Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Знайте, ребятки, мне кажется, что сегодня что-то очень жарко, — задумчиво говорит Даниэль и протирает лоб. — Пойду посмотрю, что у меня есть в машине, чтобы освежиться. Или что-то, чтобы погонять нашу обжору. Пусть сбрасывает свои жиры.

Даниэль быстрым шагом направляется к своей машине, пока Эдвард и Питер переглядываются между собой и тихо усмехаются.

— А мы пойдем проследим, чтобы наш неподражаемый Терри не оставил нас без еды, — уверенно говорит Питер и хлопает Эдварда по плечу. — Пошли, МакКлайф.

— Да, красавицы, никуда не уходите, — окинув взглядом всех девушек, хитро улыбается Эдвард. — Мы будем недалеко.

— Сэмми, пошли с нами. Поможешь смотреть за этим обжорой.

Эдвард и Питер уходят вслед за Терренсом, а Сэмми тут же увязывается за ними, пока Ракель, Хелен, Анна и Наталия тихонько хихикают, покачав головой.

— Ох уж эти парни… — с легкой улыбкой вздыхает Анна.

— Мне кажется, сейчас начнется что-то грандиозное, — предполагает Наталия, расставив руки в бока.

— Это точно! — восклицает Ракель. — Раз наша компания собралась вместе, то нам стоит ждать от них чего угодно .

— Вы как хотите, девочки, а я лучше отойду на « безопасное» расстояние, — усмехается Хелен. — Кто знает, что придет им в голову, глядя друг на друга.

Анна, Наталия, Хелен и Ракель со скромным смешком отходят в сторону, поправляя свои забранные в пучки или хвостики волосы и невольно заставляя парней восхищаться их фигурами и открытой летней одеждой.

— Кстати, Анна, а почему ты никогда не говорила нам, что боишься собак? — интересуется Наталия.

— Да как-то не было случая, — немного неуверенно отвечает Анна. — Да и мне не очень приятно вспоминать тот случай. Точнее, страшно… Мурашки по коже бегут, как только я вспоминаю эту страшную собаку, ее бешеные глаза и острые зубы… На руке даже остался небольшой шрам.

Анна показывает своим подругам небольшой, едва заметный шрам на запястье правой руки.

— Прошло уже много лет, но он до сих пор не прошел, — признается Анна. — И напоминает мне о том страшном нападении.

— Мы все прекрасно понимаем, дорогая, — мягко говорит Ракель. — И нам правда очень жаль.

— Только помни, что не все же собаки такие плохие, — уверенно добавляет Хелен. — Как хозяин воспитает собаку, такой она и будет.

— Да… — тихо произносит Анна, обняв себя руками. — Возможно…

— Полагаю, хозяин той собаки был ужасный и сделал ее такой же, — предполагает Наталия. — Вот она и напала. Не на взрослого, а на ребенка.

— Слава богу, со мной тогда не случилось ничего ужасного, а папа вовремя заметил это. А иначе я могла бы запросто лишиться руки.

— Все хорошо, подружка, это уже в прошлом, — мягко говорит Хелен, погладив Анну по плечу. — Вот пообщаешься немного с Сэмми и поймешь, что бывают очень даже хорошие собачки, которые сами ко всем тянутся.

— Я знаю… И кстати, мне понравился твой пес… Сэмми, кажется…

— Вообще-то, Сэмюэль. Но он плохо реагирует, когда слышит это имя. Правда если нужно провести с ним воспитательную беседу, то я называю его Сэмюэлем.

— Хорошо. Значит, будем называть его Сэмми.

Девушки на секунду бросают взгляд в сторону на своих парней, двое из которых о чем-то болтают между собой, третий копается в пакетах с едой, а четвертый ищет что-то в багажнике своей машины.

— Кстати, Наталия, тот котенок… — задумчиво произносит Хелен. — Который жил у тебя… Какой он был породы?

— Мей-кун, — с легкой улыбкой отвечает Наталия. — Я всегда обожала кошечек этой породы. А моя Мисси была такая милашка… Тогда у нее были еще большие голубые глазки.

— Ах, Мисси… — с умилением произносит Анна. — Твой котеночек… Я все еще помню ее… Она была такая лапуля… Жаль, что тебе пришлось отдать ее из-за аллергии, а мы с Ракель не могли взять Мисси к себе…

— Я вспомнила о ней, когда мы знакомились с Сэмми. Поняла, что очень скучаю… И очень жалею, что не могу иметь котенка из-за аллергии. Что моя детская мечта была разрушена…

— О да, мы знаем, что ты всегда была сумасшедшей кошатницей.

— Это моя любовь . Такая же любовь, как и походы по магазинам. И к моему красавчику Эдварду.

Пока девушки скромно хихикают и продолжают обсуждать котенка, жившего с Наталией, и песика Хелен, который сейчас резво бегает из стороны в сторону, Эдвард, Питер и Терренс находят что-то среди еды и с удовольствием начинают это есть, удобно устроившись на одеяле, что расстелено на траве.

— Сегодняшний день должен быть гораздо лучше, — бодро говорит Терренс.

— О, любой день, когда мы не видим этого маленького оболтуса Коннора, лучший для меня, — отвечает Питер, согнув ногу в колене.

— Это точно! — восклицает Эдвард. — И как же хорошо, что мы не будем видеть его еще несколько дней. А то мне все больше хочется плюнуть в его наглую смазливую рожу.

— Скажите « спасибо », что он вообще делает какую-то работу, — отмечает Терренс и выпивает немного напитка из пластикового стакана.

— Ну хоть в чем-то от него есть толк, — отвечает Питер. — А иначе не было бы смысла продолжать платить ему деньги.

— Только мне кажется, что мы платим ему слишком мало, — признается Эдвард и выпивает что-то из своего стаканчика. — Лучше уж поднять зарплаты тем, кто работает добросовестно.

— Надеюсь, что нам осталось недолго терпеть этого крысеныша, — выражает надежду Терренс.

— Черт, как же я рад, что у нас будет большой перерыв, — резко выдыхает Питер. — Не будем видеть этого отморозка. Конечно, я буду скучать по выступлениям, но думаю, нам пока лучше сделать перерыв.

— Согласен, вся это немного выматывают, — соглашается Эдвард. — Хотя если нас избавят от нужды видеть Коннора, я спою хоть сто раз.

— Ничего, когда мы выгоним этого прыщавого придурка