Иней между нашими сердцами - Кира Шелухина

В мое двадцатилетие все происходило по такому же сценарию, и я, с трудом проглотив несколько кусочков мяса и запив красным вином, встала из-за стола, собираясь покинуть столовую, как вдруг услышала голос отца.

— Сядь, нам надо поговорить.

Не найдя слов от удивления, я нехотя опустилась обратно на стул.

— Сегодня тебе исполнилось двадцать лет и настало время покинуть этот дом, — продолжил он.

— Что? — прошептала я, не понимая, о чем он говорит.

Он, что, собирается выгнать меня из собственного дома?!

— Завтра приедет герцог Фрост, за которого ты выйдешь замуж, — коротко ответил он.

— Но я не хочу замуж, — возразила я, не веря своим ушам.

— А тебя никто и не спрашивает, — раздраженно отрезал отец. — Ты сделаешь это и выполнишь свой долг.

— Но я его даже не знаю…

— Ты не первая и не последняя. Мы с твоей матерью тоже так поженились.

— Но вы любили друг друга! — в отчаянии закричала я, вскакивая со стула и пытаясь его вразумить.

— Лучше бы это было не так, — прозвучали в ответ его жестокие слова, болью резанув по моему сердцу.

Да как он мог так говорить?! Как смел оскорбить память о маме?! Неужели он забыл все годы, которые они счастливо прожили вместе?

— Разговор окончен. Завтра будь готова к встрече, — сказал отец, выходя за дверь, а я так и осталась стоять, не в силах переварить все им сказанное.

На следующий день я проснулась, наполненная решимостью как-то разрешить эту ситуацию, чтобы избежать нежеланного брака. Так как отца умолять было бесполезно, я собиралась поговорить с герцогом и убедить его отказаться от свадьбы. В общем, вся моя надежда была на порядочность и добросердечность этого человека. Поэтому я надела одно их своих лучших платьев и попросила служанку сделать прическу, чтобы произвести хорошее впечатление и еще больше не злить батюшку. Подойдя к большому напольному зеркалу в позолоченной оправе, я внимательно осмотрела себя. Бирюзовое платье отлично сидело на моей стройной фигуре, подчеркивая цвет глаз, длинная шелковая юбка струилась по ногам, а высокая прическа и открытый ворот делали шею еще длиннее. Поправив нитку крупного жемчуга, которая ее облегала, я вздохнула и вышла из комнаты, стараясь унять волнение и страх. Ведь от сегодняшней встречи зависело мое будущее, и я должна была сделать все возможное, чтобы оно было таким, как хочу я, а не мой отец.

Подойдя к малой гостиной, я услышала мужские голоса, но не могла разобрать, о чем они говорят. Закрыв на пару секунд глаза и собравшись с мыслями, я постучала и, услышав, как отец крикнул «Входи!», открыла дверь и сделала шаг вперед, осматривая до боли знакомую обстановку. Я не была здесь со дня смерти мамы, потому что это была ее любимая комната, и мы с ней провели в ней много беззаботных минут. И вот, стоило мне войти, как воспоминания обрушились на меня — как мама за белым роялем, стоящем в углу, играет красивую мелодию, как мы, сидя на кремовом диване, вместе читаем книги со сказками про прекрасных принцесс и бесстрашных рыцарей, как строим башню из разноцветных деревянных кубиков, удобно устроившись на мягком, пушистом ковре у камина…

— Позвольте представить — это моя дочь Дарина, а это герцог Фрост, — прервал поток счастливых образов из прошлого голос отца.

Нехотя вернувшись в настоящее, я встряхнула головой и сделала пару глубоких вдохов, чтобы прийти в себя и не развалиться на части прямо на глазах у него и незнакомца, которого он прочил мне в мужья.

— Очень приятно, — сказала я, смотря вниз и делая реверанс.

— Взаимно, — раздался в ответ низкий голос с небольшой хрипотцой, от которого мое сердце забилось быстрее.

Я выпрямилась, медленно поднимая взгляд и осматривая мужчину, стоящего передо мной. И чем больше я видела, тем сильнее он завораживал меня, так как был просто идеален — стройные, длинные ноги, обутые в высокие, начищенные до блеска сапоги, темно-синий камзол с золотой вышивкой и пуговицами, подчеркивающий мускулистую фигуру, широкие плечи, волевой подбородок, острые скулы, прямой нос, говорящий о благородном происхождении, черные как смоль волосы, зачесанные назад… Но, стоило посмотреть в его глаза, как первое впечатление сразу же сменилось беспокойством. Длинные черные ресницы резко контрастировали с льдисто-голубыми, почти прозрачными зрачками, обрамленными темно-синей радужкой. И от его взгляда, такого же ледяного, как и цвет глаз, я почувствовала холод, пробирающий до самых костей. Невольно поежившись, я отвернулась, посмотрев на отца, который явно был недоволен моей реакцией.

— Оставлю вас и велю подать чай, — сказал он, быстро выходя из гостиной.

Герцог же вальяжно уселся в кресло, положив ногу на ногу, а я так и осталась стоять, стараясь прояснить мысли, чтобы начать важный разговор.

— Сядь! — прозвучал в тишине приказ, заставив меня вздрогнуть от неожиданности и быстро опуститься в кресло, стоящее напротив, сцепив дрожащие руки на коленях.

Я открыла рот, чтобы заговорить, когда в комнату зашла служанка, неся поднос с чаем. Она поставила на изящный резной столик, который стоял между креслами, две фарфоровые чашки с блюдцами, чайник, сахарницу, вазочки с цукатами, печеньем и конфетами, а потом, налив нам чай, низко поклонилась и скрылась за дверью. Когда рука герцога потянулась к чашке, я, не в силах больше ждать, на одном дыхании выпалила:

— Нам надо поговорить об этом браке.

Он молчал, беря чашку и поднося ее ко рту, но слегка приподнятая бровь говорила о том, что мужчина не понимает, к чему я веду. Тогда я решилась сказать все, как есть, и будь что будет! У меня все-равно не было другого выхода, и в душе еще теплилась надежда, что судьба ко мне не столь жестока, чтобы после смерти мамы и безразличия отца отдать в руки этого незнакомца, что внушал только страх.

— Прошу, откажитесь от него! Ведь мы совсем не знаем друг друга, и я уверена, что не подхожу Вам и не смогу полюбить. Вы еще встретите ту единственную, что подарит Вам свое сердце и сделает счастливым.

Я замерла, с волнением ожидая, что он скажет, но в ответ на свои искренние слова получила такую реакцию, которая повергла меня в шок. Смерив меня внимательным и надменным взглядом, герцог громко рассмеялся прямо мне в лицо.

Глава 2

Дрейк

Вся эта ситуация очень раздражала меня. Стоя здесь и выслушивая хвалебные речи графа, которые были столь же неискренними, столь и лживыми, я уже жалел о том, что согласился на эту встречу с невестой. Но