Я попала в злую свекровь - Екатерина Вострова

И тут же мысленно скривилась: «Лекаря…». Надеюсь, я не ошиблась и их тут правда тут так называют. Чёрт бы побрал эти «аутентичные сказки» …

— И, если он не появится сразу —добавила я с угрозой, — Я лично притащу его за шиворот!

Хоть знахарь, хоть шаман, лишь бы соображал быстрее, чем эти!

Одна из девок тут же сорвалась с места и вылетела за дверь, остальные прижались к стенам. Я же повернулась к мужу. Он всё так же стоял у порога: не вошёл и шубу не снял.

— Павел, — сказал он негромко, и сын сразу поднял голову. — Неси жену в горницу, там теплее.

Павел, вот значит, как среднего зовут. Он стиснул зубы, но спорить не стал, осторожно подхватил Марфу на руки, и понёс вглубь дома. Я машинально хотела пойти следом, но Михаил шагнул мне навстречу и преградил дорогу.

— Все вон, — бросил он тихо.

Никого не пришлось упрашивать. Через десять секунд в комнате не осталось никого, кроме нас двоих.

Только тогда Михаил неторопливо снял шубу, затем снял одну перчатку, вторую. Аккуратно положил их сверху на мех. Лишь потом повернулся ко мне:

— А теперь, — произнёс он тихо, — расскажи мне, Ярослава… если бы я не вернулся сегодня, Марфа дожила бы до вечера?

Я почувствовала, как у меня перехватывает дыхание. Так, лучшая защита — это нападение. Нужно срочно что-нибудь придумать! Но пока я подбирала слова, Михаил припечатал:

— Ты всё ещё не смирилась, что Павел выбрал ее, а не ту, что была тебе по душе?

Какую «ту»? Кого именно? Я понятия не имею ни о какой другой невесте, я вообще здесь меньше часа! Но он не дал мне ответить.

— Хочешь, чтобы у сына было то же самое, что у нас с тобой?! — от его раскатистого голоса стало жутко.

Я знала, что он имеет в виду, точнее не знала, но догадывалась. В сказке про это не было ни слова. Там вообще муж появлялся эпизодически, и я как-то не задумывалась, почему он терпел жену так долго. А теперь смотрела на Михаила начинала понимать. Он не выглядел как тот, которому всё равно. Скорее, как тот, кого уже очень давно и очень надёжно загнали в угол.

Интересно, кто постарался? Папочка «злой свекрови», не иначе. Хотя какая разница кто, финал-то сказки я помню отлично. Муж терпел, терпел, и однажды не вытерпел. Вышвырнул за порог, отрёкся и всё. Лес, волки, конец сказки.

И судя по тому, как он на меня сейчас смотрит, этот момент не далеко.

— Поговорим сейчас о нас? — произнесла я осторожно.

Что-то на его лице дрогнуло.

— Нет, — сказал он после паузы. — О нас говорить незачем. Нас давно нет, Ярослава. Есть только дети, и ты их не трогай!

Он уже шагнул к двери, когда та, после короткого стука, распахнулась сама.

— Простите, что вхожу, — сказала служанка, не поднимая взгляда. — Лекарь просит вас подняться к Марфе, Михаил Ростиславич. — С ней все хорошо будет, но лекарь говорит, что вы должны знать… она носит ребёнка.

В комнате стало очень тихо.

Глава 2

Михаил сорвался с места так быстро, что едва успела посторониться, а потом и сама, не думая, шагнула следом.

«Марфа беременна…» — Эта мысль всё крутилась в голове и больно царапала изнутри. Теперь женщина, которая шесть лет не могла выпросить у судьбы даже одного ребёнка, находится в теле той, что едва не погубила беременную невестку. Очень смешно. Просто обхохочешься.

Мужа я догнала у самой двери.

Павел бледный стоял у постели. Лекарь оказался сухоньким стариком с тонкими жёсткими губами и удивительно цепкими глазами. Не красавец-целитель из фэнтези-сериала, конечно. Скорее человек, который уже видел столько болезней, ран и глупостей, что теперь на всё смотрел одинаково хмуро.

Он не обратил на меня почти никакого внимания. Только быстро скользнул взглядом и тут же снова сосредоточился на Марфе.

Потрогал ей лоб, взял за запястье, что-то пробормотал себе под нос. Потом велел принести ещё горячей воды, чистую сорочку, растёртые травы и всем, кроме мужа, отойти подальше.

Я остановилась у стены, стараясь не мешать. Марфа уже открыла глаза, но смотрела мутно, будто не до конца понимала, где она и кто вокруг.

— Угроза была, — наконец сказал лекарь, выпрямляясь. — Но, кажется, обошлось. Ей нужен покой. Тепло.

Павел выдохнул так шумно, будто только сейчас разрешил себе дышать.

Я уже собиралась тихо отступить к двери и не отсвечивать лишний раз, когда лекарь, не поднимая головы, потянулся за кувшином, и вдруг замер, когда его взгляд скользнул вниз к моим ногам.

— А вы, матушка-княгиня… — протянул он, — давно босиком по дому бегаете?

Я автоматически опустила голову вниз, и только сейчас до меня дошло. Я все еще босиком! Отлично. Просто прекрасно.

Я резко выпрямилась, будто это могло как-то исправить ситуацию, и мысленно выругалась. После замечания доктора, на это обратили внимание все: служанки у стены украдкой, Павел мельком, даже Михаил перевёл взгляд вниз, задержался на секунду, и снова поднял на меня глаза.

— Не до обуви было, — отрезала я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более уверенно.

— Вижу, — сухо отозвался лекарь.

Он отставил кувшин и шагнул ко мне, я тут же напряглась. Старик остановился совсем близко, прищурился и, не спрашивая разрешения, поднял руку, коснувшись моей шеи.

Пальцы у него были тёплые и шершавые.

— А это у вас от чего? — спросил он.

Я нахмурилась.

— Что именно?

— Пятна, — коротко сказал он.

Пятна?..

Я машинально коснулась кожи под ухом и только сейчас почувствовала лёгкий зуд и жар. Такой, который легко не заметить, если