Академия Межзвёздного Флота: Как обмануть хищника - Ана Тихая

​— Тишина! — голос Рексара, вошедшего в отсек, мгновенно заморозил все разговоры. Он больше не был на мостике, он был здесь, среди нас.

​Он шел по центральному проходу, и расы непроизвольно расступались перед ним. Даже Тарки, чья культура строилась на праве сильного, инстинктивно подбирались и опускали взгляды. Кайранская доминанта действовала на всех.

​Он остановился в центре, и проекторы высветили над ним гигантскую трехмерную схему какого-то сооружения.

​— Первый этап отсеял слабых телом. Второй этап отсеет слабых разумом, — произнес он, и его взгляд — хищный, янтарный — медленно прошелся по шеренге людей, задержавшись на мне на долю секунды дольше, чем на остальных. — Перед вами — Лабиринт Мёбиуса. Симуляция боевой зоны с переменной геометрией и непредсказуемыми угрозами.

​Схема замигала, показывая запутанные ходы, ловушки, зоны аномальной гравитации и автоматические турели.

​— Ваша задача — добраться до центрального хаба и захватить флаг-маяк. Сделать это может только один. Время ограничено. В лабиринте разрешено применение любых средств.

​Я почувствовала, как пересохло в горле. «Разрешено применение любых средств». Это означало, что Тарк может просто раздавить мне голову, если я встану у него на пути.

​— У вас есть десять минут на подготовку и изучение схемы. Испытание начнется без предупреждения.

​Рексар развернулся и пошел к выходу, но у самой двери остановился и, не оборачиваясь, бросил:

​— И помните: в Лабиринте ваш пульс никого не интересует. Там важна только скорость реакции.

​Это было сказано для всех, но я знала: это было сказано мне. Он бросил мне вызов. Он хотел посмотреть, как моя «ледяная выдержка» поможет мне против костяного кулака Тарка или мономолекулярного клинка Аэрана.

​Я посмотрела на схему Лабиринта. Сотни ходов, тупиков и смертельных ловушек. Мои товарищи судорожно пытались запомнить маршрут.

​Я же смотрела не на маршрут. Я искала вентиляционные шахты, сервисные панели, зоны, отмеченные как «технически нестабильные». Туда, куда Высшие, привыкшие полагаться на свою силу и броню, даже не посмотрят.

​Шесть месяцев я училась работать с примитивной механикой в темноте. Я заучивала инерцию движений Аэранов на симуляторах.

​Что ж, Куратор. Вы хотите увидеть скорость реакции? Я покажу вам кое-что получше. Я покажу вам, как человек умеет выживать, когда у него отнимают всё, кроме его разума.

​Я закрыла глаза и сделала глубокий, размеренный вдох.

​Четыре секунды... Две... Шесть.

​Когда я открыла глаза, страха больше не было. Был только сухой, математический расчет. Я готова.

Двери отсека бесшумно ушли в стены, и перед нами открылась бездна.

​Лабиринт Мёбиуса не был похож на обычное здание. Это был гигантский трансформирующийся сектор: стены из тёмного матового металла постоянно сдвигались, создавая глухой промышленный гул, переходы висели над тёмными шахтами провалов, а сверху моргали холодные синие лампы аварийного освещения.

​Звук сирены прорезал воздух — испытание началось.

​Тарки рванули вперёд первыми. Их тяжёлые шаги заставили металлический пол вибрировать. Они ломились по центральному коридору, полагаясь на таранную силу и костяную броню. За ними, почти не касаясь пола серебряными стопами, метнулись Аэраны — молниеносные, как ртуть, они мгновенно рассредоточились по флангам и верхним технологическим мосткам.

​Мои земляки-кадеты, поддавшись панике, ринулись за толпой в центральный шлюз.

​Ошибка.

