Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

чувствует, что его окружают хорошие люди, — с легкой улыбкой предполагает Эдвард. — Собаки ведь хорошо чувствуют, как к ней относятся. Если понимают, что человек хороший и неопасный, то они спокойные и дружелюбные.

— Только если собака хорошо воспитана. Если нет, то даже самый хороший человек может подвергнуться нападению.

— Но в случае Сэмми это исключено .

— Да. И кстати, я очень рада, что Сэмми с пониманием отнесся к тому, что Анна боялась его, и не заставлял бояться еще больше. Ждал, пока она найдет в себе мужество подойти к нему.

— Она так побледнела, когда увидела его… — с грустью во взгляде отмечает Эдвард. — И я сначала не понял, почему.

— Мы все не понимали. Но благо, Анна все объяснила.

— Кстати, а разве вы с девчонками не замечали шрам у Анны на руке?

— Нет, если честно. Мы как-то не присматривались. Да и шрам-то небольшой и не слишком заметный.

— Представляю, что бедняжка чувствовала, когда та собака напала на нее. А ведь Анна была ребенком…

— Слава богу, она тогда осталась жива и не лишилась руки. А ведь та собака могла запросто загрызть ее насмерть.

— Но ей крупно повезло. И поэтому неудивительно, что ее так сильно трясло. Она пережила слишком большое потрясение.

— Ну я бы тоже испугалась, если бы какая-то собака попыталась откусить мне руку… Тем более, что ты прекрасно знаешь, что я ужасно впечатлительная и запросто могу умереть от разрыва сердца как напуганный зайчик.

— Нет, я даже думать не хочу о том, что с моей красавицей могло бы случиться что-то подобное. — Эдвард с нежной улыбкой гладит Наталию по щеке, которую мило целует. — Ни за что.

— Мне становится плохо только от того, что я просто думаю о том, что пришлось пережить бедняжке Анне. Это… Это ужасно …

— Не надо думать об этом, солнце мое. К счастью, твоя подруга осталась жива и сохранила свою руку.

— Эдвард… — неуверенно произносит Наталия. — А ты остался со мной, если бы я была калекой? Если бы у меня не было руки или ноги!

— Что за вопросы, Наталия! — восклицает Эдвард. — Я бы остался с тобой, несмотря ни на что! И сделал бы все, чтобы облегчить тебе жизнь!

— И заботился бы обо мне как о беспомощной?

— Конечно. Ради любви к тебе я пойду на все . Даже если бы у тебя не было руки или ноги, я бы ни за что не бросил тебя.

— И это был бы жест любви, а не жалость?

— Разумеется, малышка. Как ты можешь сомневаться во мне? Ты же прекрасно знаешь, как сильно я люблю тебя. Я собираюсь жениться, чтобы заботиться о тебе и дать тебе все, что нужно. Так будет, независимо от того, сколько у тебя рук или ног, и как выглядит твое лицо или твое тело.

— Правда?

— Правда, глупышка моя. — Эдвард мило целует Наталию в кончик носа, придерживая ее за затылок, и крепко обнимает девушку обеими руками. — Не переживай, со мной ты будешь в надежных руках.

— Ах, Эдвард, любимый…

Наталия со скромной улыбкой нежно целует Эдварда в щеку, держа руку на его затылке, и еще несколько секунд крепко обнимает мужчину до того, как они отстраняются друг от друга.

— Кстати, а ты не говорила, что у тебя аллергия на кошек, — задумчиво отмечает Эдвард.

— Увы, это так, — с грустью во взгляде тяжело вздыхает Наталия. — Так мечтала завести себе котенка, но вдруг выяснилось такое…

— А у кого-то еще из твоей семьи было что-то подобное?

— У мамы с папой вроде бы нет аллергии на животных… А у бабушки аллергия начинается только ранней весной, когда все расцветает.

— Говоришь, это проявляется на коже?

— Да, начинаю чесаться и покрываюсь красными пятнами.

— Ничего себе.

— Кстати, а ты сам когда-нибудь хотел иметь животное?

— Да, — слегка улыбается Эдвард. — В детстве я бы тоже был не прочь завести себе питомца.

— Котенка или щеночка?

— Не так важно. Я вообще-то люблю кошек и собак в равной степени… Кошки довольно милые, и мне нравится играть с ними. А собаки – отличные защитники и верные друзья. Знаю много случаев, когда они спасали людей и защищали их.

— А почему бы тебе не взять, к примеру, собачку? Прямо сейчас! Думаю, твои родители не будут против, если бы он пожил здесь до тех пор, пока ты не переедешь в свой дом.

— За собачкой нужен уход, Наталия. У родителей своих забот полно, и они не смогут ухаживать за ней. Да и у меня скоро не будет времени… Ведь очень скоро выйдет альбом группы… И начнутся съемки, выступления, тур, все такое…

— Однако есть я – девушка, которая с удовольствием могла бы посидеть с собачкой, — слегка улыбается Наталия.

— В принципе я не против… И если ты так этого хочешь, то я исполню твое желание. Оно для меня – закон .

— По крайней мере, я буду не против, если ты захочешь, чтобы с нами жил какой-нибудь милый песик. Про котенка я молчу, потому что очень быстро покроюсь красными пятнами. Я – кошатница, но и к собачкам хорошо отношусь.

— Ах, милая… — Эдвард с легкой улыбкой на лице качает головой, обнимает Наталию за плечи одной рукой, второй – за талию и прижимает к себе таким образом, что та утыкается лицом в его плечо. — Да ты сама как маленький котенок, которого так и хочется заласкать.

— Я так себя и чувствую, — мягким, низким голосом признается Наталия. — Маленьким котенком, который хочет немного любви и внимания.

— Значит, мой котенок получит это, — уверенно обещает Эдвард и оставляет на некоторых частях лица Наталии по одному короткому поцелую. — Я полностью в твоем распоряжении, малышка.

— Не сомневаюсь. Ты как взрослый уверенный в себе кот, который спасет своего маленького котенка от любой беды и