Бестия. Бесстыжая для владыки - Влада Штерн

Потому что ни в коем случае не хотела, чтобы он с видом благодетеля отменил бы свой приказ. Тогда бы я почувствовала себя еще более униженной и раздавленной. Сейчас моя гордость все еще была цела, а тряпкой беспринципной становиться я не желала.

— Кухня так кухня, — коротко сказала я сама себе, чувствуя свежий приток сил от своей же решительности. Горло все еще саднило после хватки руки Вегарда: конечно же, останутся синяки, но мне сейчас было не до них. Надо было срочно найти в моем гардеробе какое-нибудь простое платье однотонного цвета, лучше всего темного. И без пышной юбки. Таких у меня, к сожалению, не было, но я вспомнила, что у моего дорожного демисезонного наряда коричневого цвета две части. Первая, верхняя — плотная и нарядная, вторая, нижняя — что-то вроде нижнего платья из более тонкой ткани и с простой юбкой.

Я быстро сорвала с себя бальный наряд, ставший мне ненавистным, распустила волосы, собрав их потом в обычный пучок. Коричневое простое платье без украшений и закрытое до самого подбородка идеально подходило для какой-нибудь экономки. Надев удобные туфли без задников, я вышла из комнаты.

На первый этаж я спустилась без проблем, отыскав потайной ход у библиотеки, как и говорила мне Редж. Лестница как раз выходила в боковую внутреннюю галерею, где обычно перемещается прислуга. Пока я шла на кухню, мимо меня проносились лакеи с подносами.

— Прошу, Мэрид — выдайте мне чепец и фартук. Сегодня я тут с вами по приказу хозяина.

Мои слова как громом ударили по тишине, которая сразу же установилась на главной кухне, как только я зашла туда. Старшая повариха, к которой я обратилась — та самая седовласая женщина с добрым лицом, с которой я впервые столкнулась здесь неделю назад, убирая за собой посуду, — глядела на меня с приоткрытым от удивления ртом. Остальные тоже замерли, забыв про свои кастрюли и соусы.

Видя, что реакции ноль, я пожала плечами, и, улыбнувшись всем и каждому, прошла к соседней раковине и сходу начала чистить лежавшую в ней гору артишоков…

* * *

Время приблизилось к полуночи, а гости и не думали расходиться, как и бал не собирался заканчиваться. Обычно, как сообщила мне Мэрид, приемы у Вегарда завершаются к рассвету. И то, бывает, что некоторые гости остаются тут отсыпаться либо продолжают играть в карты или бильярд, если партия затянулась. В таком случае им накрывается ранний завтрак и готовить его нужно заранее.

Я уже довольно таки выдохлась после нескольких часов непрерывной работы и сейчас сидела возле печи с чашкой кофе. Меня усадили насильно сюда все поварихи и кухарки, и я, сдавшись, тихонько наблюдала за их спорой работой и за сновавшими туда и сюда лакеями, вечно спешившими и что-то требующими.

Только сейчас я чувствовала себя более-менее успокоившейся после инцидента с Вегардом. Пока я нарезала овощи, украшала мясные блюда, делала фруктовые композиции, я все время возвращалась к нашему последнему разговору.

Я пыталась себя винить в неразумности, грубости и в отвратительном поведении. Но до конца не получалось свалить всю вину на себя. Я чувствовала, что поступила правильно несмотря на то, что слова мои и жесты были очень грубы.

«Особенно, когда я кинула ему колье под ноги» — думала я, делая глоток мною же сваренного кофе. Да, это было мерзко. Не стоило мне кидать ожерелье как мусор, даже несмотря на то, что я была в ту минуту взбешена. — «Следует научиться лучше держать себя в руках. Мне еще, я уверена, не раз придется оказываться в сложных ситуациях, если я и дальше буду крутиться внутри высокородных.»

Хотя вот насчет последнего я начала тихонько сомневаться. Ну а вдруг, действительно, Вегард оставит меня на кухне насовсем, до конца его таинственного эксперимента? Я пожала плечами: будь что будет, какая мне разница, в самом деле, чистить лук и картошку здесь либо подвергаться всяческим унижениями и похабным желаниям там, наверху? Мне главное получить свободу от артефакта, а потом и от владыки тоже, тогда можно преспокойно свалить отсюда подобру поздорову.

«Нет, Лил, не обманывай себя. Ты сама первая его начала соблазнять, а наставления Троя были вторичны. Так что не стоит думать, что отношение Вегарда к тебе как к объекту похоти возникло на пустом месте»

Конечно, я была согласна с внутренним голосом. Но не была согласна с тем, что я должна терпеть к себе отношение как к товару и раздвигать ноги именно тогда, когда Вегарду это приспичит. Тем более, вся моя тайна раскрылась и нужды и дальше соблазнять его у меня нет.

Может, я не отказала бы ему в близости, если бы не то, как он себя повел в первую нашу близость и каким образом решил продолжить ее сегодня.

Я не чувствовала от него каких-либо признаков романтического отношения ко мне — это и было главной причиной моего гнева. Все жесты Вегарда по отношению ко мне были окрашены сугубо плотским желанием.

— Сиди и дальше здесь, нечего тебе стоять у плиты. Хватит, наработалась, — пробормотала усталым голосом Мэрид, присаживаясь возле меня на табурет. Я налила ей кофе тоже.

— Лучше уж здесь, чем там, — сказала я, кивнув в сторону открытых дверей, ведущих в галерею. Оттуда даже сюда доносился шум бала, хотя и приглушенный. В саду тоже было немало людей.

— М-м, кофе у тебя получается отличный, — похвалила меня повариха, с блаженным видом отхлебывая напиток по глоточку. Она взяла с блюдечка кекс. — Хозяин, конечно же, у нас хорош. Но иногда кровь стукнет ему в головушку, тогда хоть беги.

Мне опять стало неудобно, потому что я не до конца понимала, что сегодня подумали про меня работники Вегарда. За все время, проведенное мной в Оверлуке, они ни разу не показали даже мельком своего любопытства по отношению моего нахождения здесь. Скандального, если смотреть на эти вещи с позиции светского общества. Да, они могли подумать, что я, бедная дворянка, теперь любовница их владыки и лорда. Но а после сегодняшнего что они будут обо мне думать, а⁈

— Мне просто… было скучно и я не хотела идти на бал. Хозяин, — подбирая слова, медленно продолжила я, — разозлился. Я повела себя неподобающе, Мэрид. И поэтому все так получилось…

— Ох, милая, можешь не рассказывать мне ничего, — покачала головой пожилая женщина, похлопав меня по руке. — Кого-кого, а молодого хозяина я хорошо знаю, поверь мне.