Я не злая мачеха! Воспитать наследника Тьмы - Ianluv

Леон сидел на подушке рядом и смотрел на меня. В утреннем свете он выглядел еще более хрупким. Его синяк на щеке позеленел, придавая лицу болезненный вид. Он сидел совершенно неподвижно, словно статуя.

— Доброе утро, Леон, — я улыбнулась ему самой своей доброй «воспитательской» улыбкой. — Как спалось?

Он отпрянул, явно не ожидая приветствия.

— Вы... вы не сердитесь? — голос его был едва слышным.

— На что мне сердиться?

— За то, что я... здесь. В вашей кровати.

Я вздохнула и села, потягиваясь. Тело Серафины отозвалось приятной гибкостью.

— Леон, послушай меня внимательно. Теперь это и твое место тоже. Ты можешь приходить сюда всегда, когда тебе страшно или холодно. Тебе больше не нужно прятаться.

Он склонил голову набок, явно пытаясь переварить эту информацию. В его маленьком мире правила игры внезапно изменились, и он не знал новых инструкций.

В дверь осторожно постучали.

— Входите, — отозвалась я, снова принимая величественный вид. Нужно держать марку перед персоналом, пока я не укреплю свои позиции.

Вошла Грета с подносом. Она выглядела так, будто не спала всю ночь. Следом за ней шли две горничные, неся тазы с водой и платья.

— Ваша Светлость, завтрак подан. И... прибыл управляющий поместьем, мистер Мортон. Он просит аудиенции по поводу... — она запнулась, бросив быстрый взгляд на Леона, — по поводу расходов на содержание детского крыла.

В моей памяти всплыл образ мистера Мортона. Скользкий тип, который помогал Серафине «экономить» на ребенке, забирая часть выделенных денег себе в карман.

— Пусть подождет, — отрезала я. — Сначала я займусь сыном. Грета, принеси лучшую одежду для молодого лорда. Не ту ветошь, которую он носил раньше, а что-то достойное его статуса. И если в гардеробе ничего нет, пошли гонца в город к лучшему портному. Пусть везет готовые вещи.

— Но, Ваша Светлость... Герцог приказал соблюдать скромность в расходах на...

Я встала с кровати. Мой рост позволял мне смотреть на Грету сверху вниз.

— Герцог сейчас на границе. А здесь — я. Ты сомневаешься в моем праве распоряжаться средствами дома Рид?

Грета побледнела и низко поклонилась.

— Никак нет, Ваша Светлость. Я всё исполню.

— Хорошо. И приготовь завтрак здесь, в моих покоях. Мы с Леоном будем есть вместе.

Я видела, как Леон вздрогнул при слове «вместе». Оригинальная Серафина никогда не ела с ним. Она считала, что его присутствие портит ей аппетит.

Когда слуги вышли, я повернулась к мальчику.

— Ну что, Леон? Давай умываться и приводить себя в порядок. Сегодня у нас большой день.

— Какой? — тихо спросил он.

— День, когда мы начнем превращать этот мрачный замок в настоящий дом.

Я подошла к нему и протянула руку. Он колебался секунду, а затем вложил свои маленькие пальчики в мою ладонь. Они были еще холодными, но уже не такими ледяными, как вчера.

Это была моя первая маленькая победа.

Завтрак прошел в странной атмосфере. На столе были овсяные хлопья с медом, свежие фрукты, горячие булочки и ветчина. Я следила за тем, чтобы Леон ел. Сначала он просто ковырялся в тарелке, ожидая, что еду отберут. Мне пришлось показать пример, с аппетитом уплетая кашу.

— Знаешь, Леон, в одном далеком-далеком месте, — начала я, — говорят, что каша дает силу великанов. Если съешь всё, сможешь поднять даже самый тяжелый меч.

Его глаза загорелись. Какой мальчишка не мечтает о мечах?

— Мой папа... он поднимает огромный меч, — сказал он. Это было первое добровольное замечание, которое он высказал.

— Твой отец — великий воин, — подтвердила я, хотя внутренне содрогнулась, вспомнив описание Аларика в книге. «Ледяной клинок Империи». Человек, который не знал пощады ни на поле боя, ни в собственной семье. — И ты будешь таким же. Но для этого нужно хорошо питаться.

Он кивнул и начал есть быстрее.

После завтрака я велела Грете увести Леона в сад — под присмотром самого надежного стражника, которого она сможет найти. Я не хотела, чтобы он присутствовал при моем разговоре с управляющим.

Мистер Мортон ждал в малой гостиной. Это был невысокий мужчина с масляными глазками и неприятной улыбкой. Когда я вошла, он отвесил напыщенный поклон.

— Ваша Светлость, вы выглядите... иначе сегодня. Более сияющей, если позволите.

— Оставьте лесть, Мортон, — я уселась в кресло и указала ему на стул напротив. — Перейдем к делу. Я просмотрела счета — в своей голове, разумеется — и у меня возникло много вопросов.

Мортон заметно занервничал.

— Вопросов, госпожа? Но мы всегда действовали согласно вашим указаниям. Минимизация трат на содержание молодого лорда, перенаправление средств на ваши туалеты и украшения...

— Мои указания изменились, — я перебила его, постукивая пальцами по подлокотнику. — С этого момента содержание Леона Рида — мой главный приоритет. Я хочу видеть подробный отчет о том, куда ушли деньги за последние полгода. Каждое медное кольцо.

Мортон сглотнул.

— Но... это потребует времени...

— У вас есть два часа, — я улыбнулась, и это была улыбка Серафины. Холодная и предвещающая беду. — И если я обнаружу, что хотя бы один золотой на одеяла для мальчика превратился в ваш новый кафтан, Мортон... я вспомню, что в подвалах этого замка всё еще стоят старые пыточные инструменты. Вы же знаете, я человек настроения.

Управляющий попятился, кланяясь так низко, что едва не задел носом пол.

— Всё будет сделано, Ваша Светлость! Сию минуту!

Он выскочил из комнаты, а я откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Фух. Играть роль злодейки утомительно, но крайне эффективно. В моем мире мне приходилось часами уговаривать администрацию выделить деньги на новые краски или ремонт песочницы. Здесь достаточно было намекнуть на дыбу.

Пожалуй, в этом мире были свои плюсы.

Я вышла на балкон, выходящий в сад. Внизу, на постриженном газоне, я увидела маленькую фигурку. Леон стоял у куста роз и осторожно трогал лепестки. Рядом с ним, на почтительном расстоянии, стоял стражник.

Мальчик выглядел таким потерянным в этом огромном, холодном мире.

Я вспомнила финал книги. Леон, уже взрослый, стоит над телом Серафины. Его лицо искажено ненавистью. Он говорит ей, что никогда не знал любви, и что она сама создала монстра, который его поглотил.

«Нет, малыш», — подумала я, сжимая перила балкона. — «В этот раз всё будет иначе. Я не знаю, почему судьба забросила меня сюда. Может, это мой последний и самый важный урок. И я его не провалю».

В этот момент Леон поднял голову и увидел меня. Я не отвернулась, как сделала бы Серафина. Я подняла руку