(Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание - Александра Воронцова

— Терпи, — сказала я строго, будто саму меня не начинало одолевать странное волнение. — И под руку не смотри!

Я постаралась сосредоточиться на самом магическом плетении, и когда мою щеку перестал прожигать синий огонь глаз Ренци, дело пошло веселее.

Действительно, моё предположение имело право на существование.

Походило на то, что корявая, но сильная защита Дориэна стала ему как бы мала.

Я впервые сталкивалась с растяжимостью подобных щитов. Обычная защита ставится или в виде заграждающей стены, или в форме замкнутого контура, включающего в себя охраняемый объект. Это не требовало детальных расчётов и захватывало пространство с запасом.

Щиты на человека были более облегающие, и расстояние, на котором начиналось отражение атак, закладывалось магом, который их устанавливает. И здесь уже нужны были глазомер, математика, точность и скорость, если речь шла о создании заклинания в экстренных условиях. Но всегда построение делается с допуском, чтобы, скажем, ухо вдруг не оказалось незащищённым.

Про эластичность магического щита я не слышала ни разу, но вот теперь с удивлением наблюдала этот феномен.

Выглядело всё так, будто кто-то, не знающий теоретической базы, от души создал защиту для мальчишки и наложил её буквально слепком. Мальчик рос, защита, вместо того чтобы без обновления лопнуть, росла вместе с ним, но, не подпитываемая своим создателем, истончалась, кое-где приобретая разрывы, стремившиеся затянуться.

Частично эти прорехи закрывали родовая программа, вплетённая в одежду, и собственная защита Ренци, зацикленная на самовосстановление, но в настоящее время, если что и оберегало Дориэна по-настоящему надёжно, делая его относительно неуязвимым, так это та самая истончившаяся охранка, чудом державшаяся на нём.

И это было поразительно, потому что она точно была выполнена мной.

Я чётко видела собственные плетения, выдуманные уже давно и впоследствии доработанные. Но на Ренци красовался тот самый первый сырой узор.

Чтобы убедиться, что я не ошибаюсь, достаточно было подпитать эту защиту, и, если моя магия вплетётся без попыток изменения матрицы заклинания, значит, я права.

— Ренци, — я подняла глаза на лицо Дориэна, чьи черты заострились, а скулы побелели. — Я сейчас применю магию к тебе. Это не опасно. Не пытайся защититься, ты же знаешь, я не могу нанести удар. Заклинание «Родник» тебе должно быть известно, — выложила я свой план и, вспомнив, что чужая магия — вещь неприятная, и может спровоцировать инстинктивное сопротивление, добавила конкретики: — Вот сюда применю, — я положила руку ему на живот над поясом штанов.

И всё-таки покраснела, потому что ладошкой почувствовала волоски, убегавшие под ремень.

— Хорошо, — стиснув зубы, дал согласие Дориэн. Он и без того стискивал подушку так, что перья внутри неё скрипели. Потемневший взгляд обещал мне какую-то кару, но сейчас я снова была охвачена азартом.

Сконцентрировавшись на нужной зоне, я послала крошечный импульс в один из крупных узлов плетения чуть ниже пупка Ренци.

Только вот в погоне за разгадкой, я забыла об одной особенности заклинания «Родник».

Глава 31. Опыт удался

Я едва успела увидеть, что магия беспрепятственно впитывается, заполняя плетение, как мир перевернулся перед моими глазами. Мгновение, и я оказалась лежащей на спине, придавленная твёрдым телом.

Возмутиться прерыванием столь интересного эксперимента мне не дали, запечатав рот горячими губами.

Несколько секунд я просто ошалело пялилась на чёрные загнутые ресницы Ренци, который меня…

Целовал!

И не просто целомудренно чмокнул, он опять распустил свой язык!

Ещё и руки при себе не удержал!

Что ему в голову шарахнуло, когда у нас такое важное дело?

Словно почувствовав, что я готова к сопротивлению, Дориэн усилил напор, стискивая меня, как в шторм.

Да что его так разобрало?

И почему он всё время начинает целоваться? Да что в этом такого?

Эта мысль запустила цепочку воспоминаний о наглом поведении Ренци в моих покоях. Как назло, тут же накатило то томление, которое в прошлый раз вызвали его поцелуи.

И как-то само собой они переплелись с нынешними впечатлениями. Я почувствовала волну жара, заливающего меня, вдруг ощутила, какой Дориэн большой, сильный, как приятно касаться его гладкой плотной кожи, под которыми перекатываются стальные мускулы.

Стук его сердца, передававшийся мне через грудную клетку, завораживал, гипнотизировал, ввергая в транс. Не осознавая, что делаю, я уже вовсю гладила мощные плечи, зарывалась пальцами в густые жестковатые волосы на макушке, льнула к нему всем телом, чтобы напитаться этой силой, неукротимым желанием.

Дыхания перестало хватать, когда ладони, скользившие по телу, занырнули под форменную рубашку, вытащив её из пояса брюк. Руки Дориэна оставляли обжигающие печати на животе, рёбрах, вынуждая выгибаться им навстречу.

В голове царил горячечный туман, жаждущая истома порабощала тело, заставляя плавиться. Я уже вовсю отвечала настойчивым губам, разгораясь всё сильнее под натиском Ренци. И моя магия удовлетворённо урчала, толкала меня в объятия тёмной бездны, клубясь внизу живота.

Притяжениие было такое мощное, что вытесняло любые инстинкты, неловкость, рассудок. Кровь кипела, заглушая здравые мысли шумом в ушах.

Пуговки на вороте брызгами разлетелись, но мне было всё равно.

Я тонула, тонула в этом водовороте.

И только неожиданно напрягшееся тело в моих объятиях отрезвило меня.

Не сразу.

Возвращение к реальности было мучительным. Морок рассеивался медленно, принося с собой ужас понимания.

Дориэн замер, прижавшись губам к моей шее, и я остро чувствовала влажный след поцелуя на горле и жгучий стыд. Самым ужасным было, что несмотря на просветление в голове, тело всё ещё находилось в плену желания.

— Ты… — открыла я рот, но Ренци зашипел на меня.

— Тихо. Там кто-то есть.

Что?

Это что повод лежать на мне? Я тут же вскипела и приготовилась запустить пружинный контур, но:

— Не дёргайся, Чаргетто. У нас гости.

Я ничего подозрительного не слышала, но всё равно считала, что перед гостями не сто́ит лежать, тем более вместе с Дориэном!

— Вот сейчас, — рыкнул Ренци и, решив сэкономить себе усилия по моему удержанию и просто перестав опираться на локти, придавил меня собой. — Слышишь?

Я же вместо того, чтобы прислушиваться, перейдя на магическое зрение, в полном шоке смотрела на идеальную защиту, куполом накрывающую нас с Дориэном.

Как это вышло?

Силы небесные, о чём я вообще думаю?

Меня должно волновать, как так получилось, что сейчас Ренци лежит на мне, расположившись между ног, его руки греют мою кожу под рубашкой, а горло горит отметинами его поцелуев! А физиономия Дориэна не полыхает алым от пощёчин!

Более того, мои пальцы по-прежнему запутаны в его вьющихся волосах.

Прокля́тый «Родник»!

Где были мои мозги?

Меня