Дорогая Шарлотта - Катерина Слезовская

Герцог всё больше молчит, слушает. А через какое-то время приводит обратно в гостиную. — Простите, сейчас мне нужно ехать. Дела. — вздыхает как-то устало — Завтра заеду к вам, всё обсудим. Бедный, столько дел, что уже среди дня такой уставший! Ну ничего, завтра приглашу его на чай, приготовлю подкрепляющий травяной. Это я умею, в пансионате и в травах учили разбираться. Да-а, как же легко окунуться в розовые мечты и намертво застрять в них, возводя небывалые воздушные замки, когда ты наивная восемнадцатилетняя барышня. Со стороны, предполагаю, что это выглядит весьма смешно и... жалко, но таковы уж хрустальные сердца невинных дев. Моё же сердце трепетало до невозможности, затянутое будто в розовый зефир, полнясь несбыточными надеждами. Ещё и отец очень хвалил, что его любимая дочка смогла "подцепить" самого герцога Крастесса, самого видного жениха. Из его слов я сделала вывод, что наши с герцогом чувства взаимны. Какое же это окрыляюшее ощущение! Правда пребывать в своих радостных фантазиях долго, благо всевышнему, мне не пришлось. Я витала в эйфории ровно до вечера сего же дня, когда случилось то, что навсегда перевернуло и перечеркнуло мой мир. До сих пор не могу понять — магия ли это, божья помощь, колдовство ли или просто чудо. Долгое время после нахождения дневника ломала голову над этим вопросом, но в итоге так ни к чему и не пришла. Однако, чудо мне действительно открылось, суровое и болезненное, позволившее мне повзрослеть на многие годы за одну лишь ночь.

2. Трагичная, спасительная находка

На закате того дня, когда нас впервые посетил герцог Эдвард Крастесс, я чувствовала такой душевный подъём, что совершенно не могла успокоиться и не знала куда себя деть. Казалось, сердце в груди стало настолько большим, что вот-вот разорвёт изнутри всю меня. Хотелось гулять, вдыхать прохладный вечерний воздух, любоваться закатными красками — тогда, может быть, станет легче. Посему я решительно нацелилась на прогулку в саду после ужина, невзирая на неодобрение мадам. Заскочила в покои лишь захватить шаль, но тут мой взгляд ненароком упал на стопку книг, тихонько одолженных из библиотеки пока никто не видит. Я частенько промышляла подобным, ведь учиться и постигать новое очень любила, но, естественно, это было для меня под запретом. А ведь единственная отдушина. Вот и сейчас в неприметном углу у шкафа громоздились пухленькие тома по истории, правоведению и экономике. Но только среди них затесалось нечто странное, что каким-то неведомым образом сразу привлекло моё внимание. Среди книг притаилась некая невзрачная тетрадь в истёртой, некогда тёмно-коричневой обложке. Откуда она? Я такую точно не брала и в руках не держала, но что-то подталкивало немедленно изучить. Ведомая каким-то неясным чувством, я заперлась и быстро вытащила находку из стопки. Тетрадь казалась старой, даже, можно сказать, бывалой, в таких обычно делают заметки... монахи или мореходы, возможно? Даже не знаю, откуда в голове взялась эта мысль. На обложке никаких надписей, только мелкие порезы и затёртости. Странно, такое никак не вязалось с домом богатого аристократа. Откуда это вообще? Как попало в мою комнату? Никто подложить не мог, ведь я всегда запирала двери, опасаясь какого-нибудь подлога от "любящих" родственников. Служанки тоже не могли — так как свою комнату мне приходилось убирать самой, они здесь уже давно не появлялись. Так что же это? С глубоким вдохом, будто перед прыжком в воду, я открыла злосчастную тетрадь и в растерянности уставилась на пустые листы, пролистала от корки до корки — ничего, ни слова. Может, это какая-то очередная оскорбительная шутка от сестрицы, чтобы указать моё место? Нет... Как завороженная, я, почему-то, упорно продолжала смотреть на пустой лист. И чего смотрела? Там же пусто! Но что-то не давало мне оторвать глаз. А потом случилось это. Страница будто подёрнулсь пеленой, после чего на ней начали быстро вырисовываться буквы, строки... Боже!" Дорогая Шарлотта" — именно так начиналось повествование. Господи, как же я испугалась! Хотела отшвырнуть от себя эту невидаль, но вместо этого вцепилась вспотевшими ладонями только сильнее и в каком-то исступлении принялась читать. И чем дальше я читала, тем стремительнее рушился мой мир. Всё! Рушилось абсолютно всё! Даже я сама! Этот... Этот странный предмет оказался дневником, МОИМ дневником! Точнее, меня будущей. Не знаю, как это могло произойти, но я из будущего писала себе настоящей. Более того, я точно знала, что всё написанное истинная правда, ведь видела, проживала изложенные события, как свои собственные, даже зная те детали, которых в дневнике не было. Будто я всё это уже проживала, сама. Всю ту трагедию, что ждала меня в дальнейшем и заканчивалась смертью в одиночестве, в грязной и продрогшей келье отдалённого монастыря, находящегося на севере страны. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я перестала видеть столь яркие картины пережитого будущего. Когда очнулась, скорчившаяся на полу, захлёбывающаяся в слезах, за окнами уже давным-давно было темно. Возможно, за это время кто-то стучался ко мне или вызывал, не знаю, да и было всё равно. В груди клокотала такая боль и ярость. За что?! За что судьба со мной так жестока?! Чем я провинилась?! — Господи... — Со всхлипом выдохнула я и расхохоталась, а потом всё больше и больше. Меня накрыла небывалая истерика. Боже! Какой наивной дурой я была, как сильно себя не ценила! Ради чего я только терпела, притворялась?! Ради чего?! Ради того существования забытой и забитой?! Ради того, чтоб сгореть от болезни в монастыре?! Всеми покинутой и преданой?! Тридцать! Я умерла в тридцать, чёрт возьми! И даже не знаю, как дотянула-то, с такой то жизнью! — Нет... Нет, так не пойдёт. — С остервенением помотала головой, чуть успокоившись. Хотя как успокоившись, меня всё ещё била крупная дрожь. Снова взглянула на дневник, перечитала и с нежностью погладила последние строки — "Дорогая Шарлотта, я писала всё это из последних сил, желая лишь передать тебе знания, чтобы ты исправила то, что я не смогла. Оглядываясь на прошлое, так горько вспоминать, какой глупой, неуверенной в себе я была, совершенно не знала себе цену. Но мне никто не сказал, никто не поддержал, поэтому я хочу сделать это для тебя. Послушай, Шарлотта, ты — самое ценное, что у тебя есть, ты красивая, правда красивая и очень умная. Я знаю, что сможешь всё выправить, прожить хорошую жизнь. Молюсь за это и отдаю всю себя, чтобы так и произошло. Прошу тебя, полюби себя, заставь других себя уважать, не дай завести себя