, словно это способно подарить мне хоть какое-то подобие уединения.

Женщины показывают мне несколько платьев на выбор, и я останавливаюсь на изысканном лазурном. Оно с рукавами и переливается мягким блеском множества тонких слоёв ткани. Они поднимают мои тёмные волосы наверх, украшая их жемчугом, и надевают подходящие серьги, которые покачиваются у ключиц.

— Четыре минуты, — шипит самая старшая женщина.

Они ещё раз внимательно осматривают меня, исправляя последние мелочи, прежде чем вывести из ванной к двустворчатым дверям. Когда двери открываются, с другой стороны стоит солдат в золотых доспехах.

Его глаза загораются при виде меня, а губы трогает мягкая улыбка.

— Очаровательно. Ты ему понравишься.

Я не могу воспринять это как комплимент, потому что зацепляюсь за одно слово.

— Ему? — выдыхаю я, наблюдая, как служанки возвращаются в мою комнату.

Одна из женщин, которой поручили отмыть кровь с пола, стоит на четвереньках и оттирает красные пятна с белой плитки, прежде чем дверь закрывается.

Солдат кивает и жестом приглашает меня следовать за ним по длинному коридору, заканчивающемуся рядом ярких витражных окон. Он идёт рядом со мной, и его сапоги вместе с моими каблуками цокают по мрамору.

Подбородок у него поднят, взгляд устремлён вперёд.

— Король Сайрус. Ты не помнишь?

Я качаю головой, и серьги качаются вместе с движением.

— Нет. А должна?

— Любопытно… Дай вину ещё немного времени подействовать, и вспомнишь. Боль прошла?

Моргнув, я отвожу взгляд от его лица к своим запястьям, чтобы проверить. Когда я переворачиваю руку ладонью вверх, меня озадачивает то, что от раны осталась лишь тонкая полоска. Едва заметная при беглом взгляде.

— Да, прошла.

Но что во всех мирах способно исцелить столь смертельную рану?

— Хорошо. Это первый шаг.

Он останавливается у арки, ведущей в другой коридор.

— Остальные женщины находятся в комнате слева. Присоединись к ним и не спеши. Не стоит перегружать себя. Воспоминания будут возвращаться постепенно, так что просто позволь им приходить сами собой.

Мягкий гул разговоров доносится из коридора, за которым следует россыпь смешков. Я снова перевожу внимание на него, встречаясь с его карим взглядом. Неловко протягиваю ему руку. Не зная, как выразить благодарность в подобной ситуации, и всё же чувствуя необходимость быть вежливой. Инстинкты подсказывают мне, что солдат в золотых доспехах может означать лишь одно — высокий чин.

— Спасибо…

Он берёт мою руку и крепко её пожимает. Когда его взгляд вновь поднимается ко мне, он с лёгкой улыбкой говорит:

— Девин.

Я улыбаюсь, высвобождая руку из его ладони, и слегка склоняю голову.

— Спасибо, Девин.

Я иду по коридору и вхожу в дверь слева, на которую он указал, оказываясь в комнате, наполненной гулом разговоров. За столами сидят женщины в роскошных платьях, обмениваясь беседами и улыбками, подчёркнутыми помадой. Я всматриваюсь в каждое лицо, надеясь увидеть кого-нибудь знакомого. Надеясь, что кто-то здесь знает, кто я такая. Даже если я сама этого не знаю.

Лица начинают поворачиваться ко мне. Один за другим. Затем по двое и по трое, пока наконец все не начинают смотреть. На комнату опускается тишина, и все замирают в ожидании женщины, застывшей на вершине лестницы.

Боги небесные, Лира, двигайся!

Я собираю юбки в руках, не видя другого пути, кроме как идти вперёд. Заставляя ноги подчиниться, я делаю шаг.

Затем ещё один.

И ещё.

Шаг за шагом я спускаюсь по широкой лестнице.

Я не пью. Алкоголь никогда не был способен притупить мои чувства. Да и вкус его никогда не приносил мне удовольствия. Я считаю совершенно бессмысленным наливать себе хотя бы каплю.

Но эта ночь отличается от остальных.

Я уже выпил четыре пальца самого крепкого виски, что есть в кабинете. Откинувшись в своё мягкое кресло с пуговичной обивкой, я смотрю поверх своих сапог, покоящихся на таком же пуфе для ног, на изящно изогнутые ряды окон, выходящих на горы Серахейвен. Несмотря на потепление и сады, взорвавшиеся ярким цветением, снег всё ещё припорашивает зазубренные вершины за пределами досягаемости замка. А это значит, что летом, когда начнётся таяние снегов, водопады, обрамляющие окружающую нас горную гряду, станут полноводнее, а уровень озера у подножия поднимется. Придётся уже сейчас поручить солдатам возведение дополнительных укреплений для защиты замковых земель.

В прежние годы сильных наводнений мне удавалось самостоятельно перенаправлять воду, но Совет рекомендовал мне внимательнее следить за тем, сколько магии я использую. Теперь это важнее, чем когда-либо.

Стук в дверь за моей спиной прерывает мои далёкие мысли, и я слегка приподнимаюсь с кресла.

— Да, входите.

Раздаётся тяжёлая поступь, рисунок которой мне слишком хорошо знаком.

Девин. Мой Генерал.

Его мастерство и знания почти превосходят мои собственные, и в самые тяжёлые моменты я часто