Обманчивые клятвы - AJ Wolf

ладони слегка поглаживают мой позвоночник. Реальность нашей ситуации проникает на передний план моего мозга, прокладывая змейку беспокойства в моей груди. Мне не нужно смотреть, чтобы понять, что липкость, которую я чувствую на своих бедрах, — это кровь.

"Они захотят доказательств нашего союза в брачную ночь", — наконец говорю я, еще глубже вжимаясь носом в его кожу.

Запрещено делать то, что мы только что сделали. Обручены мы или нет.

Моя девственность священна до брачной ночи.

"И они получат ее", — хрипит его голос подо мной. Он отстраняется, чтобы заглянуть мне в лицо. "Я позабочусь об этом".

Уверенность в его тоне позволяет мне отпустить свои тревоги, прикосновение его губ отбрасывает любые затянувшиеся сомнения. На данный момент я отгоняю все эти мысли, закрываю глаза, пока Реми проводит пальцами по моим волосам.

Мой покой длится недолго: звук звонка телефона Реми из кармана его джинсов нарушает тишину, как удар молнии. Легким прикосновением он отстраняет меня от себя, и с моих губ срывается шипение, когда я переворачиваюсь на бок. Потянувшись, я хватаю одеяло, на котором мы лежали, и накрываю свои окровавленные бедра, наблюдая, как Реми быстро натягивает трусы, не обращая внимания на кровь, присохшую к его коже. Достав из кармана телефон, он проверяет журнал вызовов, ругаясь, когда видит пропущенный звонок.

Его глаза находят мои, во взгляде горит смятение.

"Уходи", — наконец говорю я, прерывая пристальный взгляд. "Они не смогут найти тебя здесь, если придут искать".

Я смотрю, как работает его горло, как на мгновение сжимается челюсть, перед тем как он ищет на полу свою мокрую рубашку и натягивает ее через голову, прежде чем подойти ко мне. Он сгибает ноги и становится на колени, чтобы обхватить мое лицо ладонью, прижимаясь губами к моим в затяжном поцелуе.

По его глазам я вижу, что он хочет остаться, поэтому я легонько подталкиваю его вверх, его пальцы соединяются с моими. "Пока, Реми".

Его губы прижимаются к моей ладони, теплые и сладкие, прежде чем он отпускает меня, не позволяя себе обернуться, когда он открывает дверь и выходит под дождь. Я смотрю ему вслед, пока он не исчезает за линией деревьев, сердце колотится. С тихим смехом я позволяю себе упасть спиной на пол и завернуться в одеяло.

Что. Что. Я. Сделала?

Глава 12

ГАВИНО

Когда я подъезжаю к дому Эспозито, стеклоочистители стучат взад-вперед. Я написал Беверли сообщение о том, что заеду почти тридцать минут назад, но, проверив телефон, увидел, что ответа до сих пор нет. Припарковавшись у гаража, я еще раз пролистываю свои сообщения, набираю ее имя, чтобы отправить ей быстрое сообщение "Я здесь".

Это немного позже, чем я изначально планировал приехать, но, учитывая, что она обычно ночная сова, я сомневаюсь, что это имеет значение. Меня не было в городе уже несколько недель, и я, честно говоря, не знаю, смогу ли я дождаться встречи с ней. Посмотрев на дождь за окном, я вздохнул и потянулся на заднее сиденье, чтобы взять свою куртку. Накинув ее, я открываю дверь и выхожу под проливной дождь, одна из моих туфель попадает в лужу, когда я закрываю дверь.

Вдалеке раскатывается гром, и я меняю направление от дома к задней части, к оранжерее. Если я что-то и знаю о Беверли, так это то, что она любит хорошие раскаты грома, и это ее любимое место во время грозы. Набирая темп до бега, я почти не слышу шагов за углом, ветер в ушах практически перекрывает звук их телефонного разговора.

Черт.

Вместо того, чтобы обогнуть угол, я отхожу в сторону, прижимаясь спиной к дому, частично скрытому мусорными баками. Через секунду мимо меня проходит Реми, его телефон прижат к уху, и он бежит по тропинке, направляясь к линии деревьев. Я хмурюсь, наблюдая за тем, как он исчезает, дождь капает с капюшона и попадает на мои щеки.

Какого черта он спрятал свою машину?

Не знаю, сколько времени я стою там, ожидая, чтобы убедиться, что берег чист, но в небе раздается еще один раскат грома, заставляя меня действовать. Мое сердце колотится в смятении, когда я подхожу к зимнему саду. Я вижу, что Беверли внутри, сидит в почти полностью темной комнате, руки заплетают свои длинные волосы через плечо. Я стучу в стеклянную дверь, и она вздрагивает, ее взгляд смягчается, когда она видит, что это я.

Войдя внутрь, я снимаю капюшон и отряхиваю мокрый плащ. — Извини, я позже, чем мы планировали. Она улыбается мне, но улыбка не достигает ее глаз. "Я отправил сообщение".

Распустив волосы, она перебрасывает косу через плечо, скрестив руки на животе. — Правда? Я давно не смотрела на свой телефон, думаю, я оставила его в доме.

Придвигаясь ближе, я смотрю на нее. Что-то не так. Одна из вещей, которые я больше всего люблю в Беверли, это то, что с ней всегда было легко говорить, легко быть рядом. Но сегодня в ней что-то не так. Я опускаюсь в кресло рядом с ней. "Ты ведь не возражаешь? Мы можем встретиться завтра вместо этого?"

Она качает головой, темные локоны, которые уже выбились из косы, рассыпаются по ее щекам. "Нет. Нет, все в порядке". Я медленно сажусь на свое место, ее губы притворно улыбаются. "Как прошла твоя поездка?"

Так близко к ней, я вижу, что ее губы опухли, и я вспоминаю, как Реми уехал. Мое нутро скручивается. "Да, все было хорошо, я думаю. Настолько весело, насколько может быть весело в любой поездке, связанной с работой". Она кивает, ее ладони потирают кожу. "Я выкроила час, чтобы сходить в аквариум, тебе бы понравилось. У них были рыбки, которые целуются, как они называются?"

"О, гурами!" — говорит она, и настоящая улыбка наконец-то расплывается по ее веснушчатым щекам.

Усмехаясь, я киваю: "Да, эти. У них был большой аквариум с ними, который заставил меня подумать о тебе".

Ее руки снова пробегают по рукам, мурашки покрывают ее плоть. "Я люблю их. Они такие милые".

— Тебе холодно? Она пожимает плечами, но я уже тянусь за одеялом на полу, чтобы протянуть ей.

— Подожди, нет!

Ее крик заставляет меня бросить его, мой хмурый взгляд переходит с панического выражения ее лица на одеяло, которое теперь развернуто на полу, ярко-красные полосы покрывают всю изнанку. Мои ноздри раздуваются, зубы прикусывают язык, пока я пытаюсь сохранить самообладание, чтобы говорить.

Этот чертов ублюдок.

— Это не то, что ты думаешь, Гавино. Ее голос