Любовь сильнее магии - Октябрина Полярная

В стороне послышались тихие хлопки. Кассиопея оглянулась. Это был директор, тот самый, который приходил тогда к ним, когда миссис Мёрфи была ещё жива. За ним послышались ещё хлопки и вскоре весь Гриффиндорский стол вновь хлопал новенькой, но это были не те аплодисменты, которыми они встречали других ребят. Не было радостных криков, свистков и рычания. Кассиопея молча подошла к столу и села на край скамейки. Все смотрели на неё с каким-то презрением и… страхом?

После распределения директор долго что-то говорил, но Кассиопея его не слушала. Она была погружена в свои мысли. Так же она не притронулись к еде.

Что происходит? Почему все так отреагировали на её появление?

— Гарри! — послышался голос девочки и тут же рядом с Касс присел мальчик, лет двенадцати, с тёмными взлохмаченные и волосами и круглыми очками.

— Ты чего не ешь? — спросил он.

— Не хочется, — прошептала Касс.

— Ну ты поешь. Ужин не скоро.

Кассиопея снова взглянула на мальчика. Она взяла свой стакан и сделала глоток тыквенного сока. Больше она ничего не пила и не ела. Она просто уставилась на свою пустую тарелку и просидела так весь праздничный обед. После обеда старосты факультетов начали звать к себе первокурсников. Кассиопея тоже подошла к ним. Увидев её, первокурсники начали сбиваться в кучку, а какая-то девочка даже вскрикнула.

Почему все так реагируют на неё? Старосты провели всех в гостиную Гриффиндора и показали где комнаты девочек и мальчиков. Кассиопея заглянула в несколько комнат в поисках своего чемодана. Наконец, заглянув в седьмую по счёту комнату, она наконец то нашла свой чемодан. В комнате на неё изумлённо смотрели четыре пары глаз.

— Привет, — как можно дружелюбнее сказала Касс, — я похоже ваша новая соседка. Меня зовут…

— Мы знаем — оборвала её темненькая девочка.

— Анжелина! — недовольно шикнула на неё высокая девочка с светлыми волосами. Она протянула Кассиопее руку. — Меня зовут Алисия. Это Анжелина. А это Софи и Элисон, — она указала на двух девочек.

Кассиопея молча подошла к своей кровати и закрыла её пологом. Она переоделась в чёрные лосины, поверх которых одела джинсовые шорты и белую майку. Из обуви она выбрала красные конверсы. Она понимала, что по какой-то причине её соседкам не приятно находится с ней в одной комнате, поэтому она вышла и пошла в гостиную. В гостиной на неё посмотрели как на врага народа. Поэтому она пошла петлять по коридорам Хогвартса. Что-то странное творилось со всеми. Почему все так боятся и ненавидят её? Об этом знали все, но молчали. Не знала только Кассиопея. Так она шла и размышляла, пока не услышала голоса.

— Ну не надо, — говорил тоненький голос мальчика.

— Что не надо? — издевательски спросил более грубый голос.

Кассиопея заглянула за угол и увидела, как четверо слизеринцев стоят, направив свои палочки на лежащего пуффендуйца, лет одиннадцати-двенадцати. Они стояли в шагах пяти от Кассиопеи.

— Отстаньте от него! — неожиданно для самой себя крикнула Кассиопея и, подбежав, толкнула одного из слизеринцев. Ошарашенные слизеринцы смотрели на Кассиопею широко открытыми глазами. — С тобой всё в порядке? — спросила она у пуффендуйца, помогая ему подняться. Мальчик кивнул. — Тогда беги к себе в башню. Быстрее.

Мальчик побежал, а Кассиопея посмотрела на слизеринцев.

— Что вы творите?

— О, Блэк тебе ли это говорить? — спросил самый высокий из слизеринцев.

— В каком смысле? — не понимала Кассиопея.

— А сама не понимаешь?

— Нет. Не понимаю.

— Хорошо. Сегодня в двенадцать на астрономической башне. — парень подмигнул и, развернувшись, махнул своей «свите». Парни, довольно улыбаясь, пошли за ним.

Кассиопея вернулась в комнату. Там никого не было, все уже были на ужине. Кассиопее не хотелось есть. Она думала о том, за что судьба обходится с ней так. Пойти ли на встречу с этим слизеринцем? Она не трусиха. И он возможно единственный, кто наконец-то сможет рассказать ей всё.

Время шло слишком медленно. Касси читала магловскую книгу, абсолютно не понимая что читает. Наконец, прочитав одну и ту же строчку четвертый раз, она поняла, что абсолютно не знает, где находится астрономическая башня. Посмотрела на время. 23:30. Как же узнать, где находится эта астрономическая башня?

Она выглянула из-за своего полога. Все, кроме Алисии, спали.

— Алисия, а как пройти к астрономической башне? — шепотом спросила она.

Алисия все подробно объяснила как и куда идти. Кассиопея поблагодарила её. Она решила не переодевать, только вместо майки надела теплую темно-зелёную толстовку. Посмотрела на время. 23:45.

Она вышла из комнаты и пошла точно по указанному маршруту, стараясь не шуметь. На удивление ни завхоз Филч, ни его надоедливая кошка не помешали ей.

Поднимаясь по ступеням она увидела, что её уже ждут.

— Всё-таки пришла. Я думал ты испугаешься, — мягко произнес мальчишеский голос.

— Я бы не пришла, если бы мне не нужно было кое-что узнать.

— Да? И что же это?

— Ну, во-первых, ты знаешь как зовут меня. А как обращаться к тебе?

Послышался смешок:

— Меня зовут Уолберг Нотт. Но ты можешь называть меня Уол.

— Хорошо, Уол. Второе, что я хотела бы знать, это то почему все смотрят на меня с таким презрением и… страхом?

— Ну ты же Блэк.

— И? Это что-то объясняет?

— А ты сама не понимаешь? Дочь известного преступника и предателя.

— Кого?

— О, Блэк, ты разве не знала. Твой дорогой отец сидит в самой ужасной волшебной тюрьме. Да, Азкабан просто ужасное место.

— Почему он там?

— Я же сказал. Он — убийца. Избавил этот мир от двенадцати маглов. Я считаю, что это благородное дело, — издевательски протянул Нотт.

— Нет. Ты врёшь.

— Зачем мне врать, малышка Блэк. Я знаю, тебе может быть сейчас больно, — он подошёл вплотную. Медленно поднял руку и положил на шею Кассиопеи. — Но я могу тебе помочь, — прошептал он ей на ухо и начал заводить свою руку под толстовку девушки, нащупывая лямку лифчика.

— Что ты творишь?! — оттолкнула его Кассиопея.

— Брось, Блэк. Если будешь послушной, будешь в безопасности.

— Да пошёл ты, — процедила сквозь зубы Кассиопея и хотела дать ему посщёчину, но он перехватил её руку за запястье. — Отпусти, — сказала она и попыталась вырвать руку, но это была настолько неудачная попытка, как если бы она попыталась вырваться из объятий Василиска. — Отпусти, я сказала, иначе…

— Иначе что? Заплачешь? Побежишь жаловаться мамочке с папочкой?

Кассиопея не выдержала и достала из кармана раскладной нож. Нажав на кнопку, она подставила его к горлу противника.

— Иначе твои мамочка с папочкой будут оттирать тебя от этого пола.

Страх в глазах Нотта был