За любимым на край Вселенной - Алёна Орлова

— Надя? Парня? — глаза Клэр округлились от удивления. — Шутишь?!

— Если бы, — горестно вздохнула старшая, всем своим видом показывая, как волнуется за самую маленькую сестрёнку, — боюсь, ей голову какой-то подлец заморочил, а она же глупенькая, залетит, стыда не оберёшься.

Снежа знала куда надо бить. У средней сестры имелись свои фобии, и одна из них — сплетни. Она в детстве тяжело переносила разговоры нянек и домработниц, и ей всё казалось, что друзья отвернутся от неё, если узнают о грязных подробностях их семьи.

— Нет! — вскочила она, смотря в направлении двери. — Если ты права, надо остановить их.

Кларисса была зависима от мнения окружающих, а страхи всегда толкают нас на глупые и подлые поступки. Снежана украдкой улыбнулась и, будто успокаивая сестру, продолжила:

— Поможешь мне вечером поймать их с поличным?

— Можешь рассчитывать на меня, — тут же отозвалась взволнованная сестрица.

До вечера они строили планы, но сошлись на одном. Снежане было не с руки оставлять сестру, вдруг, успокоившись, она передумает? На деле девушку волновало завещание, оставленное отцом. Если бы не этот несчастный случай, она бы и не узнала, что, по сути, всё достанется младшей, и они будут зависеть от неё и содержания, назначенного отцом, и то до момента их замужества.

Оставлять всё как есть она была не намерена, и искала любой повод изменить отношение отца к младшей сестре.

Глава 13

Глава 13

Коттеджный посёлок где-то в ближнем Подмосковье. Дом Купцова Леонида Викторовича…

Иногда в нашей жизни случаются очень судьбоносные эксцессы. То ли судьба-злодейка, строя коварные планы, так хитро раскидывает свои сети, то ли просто события, нанизываясь на жизненную нить, случайно выстраиваются одно за другим. Но иногда случайные и по отдельности не судьбоносные события выстраиваются в замысловатую цепочку, полностью выбивая почву из-под ног и меняя твою жизнь на “до” и “после”.

Как и предполагал отец семейства, на ужин он не успел. И это стало первым шагом на пути к катастрофе. Отсутствие в доме взрослых в этот вечер сыграло основную роль.

Мария Петровна, готовя ужин и помня слова Леонида Викторовича, накрыла стол и поспешила по своим делам, попросив девочек убрать посуду в посудомоечную машину. У женщины уже давно планировала съездить к дочери, проведать внука, но никак не получалось, а тут такая возможность подвернулась: и она освободилась пораньше, и дочь сообщила, что они с мужем и Павлушей ждут её в гости.

Отсутствием взрослых и воспользовались старшие сестрицы. Снежа пораньше пришла в столовую и подсыпала в любимый компот Надежды седативного из собственных запасов, а для пущего эффекта добавила туда же снотворного. Вот только с дозировкой девушка совсем не заморачивалась, да и некогда было думать, она уже слышала шаги сестёр, потому и вылила в графин всё содержимое.

Разговор не клеился, Надюша витала в облаках и торопилась вернуться к себе, с нетерпением ожидая встречи с Пересветом. Что она ест даже не замечала, главное, поскорее закончить с едой и…

— Хм, — протянула она, всё-таки отвлекаясь от розовых грёз, — вам вкус компота не кажется странным?

Разговаривать с сёстрами после утреннего допроса ей совсем не хотелось, но…

— Всё нормально, — попробовав из своего стакана, отозвалась Клэр. — Возможно, тётя Маша добавила в него каких-то экзотических ягод. Но по вкусу хорошо, мне понравилось.

— Видимо, ты права, — пожав плечами, поднялась Надя, убирая за собой посуду, подумав, она налила себе ещё стакан любимого напитка. — Я к себе, — бросила на прощанье, скрываясь за дверью столовой.

Снежана расплылась в довольной улыбке.

— Это ты хорошо про ягоды придумала.

— А? — посмотрела на старшую сестру Клэр, и с запозданием поняла, о чём речь. — Чего не предупредила? Я же тоже пила! — возмутилась она.

— По-твоему, я идиотка? — презрительно фыркнула старшая. — Я нам налила сначала, а уж потом в графин подсыпала.

Девушки переглянулись и ударили по рукам, улыбаясь и предвкушая дальнейшее разоблачение младшей. А Надя, удивляясь вкусу, сделала ещё пару глотков и поставила стакан на стол. Странное чувство разливалось по телу, словно усталость или, может, эмоциональное выгорание. Девушка не понимала, почему ей вдруг стало всё равно придёт сегодня Пересвет или нет. Да и ноги ослабли, хотелось прилечь и прикрыть глаза. Мысли текли вяло, заторможенно…

— Душа моя, ты как себя чувствуешь? — равнодушно удивившись, Надя никак не могла понять, кто её спрашивает, и когда она успела задремать?

— Надь, что с тобой? — парню не понравилось странное состояние всегда весёлой непоседы.

Он видел, как она осоловело смотрела на него, хмурилась и явно проваливалась в сон. Не хороший такой, дурманящий.

— Что ты ела? Или пила? Какие наркотики ты принимаешь? — вопросы и предположения вихрем крутились в его голове.

Пока Пересвет пытался понять, что стряслось с его милой и светлой девочкой, в соседней комнате сёстры готовили подлянку. Сунуть шпильку в розетку секундное дело, Снежа рассчитывала на то, что в доме выбьет пробки, а темнота, как известно, друг молодёжи и тем более влюблённых. В общем, она хотела поймать сестрицу с поличным. Вот только не рассчитала, что проводка коротнёт так, что обои вокруг розетки обуглятся, а в комнате Надежды, где было много разной техники случится…

Сетевой адаптер спас ноут, стоящий на зарядке, бабахнув так, будто случился мини взрыв. Телевизор, издав прощальный свист, приказал долго жить и потух, а лампочка над головой взорвалась с глухим хлопком, осыпая пару битым стеклом. И, возможно, этим всё и закончилось, но судьба решила иначе. Электрическая дуга, непонятно откуда взявшаяся, ударила с потолка из взорвавшейся лампочки прямиком в камень, что стоял на полке.

Возможно, если бы отец вернулся пораньше домой, а кухарка не ушла до ужина… Или сёстры решили просто спуститься в подвал и выключить предохранители, а не замыкать проводку… Или хотя бы Пересвет не пытался защитить Надю, а осмотрелся… Если бы да кабы, мы никогда не узнаем, что могло бы быть.

Камень с Алтая вспыхнул, блестящим чёрным боком отражая поток электричества прямо в стоящую рядом шкатулку от пера Феникса, а от неё дуга вернулась к люстре, образуя замкнутый контур, который питал сам себя и разрастался вопреки