Испытание гордости. Северная леди - Ярослава Баженова

После сна всё ещё ощущалась некая лёгкость, поэтому о предстоящих проблемах думать совершенно не хотелось, что было для меня несвойственно. На пути нам не встретилось никого из знати, лишь несколько слуг, которые при виде леди Жаннет спешно отходили к стенам и кланялись, давая нам проход.

Остановились лишь подле невзрачной дверью, которую служанки поспешили распахнуть. Только тогда до меня дошло, что старая королева оказала великую честь, самостоятельно проводив до покоев.

Елена позади бесшумно хмыкнула, никак не высказав своё мнение по этому поводу. Хотя казалось, что ей есть о чём поговорить с этой женщиной.

— Торжество начинается в семь, до этого времени моя прислуга приведёт тебя в подобающий вид, — несгибаемая леди брезгливо окинула моё строгое одеяние взглядом. — Я приготовила тебе платье, раз мой сын не соизволил сделать этого. Когда будешь готова, одна из служанок проводит тебя до зала.

— Спасибо, — я поспешила сделать реверанс, хотя на меня уже не смотрели. Всё внимание старой королевы было обращено к матушке.

Невольно ощутила себя меж двух огней.Жутковато.

— Не желаете ли вы поговорить за чашечкой чая в освободившееся время, — внезапно поинтересовалась Жаннет, прежде чем на распев добавить, — настоятельница?

— С радостью, — сухо произнесла Елена, но явно заметив мою напряжённость, мягко улыбнулась, коснувшись ладонью плеча. — Иди, дитя, мы встретимся с тобой позже.

Я сдержано кивнула, понимая, что совершенно не хочу оставаться наедине с кучей незнакомых девушек, но кто интересовался моим мнением? Леди Жаннет уже развернулась, и матушка поспешила за ней, напоследок кивнув мне.

Привыкай, Аврора. Теперь ты сама по себе, нужно быть храброй и верить в себя, чтобы выжить. Так как хоронить себя, даже не попытавшись бороться, не входило в планы.

Медленно выдохнув, вошла в покои, если не приняв, то на время смирившись с участью. Ведь пока ещё я нахожусь на своей территории.

— Ваше Высочество, пройдёмте, пожалуйста, у нас не так много времени.

Одна из служанок сделала шаг вперёд, поклонившись. Её рыбьи глаза не выражали никаких эмоций. Для неё я была очередной муторной работой, с которой необходимо разобраться быстро и качественно.

Раздеваться под внимательными взглядами было крайне смущающим занятием, даже с пониманием того, что в монастыре купальни были общими. Пока мне помогали избавиться от одежды, две другие девушки наполнили ванную.

Ступив в омывальню, вдохнула тяжёлый от влажности воздух, отдающийся приторно-сладким ароматом цветов. Ни на кого не оглядываясь, поспешно опустилась в воду, стараясь согреться.

Всё последующее время меня мыли, натирали какими-то кремами, которые крайне болезненно щипали, но гарантировали предотвращение роста волос, как минимум, на ближайший год точно. Вплотную занялись волосами и лицом.

Я даже представить не могла, что на свете существует такое огромное количество масок для различных частей тела. В монастыре об этом никогда не задумывались. Утром и вечером мы умывались еле тёплой водой — зимой, студёной — летом. Никаких новшеств и излишков, всё ровно столько, сколько требовалось человеку для поддержки организма в здоровом состоянии.

По ощущениям, из ванны мы всей процессией вышли через два часа. За это время я успела отмокнуть и немного расслабиться физически, но вновь нагрузить себя в моральном плане. Поэтому весь процесс одевания прошёл мимо. Лишь взглянув в огромное зеркало по окончанию работы, невольно впала в ступор, растеряв все мысли.

Платье отдавалось холодным голубым цветом. Пышная юбка, поддерживающаяся круглой фижмой, давала возможность спокойно положить сверху руки. В лифе шло сочетание двух цветов: голубого и белого. Они причудливо расползались змейками в разные стороны, образовывая орнамент.

Декольте, по сути, не было. Грудь наглухо закрывалась, платье было с плотным воротником. Меня это невольно порадовало.

Всё же послушницы, которые находились при монастыре лишь из-за учёбы, по ночам часто рассказывали об откровенных нарядах придворных леди, которые совершенно не стеснялись оголять кожу. Впрочем, северянам всё равно было далеко до южан, которые ходили практически нагими, что не раз вызывало возмущение у женщин в возрасте.

От косметики я отказалась, списав на то, что всё равно буду в тканевом покрове, который будет скрывать лицо полностью. Несколько помявшись, служанки всё же пшикнули на меня пару раз духами, прежде чем усадить в кресло и заняться волосами. Как раз в этот момент моё спокойствие полностью ушло, оставив место сомнениям.

Сегодня я могла ещё наслаждаться свободой, а что будет завтра? Ведь мне с лёгкой руки дали понять, что не желают видеть в замке долгое время. На душе стало тоскливо так, как никогда до этого. На секунду даже показалось, будто я разучилась дышать.

Я не могла. Просто не могла ехать на юг. Даже если буду успокаивать себя тем, что такова моя судьба, всё равно не могу. Слишком… слишком страшно.

Заметив моё состояние, одна из служанок обеспокоенно поинтересовалась самочувствием, но ответить ей что-либо я так и не успела. В этот самый момент входная дверь практически бесшумно отворилась, явив нашему вниманию старую королеву.

Она стремительно преодолела относительно небольшое пространство, вальяжно опустившись на заправленную кровать. Девушки, побросав все свои дела, спешно присели в реверансах, чем вызвали лишь недовольство. Я собиралась последовать их примеру, но мне достаточно жёстко остановили.

— Кланяться мне нужно было ещё тридцать лет назад, сейчас уже поздно, — леди Жаннет поморщилась, а после достала откуда-то из складок тонкую курительную трубку. Щёлкнув пальцами и создав огонёк, она закурила под моим возмущённым взглядом. — Да-да, знаю, но твоя настоятельница ведь молится за меня, поэтому можно.

— Я ничего не сказала, — смутившись, пролепетала в ответ, отвернувшись к зеркалу, чтобы позволить служанке закончить работу.

За спиной насмешливо хмыкнули.

— У тебя всё на лице написано, — шуршание платьев, причмокивание, старая королева продолжила. — С этим нужно что-то делать. Южане, конечно, ценят искренность, но они ей очень грамотно пользуются, помни об этом.

Моего ответа нужно не было.

Послушно дождавшись, когда девушка закончит с волосами, я подскочила с места. Круто развернувшись, в упор уставилась на женщину, полулежавшую на моей временной постели и пускающую в балдахин струйки душистого дыма.

— Вы… вы можете что-то сделать с этим? — несколько шагов, замираю буквально в паре метров,