​Я знала: в узком горлышке главного коридора Высшие просто растопчут людей, даже не заметив. Поэтому, пока остальные бежали вперёд, я шагнула влево — к тёмной, едва заметной нише, где на стене висел сервисный щит.

​Шесть месяцев практики с древней земной механикой не прошли даром. Я не стала взламывать электронный замок — на это ушли бы минуты. Вместо этого я вытащила из набедренного чехла тяжёлый стальной штырь, вставила его в зазор между технической панелью и рычагом аварийного сброса и навалилась всем весом.

​Кр-р-рак!

​Металл скрежетнул, искры брызнули в стороны, и тяжёлая стальная решётка технического коллектора опустилась. Перед мной открылся узкий, затянутый пылью и паутиной проводов вентиляционный лаз. В нём не было гравитации и света. Высшие с их габаритами и высокотехнологичными сканерами сюда бы просто не пролезли, да и не подумали бы спуститься в «грязь».

​Я нырнула в темноту.

​Здесь, в потемках между несущими стенами Лабиринта, стоял густой запах озона и горячего масла. Я двигалась на ощупь, задействовав только слух и осязание. По вибрации стенок шахты я точно определяла, где в соседних коридорах идут бои: вот глухой удар — Тарк впечатал кого-то в металлическую перегородку. Вот сухой, ультразвуковой щелчок — Аэран активировал световой клинок.

​Вдох на четыре... Задержка... Выдох на шесть.

​Сердце стучало в ритме пятьдесят четыре удара. Никакой паники. В темноте мой мозг превратился в холодный компьютер.

​Через десять минут ползания по узким трубам я добралась до технической развилки прямо над третьим сектором. Сквозь решётку в полу шахты был виден залитый тревожным красным светом коридор.

​И там разворачивалась бойня.

​Один из Аэранов — невероятно быстрый, с двумя узкими клинками в руках — зажал в тупике двоих наших кадетов. Его движения были смазанной полосой: шаг, молниеносный росчерк света — и земные парни падали на бетон с парализованными конечностями. Аэран даже не тяжело дышал. Он снисходительно улыбнулся, готовый добить последнего.

​Он не знал, что над его головой, в тени вентиляции, сижу я с кинетическим пистолетом.

​Я знала: выстрелить в Аэрана по факту — бесполезно. С его рефлексами он уклонится от пули раньше, чем я дожму спуск.

​Не туда, где он сейчас. А туда, где он будет.

​Я до миллиметра знала фехтовальную стойку Аэранов. После завершающего нижнего удара их биомеханика требует мгновенного отскока назад и влево — для баланса.

​Я не стала целиться в самого Аэрана. Я навела ствол кинетического пистолета в пустую, тёмную точку на полу в трёх метрах за его спиной. В ту самую точку, куда оннеизбежнодолжен приземлиться через полсекунды.

​Щёлк.

​Я нажала на спуск. В замкнутом пространстве заурядный, примитивный выстрел порохового патрона прозвучал как взрыв гранаты.

​Аэран мгновенно среагировал на звук — как я и рассчитывала, он сделал идеальный, молниеносный отскок назад и влево... и сам, на полной скорости, налетел затылком на летящую свинцовую пулю.

​Бам!

​Удар кинетической пули сбил его энергетический щит. Аэран нелепо взмахнул руками и тяжело рухнул на спину, потеряв сознание.

​Кадет, стоявший перед ним, застыл с открытым ртом. Я аккуратно выбила носком ботинка решётку вентиляции, мягко приземлилась рядом с бессознательным Аэраном и быстро забрала его электронный ключ-карту и снайперский модуль.

​— Забирай своего напарника и ползите в технический шлюз, — сухо бросила я ошеломленному кадету. — Скоро сюда прибегут Тарки на звук выстрела.

​Парень судорожно кивнул, подхватил оглушённого друга и помчался к безопасности. А я подпрыгнула, зацепилась за край вентиляции и снова ушла в тень.

​Я знала, что прямо сейчас