Академия Хроноса - Екатерина Сергеевна Богданова

— Прикажи им. От этого зависит жизнь мальчика, — толкнув меня в спину еще раз, прошептала нара Болтиньяк.

— Здравствуйте, — еще раз поприветствовала я склонившихся передо мной студентов. — Не могли бы вы помочь мне?

Голос дрожал, а в голове метались сумбурные мысли: «Что я здесь делаю? Это все неправильно. Еще неделю назад я была рабыней и не имею никакого права приказывать этим людям».

— Нари Юнила, дочь нарая Амниоса Хроно, приказывает вам отыскать среди учащихся последних курсов самого талантливого менталиста и привести его сюда. И быстро, — выступив вперед, проговорила лекарь.

— Это ваше желание? — спросил один из студентов, подняв голову и взглянув на меня.

Получив толчок локтем в бок, я кивнула и произнесла:

— Да, мое.

Оборотни встали и быстро удалились, обсуждая — кто из студентов обладает бо́льшим потенциалом в ментальных манипуляциях.

— Ну, вот и замечательно. Пошли готовиться. Эта армия зависимых быстро найдет специалиста, — заталкивая меня в лазарет, довольно проговорила женщина.

Мы перенесли Салимо в палату, уложили его на кровать и привязали. Нара Болтиньяк объяснила, что это может понадобиться, если парень будет на подсознательном уровне сопротивляться вторжению в свое сознание.

— Вот теперь он точно не навредит ни себе, ни другим, — проверяя прочность крепких бинтов, стягивавших щиколотки и запястья больного, удовлетворенно кивнула нара.

В дверь приемной постучали, и мы поспешили встречать менталиста.

— Куда положить? — спросил один из оборотней, указывая на спеленатого по рукам и ногам молодого человека.

— Это что? — вопросила нара лекарь.

— Как что? Вы просили менталиста, вот он, — невозмутимо ответил оборотень.

Несчастный менталист мычал, пытаясь выплюнуть кляп, и смотрел на нас широко открытыми глазами.

— Немедленно развяжите! — прикрикнула Болтиньяк.

Оборотни не шелохнулись, глядя на меня.

— Развяжите его, пожалуйста, — смущенно попросила я.

Оборотни тут же выполнили мою просьбу и отступили к двери в ожидании дальнейших распоряжений.

— Идемте, милейший, я объясню вам суть вопроса, — ласково обратилась к освобожденному лекарь. — А ты, детка, выпроводи отсюда посторонних, — добавила она, обернувшись у двери в палату.

Но выпроводить оборотней я не успела, в лазарет вошел Громиро и смерил меня гневным взглядом.

— Быстро же ты распробовала вкус власти. Уже и приказы раздаешь, — язвительно проговорил он.

— Ты ошибаешься! — воскликнула я обиженно. — Я только попросила, потому что ситуация сложная. Под угрозой жизнь человека.

— Банальное оправдание. Большинство злоупотребляющих властью именно им и прикрываются, — ядовито усмехнулся Рэндом.

— Юнила, иди сюда! — позвала из палаты нара Болтиньяк. — Касино любезно согласился провести слияние тебя и нашего несчастного мальчика!

Громиро удивленно приподнял брови и уставился на меня еще более пренебрежительно.

— Поражает скорость, с которой наша обстановка растлевает былых невольниц, — произнес он. — Или дело не в обстановке и невольница уже была развращена?

В его голосе было столько отвращения, что я, сама от себя такого не ожидая, влепила пощечину Рэну, чтобы стереть с его лица брезгливое выражение.

В дополнение к этому стоящие у двери оборотни зарычали на него, демонстрируя удлинившиеся клыки.

Рэндом медленно повернулся к ним. Хватило только одного взгляда, чтобы оборотни спрятали клыки и умолкли. Он так же медленно вновь повернулся ко мне и совсем тихо, так что мне пришлось прислушаться, чтобы понять, проговорил:

— Зря ты это сделала. Я бы, может, и постарался перебороть себя, но теперь не стану. Теперь ты дичь, а я вышел на охоту.

Громиро развернулся и ушел, предварительно вытолкав своих сородичей за дверь и произнеся, указав на таз с грязными бинтами, стоящий у двери:

— Сожги. Оборотни не властны над притяжением твоей крови, но им тоже нужно есть и спать.

— Юнила, ну где же ты? — еще раз позвала нара Болтиньяк, и я поспешила в палату.

Менталист, которого принесли оборотни, оказался одним из тех, кого Кико относила к синей зоне. Молодой человек говорил и вел себя так, словно все вокруг неисправимые глупцы и только он знает, что делать.

— Я, конечно, мог бы выполнить ваши требования, — вещал он, — но считаю своим долгом предупредить о возможных рисках и необратимых последствиях, вплоть до гибели сознания как пациента, так и реципиента.

— Так ты сделаешь это или нет? — спросила напрямую нара лекарь.

— Безусловно, моя квалификация позволяет мне провести данную процедуру. Однако я не берусь утверждать со стопроцентной уверенностью, что результат будет положительным, — монотонно говорил менталист.

Наре Болтиньяк, видимо, надоело слушать, и она влепила студенту увесистый подзатыльник.

— Делай, а не разглагольствуй! — приказала лекарь, и наро наконец-то замолчал, сосредоточившись на пациенте.

Меня уложили рядом с Салимо. Болтиньяк заверила, что риск минимальный и мне ничего не грозит. Когда же Эсторио, так звали молодого мага, обладающего ментальной магией, попытался опровергнуть ее заверения в безобидности процедуры, нара лекарь наградила его еще одним подзатыльником, и вопрос был исчерпан.

Мне велели закрыть глаза, выбросить из головы все заботы и думать только о Салимо. Эсторио положил ладонь на мой лоб, и спустя пару минут я почувствовала исходящее от его руки тепло. На мгновение появилось ощущение свободного падения, а потом нахлынул нестерпимый холод. Меня, словно упавшую с обрыва в бушующее море, вновь и вновь бросало на непроницаемую ледяную стену. Но это происходило лишь в моем сознании. В действительности же я все еще лежала на той же кровати, рядом со спящим беспробудным сном огненным драконом. Голову сдавливало будто тисками, в висках стучали беспокойные молоточки, но, ударяясь в очередной раз о ледяную стену, я слышала едва уловимый треск. Когда казалось, что я больше не выдержу и следующий удар лишит меня чувств, стена с оглушительным треском разлетелась, и холод уступил место жару. Салимо виделся мне маленьким мальчиком со сбитыми коленками, который сидел, вжавшись в шершавую каменную стену сумрачной пещеры, и со страхом озирался по сторонам. Я растерялась, не зная, что сказать, а потому молча подошла к мальчишке, присела рядом и приобняла его.

— Ты боишься? — спросила у мальчика.

— Да, — шепотом ответил он.

— Так почему же не уходишь отсюда? — спросила я, обведя взглядом жуткую пещеру.

— Выходить еще страшнее, — прошептал мальчик.

— А ты знаешь, что там? — поинтересовалась я, всматриваясь в полумрак драконьего убежища.

Мальчик лишь отрицательно покачал головой.

— Так пошли вместе, посмотрим, — предложила я, протягивая руку.

Мальчик забился в самый темный угол и не желал покидать укрытие. Я долго уговаривала его, предлагая руку помощи, и в конце концов он принял ее! Ухватился своей горячей ручкой за мою ладонь и вышел из темного угла, но у выхода из пещеры засомневался и попятился. И я пошла на риск — дернула мальчика за руку, рывком вытащив