Долгая дорога к тебе - Татьяна Рябинина

— Что именно? — уточнил Тим.

— Что они зимой где-то случайно встретились, ну и закрутилось. И что плавно идут в сторону загса. То есть, извини, лежат в ту сторону. Не поверишь, сидела и думала, написать тебе или нет. А тут твое сообщение.

— Я тоже думал, стоит или нет. Наверно, не стал бы, если бы это не касалось детей. Я в воскресенье вечером узнал. Уже после того, как с Ринатом поговорил. Мадам поставила в известность. Честно говоря, очень хотелось свернуть ей шею. Как курице.

— Понимаю, — кивнула я. — Мне тоже. Чем-нибудь тяжелым огреть. Чего я не понимаю, так это… вообще всего. Тим, ты извини, конечно, но какого черта ты на ней женился? Нет, я помню, что по залету. Но изначально-то? Залет не ветром же надуло.

— Поэтому я и спросил: сначала начать или с конца.

— Ну давай сначала тогда. Раз конец уже известен.

Он отломил еще кусок лаваша, прожевал задумчиво, будто пытался вспомнить, как все это было. Будто и сам плохо понимал, как все произошло.

— Я был в тебя влюблен до полной одури, Даша. Как ненормальный. Хотелось убить каждого, кто на тебя посмотрит. Мысникова — первого.

— В том-то и дело, Тим, — вздохнула я и тоже отломила от лаваша. — Ты мне нравился. Но вот этот твой вечный псих — это реально пугало. Я тогда вообще не хотела никого выбирать. Просто устала от этого. От вашей грызни. Говорила — но вы меня не слышали.

— Или не слушали, — усмехнулся он с горечью. — Не хотела выбирать, но все-таки выбрала. Его.

— Так вышло. Он был в больнице, никто не знал, выживет или нет. А ты… слился.

— А что мне было делать, Даша? Оправдываться? Убеждать всех, что я его и пальцем не тронул? Все равно ведь никто не верил. Тем более ты свой выбор сделала уже до этого. Еще раньше.

— Не понял? — насторожилась я. — В каком смысле?

— Тогда, на балконе… Ванька сказал, что вы с ним вместе. Во всех смыслах. И чтобы я отвалил.

— Что?! — Я чуть не опрокинула бокал с соком. — Он так сказал? И ты поверил?

— Нет. Сказал, что хочу услышать это от тебя. А он — что ты не хочешь, потому что боишься. Меня. Что я могу что-нибудь такое сделать. Поэтому попросила его. Ну а потом… когда ты побежала к нему и в больницу с Ириной поехала... и вообще… Я понял, что это была правда. То, что он сказал.

— Капец! — простонала я, закрыв лицо руками.

Глава 29

Глава 29

Дарина

Бабушку с дачи отвезли в областную больницу — огромную. Попробуй там что-нибудь найди, полдня будешь бегать. Хорошо, что есть интернет. Но даже с подсказками нахожу нефрологию не сразу, сделав два круга между корпусами.

Короткая дорога к нужному — через стоянку. Пролезаю под шлагбаум, помахав охраннику, иду вдоль машин и вдруг вижу знакомую. И не просто знакомую.

Последняя до развода родителей у нас была Тойота «Камри», вполне приличная. Потом отец купил черный Рейндж и сделал какую-то кринжовую аэрографию с совой. Мол, приметные машины реже угоняют. Мне было бы стыдно на такой ездить, а ему норм.

Так, походу, он тоже приехал к бабушке. Стою и думаю: идти или нет. По правде, видеть его не слишком хочется — после всего, что узнала за эти дни. С другой стороны, при бабушке особых разговоров не будет, зато галочка поставлена: повидались.

Пока я думаю, из машины выходит какая-то тетка. Стоит ко мне спиной, курит, разговаривает по телефону.

Ну, собственно, почему бы и не да? Мужик еще не слишком старый, наверняка подруги водятся. Меня он с ними не знакомит, но это не значит, что их нет.

Где-то рядом вопит ребенок, женщина оборачивается посмотреть — и я застываю на месте, разинув рот. Потому что узнаю ее. Та самая, с которой мама поздоровалась в полиции. То есть мать Рината.

Она замечает меня, усмехается, садится в машину. Наверно, подумала, что я сражена ее неземной красотой. Хотя ничего там такого особо красивого. Самая обычная тетка под сороковник. Ухоженная, конечно, платье за хреналион денег. Ринат говорил, что она блогер, по всяким там бабским штукам. Но это все фигня. Она — с моим отцом?!

Мы-то подумали, что отец Рината с моей мамой может замутить, а тут вот оно как. Однокласснички! После всего, что у них когда-то было? До чего же противно все это.

А может, она меня тоже узнала? По тому разу запомнила? Или отец фотки показывал?

Желание видеть его пропало окончательно, но все-таки иду. Стиснув зубы. Нахожу наконец вход, поднимаюсь на третий этаж, разыскиваю палату.

Да, он сидит у нее. Рядом с кроватью.

— Ой, Данечка пришла! — И чмок-чмок-чмок.

Старательно улыбаюсь. Сажусь на вторую кровать — пустую. Говорит в основном бабушка. Мы киваем, иногда обозначаем присутствие на линии. Я думаю о том, что вот так не должно быть. Чтобы родные люди виделись по обязанности, без малейшего желания. Только потому, что так надо.

Кому надо-то? Надо — это когда хочешь человека видеть. Потому что скучаешь. А я — нет. Ни капли не скучаю. Ни по нему, ни по бабушке. Наверно, должно быть стыдно. Но нет, не стыдно. Просто неприятно. И жаль, что вот так вот все.

За бабушкой приходят, чтобы забрать на процедуры, и мы с ней прощаемся. А я-то надеялась, что убегу раньше. Или наоборот, задержусь. Чтобы не разговаривать с ним. Идем по коридору, и меня все-таки срывает:

— Видела твою машину на стоянке.

— Да? И что? — настораживается он.

— Ничего. Тетка там какая-то сидела.

Смотрит исподлобья, словно не знает, говорить или нет.

— Дань, я хочу тебя познакомить… Ты взрослая уже, понимаешь…

Что я понимаю? Что тебе нужна баба? Да ради бога, только отстань. Не хочу я с ней знакомиться.

Хотя… почему бы не посмотреть вблизи? Врага нужно знать в лицо.

— Ну познакомь, — киваю равнодушно. — Если честно, мне без разницы. Маме можно сказать?

— Мама в курсе.

Что?! В курсе, что он с матерью Рината? Да что за дерьмо такое творится-то?!

— Мы все когда-то в одном классе учились. Мы