Как зомби из трущоб вернула свой кайф - Диана Роулэнд

была носителем поистине причудливого паразита. Пока я съедала по мозгу примерно раз в полторы недели, со мной все было в порядке. Паразит оставался доволен и даже латал меня, если я получала травму или заболевала, хотя для этого требовалось больше мозгового топлива. Однако, если бы я не давала своему паразиту достаточно мозгов, я бы начала разваливаться — буквально. Я бы не просто сгнила, я бы потеряла способность соображать и, что хуже всего, проголодалась бы. По-настоящему проголодалась. Достаточно сильно, чтобы убить ради необходимых мне мозгов.

К счастью, моя работа помощника в морге обеспечивала меня солидным запасом мозгов. Так что сегодня нужды в кровожадных бесчинствах не было.

Скрип двери вырвал меня из мыслей, и я оглянулась через плечо: Аллен Прежан, главный следователь офиса коронера, зашел в секционный зал с планшетом в руках в перчатках.

Одернув взгляд, я вернулась к работе, пока они с доктором Лебланом обменивались любезностями. Аллен меня не любил. Он ясно дал это понять с первого же дня, подсовывая мне всё — от дерьмовых графиков смен до неприкрытых ухмылок и мимоходных замечаний по поводу трудовой этики и сомнительного образа жизни. Было полно людей, которые меня не любили или видели во мне только то, что ожидали увидеть: недоучку, бывшую преступницу и завязавшую наркоманку. Иными словами — неудачницу. Большую часть времени у меня не было проблем с тем, чтобы забить, когда на меня косились. За прошлый год я вкалывала как проклятая, чтобы оставить свое лузерское «я» позади, и если какие-то люди не могли этого разглядеть — что ж, пошли они нахер.

Едва скрываемое презрение Аллена не особо меня волновало вплоть до прошлого лета, когда я случайно полоснула себя по руке прямо здесь, в морге. Если бы доктора Леблана не было в комнате, это не стало бы большой проблемой, но я ведь не могла сказать: «Не парься, док. Я сейчас хлебну пакетик мозгов, и мой зомби-паразит мигом меня починит!». Мне пришлось разыгрывать из себя обычного человека. Чтобы избавить меня от мороки и бумажной волокиты в приемном покое, Аллен сам наложил мне швы — и мало того, что пока он это делал, он был со мной относительно вежлив, так он еще и проговорился, что обычно тратит свой отпуск на поездки с миссиями «Врачей без границ». Вызывающее уважение дерьмо. И в один миг мне стало не просто плевать на то, что он меня ненавидит, это начало меня задевать.

«Это его проблемы», — сказала я себе в миллиардный раз. Ну и что с того, что мы с ним не лучшие друзья? Он не может уволить меня без повода, а я лезла из кожи вон, чтобы не давать ему этого повода.

Я извлекла мозг и положила его на весы, пока Аллен разглядывал тело. Через несколько секунд он сделал пометку в своем планшете, затем повернулся, чтобы осмотреть мешок для трупов, в котором находилась Сара Линн. Проверяет меня, я знала. Несколько месяцев назад поднялся шум из-за пропавших драгоценностей, и с тех пор Аллен ввел подобные выборочные проверки, чтобы убедиться, что личные вещи изымаются и должным образом регистрируются.

Сохраняя каменное выражение лица, я продолжала работать. Ему еще ни разу не удалось подловить меня ни на одном косяке, реальном или вымышленном, и я намеревалась удерживать эту планку. Голову вниз, делай свою работу, не поднимай волн. Будь хорошей девочкой, Энджел.

— Аллен, ты слышал новости об Энджел? — внезапно спросил доктор Леблан, выкладывая почку на весы. Я послушно записала вес на белой доске на стене позади него, гадая, о каком вообще бреде говорит патологоанатом.

Глаза Аллена едва заметно сузились.

— Новости? — Его взгляд метнулся ко мне, и я заметила в его глазах тень любопытства. Должно быть, прикидывал, нельзя ли добавить это в его «дерьмовый черный список Энджел».

Доктор Леблан снял почку с весов и начал делать надрезы.

— Энджел на прошлой неделе сдала экзамен GED, — объявил он с широкой улыбкой. — Теперь перед ней открыты все дороги.

Ага, мне наконец-то удалось выскрести проходной балл на экзамене за среднюю школу — после долгих часов бесплатных занятий с моим коллегой Ником, а также еще кучи часов не бесплатных занятий, направленных на мою недавно диагностированную дислексию.

Я приготовилась к тому, что Аллен как-нибудь закатит глаза или презрительно фыркнет, но он сумел выдавить улыбку — без сомнения, ради доктора Леблана.

— Поздравляю, Энджел, — произнес он с таким же энтузиазмом, как садовый слизень. — Значит, скоро ты отправишься в колледж, я так понимаю?

Жар подступил к моему лицу от его тона и невысказанного: «Хрен там плавал, тебе никогда не осилить нормальную учебу. Это твой потолок в жизни».

— Вообще-то, я собираюсь записаться на пару курсов в общественный колледж Такер-Пойнт на следующий семестр, — огрызнулась я прежде, чем мой мозг успел включиться. Дерьмо. Я подумывала об этой идее и даже дошла до того, что заглянула на сайт колледжа, но я была слишком… ну, ладно, я была слишком труслива, чтобы сделать что-то большее. Я сдала этот GED на волоске — всего на один чертов балл больше проходного, если быть точной — и справилась только потому, что мне дали дополнительное время из-за дислексии. Как, блядь, я смогу закончить колледж?

Тем не менее, я взяла и ляпнула это, а значит, теперь я попала. Я ни за что не доставлю Аллену удовольствия оказаться правым насчет меня, и ни за что не разочарую доктора Леблана, глядя на его гордую улыбку.

— Звучит неплохо, Энджел, — прокомментировал Аллен, даже не взглянув в мою сторону. Он сделал еще одну пометку в планшете, слегка кивнул доктору Леблану и вышел без лишних слов.

Патологоанатом извлек сердце женщины, взвесил его и положил на свою разделочную доску.

— Полагаю, мне не нужно советовать тебе пойти туда и показать всем, из какого теста ты сделана?

Я фыркнула, выдавив ту яростную улыбку, которую ждал от меня доктор Леблан.

— Не-а. Всё под контролем.

Дерьмо. Похоже, я иду в колледж.

— Ну надо же, как интересно, — пробормотал доктор Леблан, нахмурившись и глядя на разрезанное сердце.

Я заглянула туда и посмотрела на аномально утолщенную стенку ее левого