Страдать в тишине - Келси Клейтон

Как его кровь брызнула из головы.

Как его тело мгновенно рухнуло на пол.

Взгляд его глаз, которые так и остались устремленными на меня, мертвые и безжизненные.

То, что произошло в кабинете Кейджа той ночью — это то, из чего состоят кошмары. Честное ощущение, что ты умрешь от чужой руки, оставляет неизгладимый след. До моей почти удавшейся попытки побега я была готова умереть. Но ощутив ту свободу, даже малейший ее вкус, когда я бежала по дому, это зажгло во мне волю к жизни, в исчезновении которой я была уверена.

А затем наблюдение за казнью Энцо прямо передо мной показало мне мою судьбу.

Я откидываю голову на подушку, заставляя себя думать о единственном, что может отвлечь меня от мыслей о смерти — о Кейдже. Если я когда-нибудь выберусь отсюда, мне понадобится психотерапевт с проживанием, чтобы разобраться в чувствах, которые накатывают на меня, когда дело касается его.

Из-за него я чувствую себя одновременно мертвой и живой.

Будто я хочу бороться с ним изо всех сил и подчиняться каждому его слову.

После того как меня похитили и бросили в эту тюрьму, я убедила себя, что он наблюдал за мной в день рождения, потому что выслеживал свое средство давления. Планировал мой захват. Но после того, как он посмотрел на мое тело, будто умирал от голода по нему, я уже не так уверена.

В Кейдже столько слоев, которые мне хотелось бы снять. Увидеть, что им движет. Понять, как работает его разум. В нем столько тьмы, что кажется, будто у него напрочь отсутствует эмпатия, и все же я до сих пор жива. Маленький голосок в голове шепчет, что это только из-за моего отца, но я в это не верю.

Там есть что-то еще.

Я это чувствую.

Дверь открывается и вырывает меня из мыслей, от которых кружится голова. На секунду это даже желанное вторжение, пока я не вижу, что входит Кармин. Зная конечную судьбу Энцо, если бы я могла вернуться назад, я бы сделала своей целью его. Энцо был более легкой мишенью, но что-то подсказывает мне, что все эти мужчины обделены в сексуальном плане. Усилия того стоили бы, чтобы избавиться от него.

— Время для душа, — говорит он мне, протягивая две пары наручников.

С тех пор, как я пыталась сбежать, каждый раз, когда меня выводят из этой комнаты, мои запястья и лодыжки теперь в наручниках, как у гребанного приговоренного к смертной казни. Не то чтобы я вообще попыталась снова. Мне придется найти другой способ выбраться отсюда.

Душ раньше был моим безопасным местом, до похищения. Я сидела под ним больше часа и просто чувствовала, как вода смывает все мои тревоги. Хотя все те тревоги кажутся шутками после того дерьма, через которое я прошла. Мне бы очень пригодился долгий, расслабляющий душ, но этот — не то, что я имела в виду. Не с Кармином, который заставляет меня чувствовать себя все более неуютно, украдкой бросая взгляды в мою сторону. Он даже не скрывает этого, что почему-то еще хуже. Будто он считает, что заслужил право смотреть.

Мне удается удерживать полотенце, пока я одеваюсь, стараясь не устраивать шоу, на которое он так отчаянно надеется. Когда я заканчиваю, я стою у раковины и начинаю чистить зубы. Вкус ополаскивателя все еще остается, даже спустя дни, хотя, думаю, это лучше, чем вкус крови Энцо.

— Ладно, — говорю я Кармину, вытягивая руки перед собой. — Я закончила.

Он бросает на меня злой взгляд, но ничего не говорит, снова надевая наручники.

Обратный путь в мою комнату быстрый, всего лишь по коридору, и когда он открывает дверь, чтобы я вошла, меня чуть не выворачивает наизнанку. Я убеждена, что нет ничего хуже чувства изоляции. Тишины. Скуки. Отсутствия чего-либо, что могло бы отвлечь от самого страшного кошмара. Это вполне может в итоге стать моей смертью.

Кармин снимает наручники, но вместо того, чтобы уйти, он выбрасывает их за дверь и смотрит на меня в упор.

— Что? Я недостаточно хорош для тебя, принцесса?

У меня падает сердце.

— Ч-что?

— Ты готова была соблазнять Энцо, а меня нет? — Он делает шаг ближе, и я делаю шаг назад, но пятки ударяются о матрас, и я падаю.

— Я-я просто делала то, что мне сказали, — выдавливаю я. — Я вела себя хорошо.

Он усмехается.

— Такие шлюхи, как ты, не ведут себя хорошо. Твоя маленькая выходка стоила ему пули в голову, а он даже не успел тебя трахнуть. — Делая еще один шаг ко мне, он начинает расстегивать ремень. — Но не волнуйся. Я сделаю это за него.

— Нет. Пожалуйста, — умоляю я, отползая назад по кровати.

Мою девственность не может украсть мужчина, который выглядит как Шрек, облитый автозагаром. Я этого не переживу.

Он достает свой обрубок члена, и он исчезает в его руке.

— Заткнись, сука.

Я пытаюсь перевернуться, чтобы встать, но он хватает меня за лодыжку. Крича так громко, как только могу, я пытаюсь сопротивляться, но бесполезно. Он использует хватку на моих спортивных штанах, чтобы стащить их с меня, оставляя меня только в трусах и футболке. Его колени врезаются в мои, когда он опускается на матрас, удерживая меня с раздвинутыми ногами. Теперь я в его полной власти.

— Будет намного легче, если ты не будешь сопротивляться, — рычит он, но почему-то я в этом сомневаюсь.

В последней отчаянной попытке я тянусь вверх и втыкаю пальцы ему в глазные яблоки. Они кажутся мягкими под моими пальцами, и он вскрикивает от боли, отбивая мою руку в сторону.

— Маленькая пизда! — Его рука поднимается, и он бьет меня тыльной стороной ладони по лицу. — Ты за это заплатишь, блядь.

Он срывает с меня трусы с одной ноги и использует руку, чтобы прижать меня за грудь, когда пристраивается у моего входа. Я пытаюсь изо всех сил сопротивляться, но не могу. Он в три раза больше меня. У меня нет