В активном поиске раба - Лисавета Челищева

Глава 5

Я оборачиваюсь. Владелец клуба стоит в дверях подсобки, той самой ледяной глыбой.

— Спасибо. Не надо.

— Я отвезу. Разговор окончен.

Он исчезает за дверью. Музыка взрывается снова, как ни в чем не бывало. Я смотрю на Яну. Она сидит на коленях у своего господина, виновато улыбается. Я беззвучно шепчу: «Что за фигня?». Её улыбка меркнет.

Я хватаю сумку и вылетаю на улицу.

Ночной Париж встречает меня мелким противным дождем. Я скидываю туфли и иду босиком по мокрому асфальту. Холод отрезвляет. Завтра бой. Ноги должны отдыхать, а не месить тротуары с мозолями из-за этих ходуль.

Иду долго. Дождь усиливается. Платье промокло насквозь и липнет к телу. Волосы висят сосульками.

Переходя очередную улицу, замечаю краем глаза свет фар. Слишком яркий. Слишком близко.

— Какого черта?!

Черный Мерседес визжит тормозами в сантиметре от меня. Дверь открывается. Из машины выходит ОН.

— Садись.

— Ты меня убить хотел?!

— Садись в машину. Вика.

— Откуда ты знаешь моё имя?

— Твоя подруга сказала. Садись.

— Нет.

Он выдыхает. Медленно, сдерживаясь.

— Клянусь, если ты не сядешь, я уложу тебя на капот и выпорю так, что мало не покажется.

Что он себе позволяет?.. Мерзкий француз.

— Последний, кто мне угрожал, сейчас в травмпункте вправляет нос. Не советую.

— Хорошо. Заболеешь — твои проблемы. Получай удовольствие от прогулки.

Он разворачивается к машине.

Дождь хлещет по лицу. Я дрожу. Завтра важный бой. Если я свалюсь с температурой, тренер меня убьет. Он и так уже три года пытается выбить из меня эту дурацкую привычку всё решать кулаками. Очередная проблема ему точно не нужна.

— Ладно, — цежу я сквозь зубы.

Он останавливается, но не оборачивается.

Я подхожу к машине, забираюсь на пассажирское сиденье. Салон пахнет кожей и его парфюмом. Дорого. По-мужски.

Он садится за руль, трогается с места.

— Адрес.

— Улица Вожирар, 45.

— Видишь? Не так сложно выполнять приказы.

— Приказы? Ты меня просто спросил. Я просто ответила. Так люди обычно общаются, если ты не знал.

Звонит телефон. Он нажимает кнопку на руле.

— Да? — его голос меняется. Становится жестче.

Ему кто-то говорит что-то в спешке. Я не слышу что, но то, что отвечает этот мужик, меня повергает в ужас:

— Что?.. Нет, меня сейчас нет... Она сделала что? Ясно. Чтобы когда я вернулся, она стояла на коленях в моем кабинете голая. Положи в комнату трость и плетку. Нет, надень на неё кольцо. Кончать нельзя до моего возвращения… Да.

Он отключается.

Меня мутит. Физически мутит от этих слов. От того, как спокойно он это говорит. Они все какие-то озабоченные психи.

Я смотрю в окно. Молчу. Потому что если открою рот — скажу то, о чем пожалею. Или не пожалею.

Он паркуется у моего дома. Старого, обшарпанного, с граффити на стенах. Я тянусь к ручке двери.

Его рука ложится на моё запястье. Рывком тянет назад, разворачивая к себе.

И целует.

Грубо. Жестко. Требовательно.

Его губы впиваются в мои, и я забываю, как дышать. Я должна оттолкнуть. Должна врезать. Должна...

Я стону. Прямо в его рот. Позволяю его языку скользнуть глубже, позволяю его руке сжать мой затылок, притягивая ближе. Его губы мягкие, но настойчивые, идеальные. Он целуется так, как дерутся на ринге лучшие из лучших — агрессивно, точно, безжалостно.

Что за хрень?

Я толкаю его в грудь. Вылетаю из машины, как ошпаренная. Бегу к подъезду, наступая на острые камни, но не чувствуя боли.

В голове стучит только одна мысль: мне нужен душ. Горячий душ. С мылом, чтобы смыть с себя запах этого клуба, запах пота и разврата, и... его запах. С губ.

Я захожу в лифт, прислоняюсь спиной к стене и закрываю глаза.

Разгоряченные губы начинают пульсировать от его поцелуя-захвата.

Что вообще только что произошло?!

Глава 6

НАЭЛЬ

* * *

Я звоню Давиду, как только её босые ноги исчезают за углом. В трубке гудки, и я барабаню пальцами по рулю. В голове — ярость, перемешанная с чем-то горячим, что разливается по венам, когда я вспоминаю, как она вылетела из машины. Или как её язык отвечал на мой поцелуй, пока мозг не включил режим паники.

— Давид, мне нужно кое-что.

— Всё, что угодно, — голос Давида звучит виновато, даже через динамик телефона. — Я приношу извинения за эту ночь. Могу тебя заверить, моя рабыня уже наказана.

Мне плевать на его рабыню. Мне плевать на его извинения. Мне нужно имя. Я хочу знать, кто эта девушка, которая посмела врезать моему другу, а потом заставила мой член стоять колом от одного взгляда на её мокрое от дождя платье.

— Мне нужно полное имя подруги твоей рабыни.

Пауза. Слышно, как Давид что-то говорит в сторону, его голос становится жёстче, приказным тоном. Потом шорох, и в трубке раздаётся дрожащий голос Яны.

— А-алло?

— Дай мне имя подруги, которую ты притащила в клуб.

Она колеблется. Секунда. Две. Слышен звук пощёчины — резкий, хлёсткий, от которого у меня самого челюсть сводит. Яна вскрикивает.

— Е-её зовут... В-Виктория Храброва, господин.

Я вешаю трубку. Не слушая больше. Мне плевать на их игры. Мне плевать, что Давид там её наказывает. Я хочу знать всё об этой Виктории.

Виктория… Красивое имя. Звучит мягко. Обманчиво мягко, как и её губы.

Я включаю Макбук, пока мотор машины ещё работает, обогревая салон после ночного холода. Дождь стучит по крыше, ритмичный, как удары барабана. Или как удары её кулака по лицу Пьера. Чёрт, это было зрелищно!

Пробиваю по базе. Данные всплывают одна за другой, и чем дальше я читаю, тем сильнее удивление сдавливает одно место.

Имя: Виктория Александровна Храброва

Возраст: 27 лет

Дата рождения: 4 ноября 1998

Место рождения: Екатеринбург, Россия

Гражданство: РФ

Место работы: Спортивный клуб «Берси». Чемпионка Европы по боксу

Родители: Мария Храброва (умерла в 2015) и Александр Храбров (проживает в Екатеринбурге)

Номер мобильного: 411-332-9678

Номер домашнего: 917-561-5321

Я перечитываю снова. Екатеринбург?.. Россия???

Ну ничего себе.

А говорит как парижанка, родившаяся на набережной Сены. Ни единого намёка на акцент, ни одной запинки. И выглядит... да она выглядит как стопроцентная француженка. Эта лёгкая небрежность в одежде, этот взгляд свысока, манера закатывать глаза — я готов поклясться, что она выросла где-нибудь в Марэ.

А она — русская. Из холодной России. Приехала всего несколько лет назад. Молодая. Всего двадцать семь…

Я откидываюсь на спинку кресла и смотрю в потолок машины. Капли дождя