Измена. Путь бумеранга - Анна Гром

Мы поднялись на белую красивую яхту. Капитан – добродушный интеллигентный дядечка в традиционно-морском белом кепи – подал каждой из нас руку, с каждой из нас познакомился, поздравил именинницу букетом цветов. И мы отправились в плавание вдоль самарского берега.

Игристое лилось и в бокалы, и на руки, и на палубу – качка была для нас непривычна. Мы смеялись, ели шоколадки, канапешки, бутерброды. Капитан юморил и мастерски управлялся с парусами, а я снова и снова вспоминала Костю и видела вместо капитана корабля его. Его сильные красивые руки, загорелые плечи, выгоревшие на солнце волосы с редкими линиями седины, лукавый взгляд, и его подмигивание, от которого у меня мурашки по коже бегали. Вот также мой любимый и управлял ветром. Только я ни разу не была в этот момент рядом с ним. Ни разу за шесть лет.

«Женщина на корабле – к беде», – любил шутить он и сразу закрывал тему, когда я просилась с ним в плавание. Зато на покатушки на квадриках он меня брал пару раз, пока между некоторым парами не случился скандал, поэтому ребята решили больше жён с собой не брать. Даже таких идеальных и нескандальных, как я.

На воде было многолюдно. Тепло, вечер субботы. Жужжали водные мотоциклы, водные лыжи рассекали водную гладь, на берегу играли в волейбол и в футбол, с набережной лилась музыка – кто-то давал очередной концерт. Рядом проплыли несколько моторных лодок, лодка береговой охраны, парусные яхты… Я зацепилась за одну взглядом. Что-то ёкнуло внутри. На бортике корабля была надпись «Константа». Яхта Кости так называлась. Он её год назад купил и год назад же увлёкся яхтенным спортом. Я почему-то надеялась, что он назовёт её Софией, но увы. Назвал в честь самого важного человека в своей жизни, самого себя.

Я как приклеенная наблюдала за яхтой. За развевающимися парусами сложно было разглядеть рулевого, а вот на носу яхты стояла красивая черноволосая девушка в белом коротком платье. Она совершенно не боялась ни воды, ни ветра, ни скорости, ни качки, в то время как я даже к бортикам боялась подходить и держала возле себя спасательный жилет – я его надену сразу же, как мы прекратим фотографироваться. Платье девушки развевалось по ветру, то и дело обнажая длинные загорелые ноги и круглый зад в белом бикини-ниточке. Смело, что сказать. Но её это вообще не смущало, раскрепощённая дамочка. Наверное, её какой-нибудь папик катает, правда, яхта довольно средняя для условного самарского «олигарха». У нас по Волге куда посолиднее судна плавают.

– Куда ты там всё смотришь, пошли на общее фото! – окликнула меня Яся, и я, выдавив из себя улыбку, отвернулась и пристроилась к нашей компании у бортика палубы. Фотографировал нас прямо на Ясин айфон, а Яся тут же отсылал фотки в нашу группу в соцсети.

Яхта с именем «Константа» уплыла, оставив мне неприятное послевкусие и усилив моё из того подавленное настроение. Всё вокруг напоминало мне о Косте, нашей ссоре и моих несбывшихся желаниях.

Я задумчиво крутила в руках телефон, и от нечего делать открыла только что сделанные фотки. Мы действительно отлично смотрелись в платьях, просто шик. Может, стоит внести немного разнообразия в свой гардероб?

На одном фото яхта «Константа» попала в кадр и даже оказалась в фокусе, а мы были размытыми – наш капитан явно не фотограф от Бога. И в этот кадр попал капитан этой яхты. Он стоял у руля и улыбался той черноволосой девушке, которая была на носу яхты и, видимо, пританцовывала – в застывшем кадре она стояла по-кошачьи изогнувшись, её волосы разметались по ветру. Сама женственность.

Этим капитаном был Костя…

Глава 3

София Люкшина

Я надеялась, что мне показалось. Задвинув нахлынувшие чувства на задний план, я нацепила улыбку и вернулась к подругам. Физически. Душевно я уже была не с ними. Я была далеко, внутри сжимающей внутренности боли, которая захлестнула меня волной и почти утопила. Внутри ужаса от осознания, что мой любимый сейчас обнимает другую женщину. Любуется ей.

То и дело я посматривала на часы, ожидая, когда, наконец, эта пытка весельем закончится. Я смеялась невпопад, зависала, когда от меня ждали ответа, больше не притрагивалась ни к шипучему, ни к закускам, потому что меня уже начинало укачивать и мутить.

– Соня, ты грустная, – шепнула мне Таня, наш эйчар с образованием психолога.

Наверняка уже проанализировала моё состояние и разложила меня на составляющие. Она посмотрела на меня с таким сочувствием, что я чуть было не расплакалась. Захотелось выговориться, выложить ей всю утреннюю историю с Костей, но не стала. Ни к чему. Не время. Сожму зубы и сама разберусь.

Через час, который показался мне изматывающей вечностью, мы причалили к берегу. Девчонки хотели продолжить в «Кин-Апе», но я еле как отбрехалась и пошла на парковку у набережной, поискать машину.

Я вечно теряла машину на парковках, и сегодняшний случай не стал исключением. Я шла по тротуару вдоль Волжского проспекта, вытягивая шею в надежде увидеть белую крышу моего авто, благо, у меня был кроссовер, и крыша у него все-таки была повыше основной массы машин. Но сегодня суббота. Белых, красных, чёрных кроссоверов вагон, моя затерялась среди них, как ракушка в море…

Я не бедствовала. У меня небольшая евродвушка в новострое в Ленинском районе, двушка-хрущ в аренде, которую я купила как объект для инвестирования, есть акции и облигации, хороший вклад, я работаю редактором в серьёзном банке. Наша команда работаем над приложениями.

Оплата хорошая, работа удалённая, график свободный. Сказка, а не работа. Правда повышения зарплаты я уже второй год не могу дождаться, хотя многим в нашем отделе проиндексировали. Мой начальник, по-современному тимлид одного из подразделений IT, не видел перспектив роста оплаты труда по моей должности, если только при расширении функционала, а брать параллельные проекты при шести действующих это было бы слишком даже для меня, считающей себя крайне работоспособной и умеющей быстро переключаться между задачами.

Я писала тексты и корректировала диалоги для самого банковского приложения, а также для чат-ботов, продумывала сценарии и была в команде, которая создала, обучала и тестировала нашу собственную внутрибанковскую нейросеть.

Мне нравилась моя квартира, но большую часть времени я жила у Кости. К себе уезжала только когда Костя отправлялся в командировки или на свои покатушки-развлекушки – раза три в месяц он выбирался на несколько дней покататься на горном мотоцикле.