Спор на Милую - Алика Алмаран

в сторону женщины, притворившись, что вышел на охоту, поймал ее и начал щекотать. По комнате разнесся задорный смех, но, отбившись от меня, Евгения тыкнула пальцем в мою бороду и продолжила ворчать:

— Остановись, щекотно! Лев Николаевич Толстой оценил бы эту жуть у тебя на лице. Только он был дремучий старик, а ты молодой мужчина, слегка за тридцать.

— Говорят, бородатые мужчины нынче в моде, — поддел я.

— Ты бы сбрил эту волосатость, ну или хотя бы укоротил, а то будто животное на лице свернулось калачиком и заснуло, — пробурчала женщина, продолжая наводить порядок в комнате. — И вообще, сходи, что ли, в кино или в библиотеку. Увидишь, как нормальные девушки одеваются, а не как эта твоя… Прости, Господи, — сплюнула она.

— Адрес библиотеки дадите? Мне в какую именно идти?

— Ну, не в школьную же? И вообще, не ерничай! Я серьезную тему с тобой обсуждаю. Я волнуюсь за вас!

Евгения быстро вылетела из спальни, понимая, что наши препирательства не прекратятся. Я, смеясь от всей души, направился в ванную, чтобы привести себя в порядок. А когда спустя время зашел на кухню, сын уже уплетал блины за обе щеки.

— Доброе утро, Денис Романович.

Мне нравилось наблюдать, как сын гордо выпрямляет плечи, когда я обращаюсь к нему по имени-отчеству. Психолог, которая уже не один год пыталась «вернуть» мне моего озорного сорванца, пропела все уши, что это не просто формальное обращение, а маленький жест моего уважения. Я — черствый корж, мало понимающий в психологии и ее тонкостях, но мне безумно хотелось видеть сына счастливым. Ведь после того, как его бросила мать, он словно перестал быть ребенком. Понимаю, неполные семь лет — это переходный возраст для пацана, но я видел, как он уходит в себя, становится замкнутым, а в последнее время даже поднимает руки на забияк, упоминающих о Марине.

Вопрос с переходом в новую школу, почти перед летними каникулами, возник, как гриб после дождя. Но я должен был заступиться за сына и послать директора элитной гимназии. Жадный мужчина наплевательски относился к ученикам. Конфликты любил не меньше малолетних забияк. Все время старался выбить денег, чтобы новости не просочились в массы, и звездные родители не получили дурную славу.

— Доброе утро, пап, — ответил сын, поднимаясь с места, пока я на ходу допивал кофе. — И спасибо, что не оставил меня в той школе.

— Денис, ты должен помнить, что я всегда за тебя постою. Но, сын, ты знаешь, что в нашей семье мы не бежим от проблем. Мы их решаем. Так что на новом месте постарайся вести себя немного…

— Я понял! — перебил меня мой умный не по годам ребенок.

— Тогда пошли.

Попрощавшись с Евгенией, мы вышли из дома. Быстро добрались до новой школы. После небольшой экскурсии, устроенной директрисой, чтобы «замять» отсутствие классной руководительницы, я отправился в офис.

По дороге, вспоминая Екатерину Леопардовну — даже белье у нее было леопардовой расцветки, которое она не постеснялась продемонстрировать, когда мы остались наедине, — меня чуть не стошнило. Все женщины в последнее время казались дикими обезьянками, старающимися залезть на пальму, чтобы урвать свой спелый плод. И это раздражало.

Шуточные слова Евгении заставили задуматься: а что, если бы я действительно решил найти кого-то, кто помог бы с воспитанием Дениса? «Прости, Господи» (как называла ее Евгения) — Виолетта была не той, с кем мне хотелось бы связывать свою жизнь. Да и предложи я ей брачный контракт, она бы сама сбежала, как оскорбленная невинность. Так где же искать ту самую хорошую девушку? Не сама же она меня найдет и с радостью станет воспитывать моего сына?

— Дима, сегодня я сам заберу Дениса, так что съезди на СТО и обратно. После этого можешь идти в свой заслуженный отпуск.

— Но замену мне так и не нашли. Как же вы, Роман…

— Не беспокойся. Я сам сяду за руль. Не разучился еще, — отчеканил я и вышел на улицу, не дав водителю добавить и слова. Хотя Дима знал не хуже меня, как я ненавижу простаивать в пробках.

Сегодня я не хотел задерживаться с делами, раз пообещал сыну вечер кино и попкорна. Но дел было по горло, и справиться со всем в срок мне бы помог только святой дух, который явно отсутствовал в моем помощнике.

С девушками-секретарями я перестал работать, когда каждая вторая принесла мне ложную новость о своей беременности. После побега жены я немного потерял голову. Секс стал способом забыться, но я никогда не терял ее настолько, чтобы не понимать, что творю. В конце концов, мне порядком надоело разбираться с подобным враньем, и я зарекся от служебных романов. В помощники брал только мужчин. Спустя время я познакомился с Виолеттой и немного остепенился.

— Милая девушка, вы не пройдете! — произнес наш охранник, и его презрительный тон вырвал меня из омута воспоминаний. — Вы не выглядите глупой, а значит, понимаете, что я не могу вас пропустить. Вашей фамилии нет в списке назначенных встреч на сегодня. Я бы такую не забыл…

Когда мой взгляд скользнул по спине «Милой девушки», брови невольно взлетели вверх.

Кто бы мог назвать такую «Милой»? Идеальная фигурка! Сексуальные, длинные, стройные ножки в туфельках на невысоком каблучке, юбка по колено обтягивала округлые бедра. Джинсовая куртка с вышивкой в форме цветка на спине. А самое главное — толстая белая коса до самой поясницы.

— Илья, ну что же ты так строго с такой красавицей? — произнес я, прежде чем успел подумать. Мне не терпелось увидеть лицо девушки, которая так меня заинтриговала даже со спины.

Она резко повернулась, словно испуганная белочка, и отпрянула назад. И тут началось: бьющееся стекло, ахи и вздохи. А я, как зачарованный, продолжал смотреть на нее, не имея возможности сдвинуться с места. Бедняжка испугалась, казалось, вот-вот потеряет сознание. Продолжала стыдливо извиняться, а я не мог отвести взгляда от красоты ее глаз.

Схватив ее за локоть, я оттащил подальше, чтобы она, не дай Бог, не упала из-за своей неуклюжести. И не держи я ее железной хваткой, так бы и случилось. Подтянул к себе, когда почувствовал, как ее тело клонится в сторону. Один шустрый шарик из разбитой вазы угодил ей под ногу.

— Ну спасибо, насмешила, — усмехнулся я, глядя на эту картину, и приготовился к тому, как еще это необычное утро поднимет мне настроение.

Она немедленно поджала пухлые губы, гордо приподняла носик и упрямо скрестила руки на груди, невольно показывая, что и в этой области проблем у