Суккуб для наследника - Екатерина Александровна Оленева

выдал ещё давно, но до сих пор Николь ни разу ею ещё не пользовалась. Долг — это плохо, но плохо вдвойне, если твой кредитор — демон. Однако, бывают ситуации, когда принципами можно и поступиться.

Обойдя пять магазинов, она так и не нашла ничего, даже отдалённо напоминающее то, что искала.

— Ищете что-то особенное, сеньорита? — подошла к Николь одна из девушек-консультанток — Могу я что-то подсказать вам?

Нечто знакомое, лукавое и многозначительное, виделось в кривой улыбке девушки.

— Исабель?.. — обрадовалась Николь. — Что ты здесь делаешь?

— Хочу предложить тебе нечто оригинальное, достойное твоей красоты. Так ведь говорят люди?

— Ты работаешь консультантом в простом магазине одежды?

— Это не простой магазин, а элитный бутик. Но ты права — я здесь не работаю. На самом деле я слежу за тобой.

— Следишь? — удивилась Николь. — Зачем?

— Так приказал твой отец.

— Отец?..

— Наша с тобой вылазка в маленький инфернальный клуб имела громкие последствия. Тобой заинтересовались и ищут.

— Зачем?

— Уж поверь, не цветы с конфетами подарить тебе хотят. Так что моя задача следить теперь затем, чтобы ты не попала в неприятности.

— Но из-за чего переполох? Что мы не так сделали?

— Помогли обернуться оборотням без полнолуния. И не мы, я тут не при чём. Заслуга целиком и полностью твоя. Оборотни, съехав с катушек, пожрали несколько завсегдатаев клуба и покусали парочку вампиров. Теперь охотники винят оборотней и добиваются от Магического Сообщества ордера на их арест. Оборотни требуют расследования. Маги винят всех подряд. А оборотни ищут тебя, чтобы отомстить.

Николь испуганно побледнела. При воспоминаниях о людях, похожих на агрессивных рокеров, веселее точно не становилось. Даже в человеческом облике они были агрессивны и опасны.

— И что теперь? — удручённо спросила она.

— Теперь тебе нужно залечь на дно и не отсвечивать. Особняк Стрегонэ прекрасное место — там и сиди. А я буду за тобой приглядывать. Так, на всякий случай.

— В общем и целом план мне нравится. Я исключительно мирное существо, не любящее неприятностей. Но как быть с тем «огнём», который скоро запросит «топлива».

— У тебя под боком четверо мужчин. «Кушай», но с осторожностью.

— Класс! «Всё чудесатее и чудесатее», как сказала бы Алиса.

— Так что за платье ты искала? — сменила тему Исабель.

— Необычное. Красное.

— Почему именно красное?

— Хочу я красное платье. Броское, запоминающееся, выделяющееся из толпы и при этом — ни разу не вульгарное. Хочу выглядеть дорого и сексуально, но как королева, а не как шлюха с панели. Есть в этом бутике хотя бы намёк на желаемое?

— Если хорошенько поискать, отыщется всё.

Исабель решительно направилась в глубину вешалок. На мгновение задержалась около полок, а затем протянула Николь именно то, что та и хотела — платье глубокого красного цвета.

Силуэт «русалка» подгонял материал точно по фигуре, заставляя ткань струиться по телу словно вода, обтекая все соблазнительные изгибы и впадинки. Лиф поддерживал бюст, подчёркивая его высокую пышность, оставлял обнажёнными точёную шею и округлые плечи. Чуть ниже п л еч рукава платья текли по рукам, колыхаясь, будто водоросли в быстром течении.

В этом платье Николь выглядела именно тем, как и была — нечеловечески красивой обольстительницей.

— Именно то, что нужно! — довольно воскликнула она.

— Забирай тогда. Оно твоё.

Исабель пробила ценник и, дожидаясь, пока пройдёт оплата, бросила на Николь вопросительный взгляд.

— Собираешься очаровывать своего щуплого блондинчика? Думаешь, он достоин такого платья?

— Думаю, что я достойна такого платья.

— Ты ведь понимаешь, что можешь заполучить любого, кого захочешь? Никто из этих глупых мальчиков и мужчинок не в состоянии сопротивляться нам?

— Что значит «заполучить любого»? Затащить в постель и трахнуть? Да для этого даже суккубом быть не нужно. Но я хочу большего.

— Совсем как твоя мать — она всегда хотела большего, не желая мириться с действительностью. И чем это для неё кончилось?

— Ты знала мою мать?

— Её многие знали. Но это уже всё в прошлом — для неё. А ты — развлекайся. Получай удовольствие, — подмигнула Исабель, возвращая Николь кредитку.

Девушку расстались, направившись каждая по своим делам.

Вернувшись к себе в комнату, Николь стара прихорашиваться. Никто её не беспокоил. Каждый был занят своими делами: Паула носилась, выполняя распоряжение молодых господ; молодые господа готовились к прибытию гостей.

Вечерника началась вместе с первыми сумерками. Машины vip-класса, костюмы от дорогих кутюрье, стойкий парфюм заполняли пространство.

Николь вышла из укрытия, набросив на себя лёгкий шлейф чар — их второй разновидности: не привлекающий, а отталкивающий внимания. Невидимкой не становишься, но людской взгляд скользит по тебе, как по предмету, не задерживаясь. Словно ты ещё один стул, стол или угол. Очень удобная штука — не хуже плаща-невидимки из Хогвартса.

Николь приходилось раньше пересекаться с богатенькими детками, но никогда прежде она не видела их в таком количестве. Каждый второй из присутствующих имел собственный вертолёт, дом или яхту. У каждого была куча денег, куча свободного времени и куча дури в голове. Бедняжки не знали, куда всё это девать и пытались научиться ходьбе по потолку.

Громко орала музыка: что-то непередаваемо кислотное, отчего одновременно болели голова и уши. Парни и девчонки отплясывали под это, кто во что горазд.

Николь поискала взглядом Дианджело. Долго искать не пришлось. Он находился в центре довольно яркого кружка, в компании пятерых весёлых девиц и одного уже изрядно успевшего набраться парня.

Одна из девиц развязно на нём повисла, всё время смеясь, громко говорила, всячески привлекая к себе внимание.

— Прости, что опоздала, малыш. В городе стало слишком много машин, а мама словно с ума сошла — требует, чтобы я сама училась о себе заботиться. В том числе сама водила машину. Представляешь?

— Как по мне, стоит отдельным указом запретить беднякам ездить по общим дорогам. Оставить только тех, кто в состоянии позволить себе нормальную тачку.

— И не говори! Из-за нищебродов приходится ползти со скоростью беременной черепахи.

Кто-то их парочек уже целовался. Кто-то танцевал. Все отрывались на полную катушку.

— У меня на вечеринке куча дури, да ещё и по скидке! — хвастался Дианджело, обнимая обеих девиц разом. — Для друзей бесплатно, само собой.

Девчонки счастливо млели, то ли от его объятий, то ли от предвкушения бесплатной дури.

— Просто блеск! — поддержал кто-то из парней.

— Так? Что тут у нас? — склонилась над предложенным богатством хорошенькая девушка.

Холёная, высокомерная, самовлюблённая, она держалась с подружками как лидер.

— Кто предпочитает понюшку белой пыли для затравки? — захихикал кто-то из толпы.

Белый порошок щедро просыпался на золотой поднос. Пошли в ход свёрнутые трубочкой купюры — атрибуты красивой