Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Нет, я не принял.

— Но о чем они были?

— Об истории дяди Майкла.

— Пожалуйста, Терренс, давай не будем вспоминать об этом. Твой дядя и его сообщники сейчас находятся в тюрьме и выйдут еще нескоро. А Майкл вообще не выйдет, ибо ему дали пожизненное .

— Да, я помню. Просто те комментарии заставили меня вспомнить о том, через что нам пришлось пройти. Да, все виновные получили свое наказание, но осадок до сих пор остался. Если честно, я до сих пор не могу окончательно прийти в себя после того, как узнал столько секретов разом.

— Тем не менее, ты много раз говорил, что та история заставила нас всех многое понять и поменять отношение к некоторым вещам.

— Но каков был путь… Все навалилось одновременно и казалось безнадежным . Мне казалось, это никогда не закончится.

— Но ведь закончилось .

— Знаю…

— Дорогой, не надо думать об этом, — мягко просит Ракель и нежно гладит Терренса по щеке, смотря на него с грустью во взгляде. — То время и правда было тяжелым, но оно осталось в прошлом. Мы пережили его.

— До сих пор вздрагиваю, когда вспоминаю каждый миг, который мы тогда прожили.

— Боже, с каких пор ты стал таким впечатлительным? Вот уж не думала, что ты так долго будешь переживать!

— Не знаю, — пожимает плечами Терренс. — Наверное, на меня что-то повлияло настолько сильно, что я и правда стал слишком впечатлительным в последние пару лет. Или… Появление сентиментального братика в моей жизни заставило меня стать менее каменным.

— Впечатлительнее, но не хуже, — с легкой улыбкой говорит Ракель и мило целует Терренса в губы, приложив ладонь к его щеке. — Наоборот – только лучше.

— Приятно это слышать.

Терренс скромно улыбается, чуть крепче обнимает улыбающуюся Ракель и нежно гладит ее по голове, пока они оба все еще лежат на диване в гостиной. Они где-то несколько секунд ничего не говорят и просто наслаждаются обществом друг друга.

— Слушай, а может, мы еще что-нибудь посмотрим? — задумчиво предлагает Терренс. — Эти два часа, что мы смотрели кино, пролетели очень быстро.

— Нет, я не буду смотреть еще один страшный фильм, — уверенно возражает Ракель. — Мне уже хватило этого!

— Сейчас посмотрим весь список фильмов в Netflix и выберем что-нибудь.

— Мне что, готовить еще одну большую пиццу? — Ракель принимает сидячее положение, тянется к тарелке, берет маленький кусочек пиццы из того, что в ней есть, и съедает его. — Тарелка с первой опустела удивительно быстро.

— Мне очень понравилось. С удовольствием съел бы еще. — Терренс невинно улыбается. — И вообще, мы оба ели ее. Вот тарелка и опустела.

— Да, но только ты один ее и ел, а я притронулась к ней лишь несколько раз!

— Хочешь сказать, что я много ем?

— Даже слишком много. — Ракель тихо усмехается. — Правильно парни постоянно говорят, что ты – обжора. Ибо надо целый день стоять у плиты, чтобы накормить тебя.

— Ой ладно, ты побольше слушай этих придурков! Ты бы видела, сколько они едят! Уж точно не как котята.

— Но тебя им точно не переплюнуть.

— Прости, но я не считаю калории и ем все что захочу . И все равно остаюсь в прекрасной форме. Ибо у меня великолепные гены, и я регулярно тренируюсь в спортзале.

— Охотно верю про гены. Ибо имея если бы ты имел плохую генетику и столько ел, то девочки бы восхищались твоими пухлыми щечками и большим животиком.

— Но как видишь, у меня на теле ни грамма жира, — с гордо поднятой головой низким голосом отмечает Терренс. — Тело Аполлона! И поверь мне, детка, таким оно и останется.

— Как и я уж точно никогда не наберу вес, — скромно улыбается Ракель. — Ем сколько угодно и что угодно, но это не портит мою фигуру.

— Она у тебя просто великолепная.

— Сказал Терренс, начав представлять свою невесту полностью обнаженной и то, как он будет лапать и целовать ее где только можно.

— Угадала, — загадочно улыбается Терренс. — Когда рядом со мной находится такая сексуальная и привлекательная красотка, я не могу оставаться равнодушным. Представляю себе, как я с большим удовольствием занимаюсь своей любимой сучкой и снова заставляю ее стонать от удовольствия.

С этими словами Терренс скромно расстегивает молнию на худи Ракель чуть ниже уровня ее ключиц и оставляет пару поцелуев на изгибе ее шеи. Это заставляет девушку слегка улыбнуться, но она решает немного подразнить своего жениха, прикрыв обнаженные ключицы рукой.

— Так, МакКлайф, не вздумай делать это прямо здесь, — скромно хихикает Ракель.

— Почему? — удивляется Терренс. — Моя малышка застеснялась?

— Может быть…

— Не верю своим ушам. — Терренс нежно гладит Ракель по голове и кончиками пальцев ласкает изгибы ее шеи. — Как такая чертовски сексуальная девушка может стесняться? Она же готова на любые выкрутасы со своим любимым мужчиной!

— Я буду готова тогда, когда мы окажемся в закрытой спальне.

— Да, но почему-то ты не стеснялась на съемках клипа и блестяще сыграла в нашей постельной сцене, — хитро улыбается Терренс. — Когда нам нужно было изобразить страсть на глазах у съемочной группы и парней, которые постоянно срывали их своими глупыми шуточками. Ты была настоящей горячей штучкой, которую я бы мог запросто оттрахать прямо там…

С этими словами Терренс снова хочет поцеловать Ракель в шею и позволить своим рукам немного помассировать ей грудь. Однако та скромно отстраняется и с загадочной улыбкой прикладывает руку к его губам, будто сдерживая его порыв.

— Нет-нет, дорогой, не спеши, — более низким голосом говорит Ракель.

— Разве я не имею права поцеловать свою любимую невесту? — низким голосом интересуется Терренс. — Мне кажется, имею. Тем более, что скоро она станет моей законной женой…

— До сих пор считаю это самым безумным решением в своей жизни.

— Не мог упустить шанс заполучить самую шикарную девчонку на