В плену их страсти - Элис Мэк

Сильные, мужественные и… сексуальные.

Ох, лучше на такое вообще не смотреть. А то всякие неприличные мысли сразу в голову начинают лезть.

А мне это сейчас совсем не надо. Я должна сохранять разум холодным.

— Нравятся лошадки? — спрашивает он.

— Очень!

— Хотела бы прокатиться?

— А можно?

— Конечно, Киса! — Это уже Тео говорит, который в одно мгновение оказался рядом. Привстал на ограждение манежа, чтобы поравняться со мной. — Но только с одним условием…

— Это с каким ещё? — настороженно спросила я.

— Поцелуешь нас с братом, — уголки его губ медленно ползут вверх, а в глазах — стая чертей пляшет.

Лео наклонился к моему ушку c другой стороны, и прошептал своим низким бархатным голосом, пробирающим меня до мурашек:

— По-настоящему… в губы.

Тео тут же поспешил добавить, промурлыкав:

— С язычком.

Вот блин!

Чувствую, как кожа на щеках вспыхнула нестерпимым жаром. Уши тоже горят. А бедное сердечко, того и гляди, сейчас выпрыгнет наружу.

Боже, да что же со мной происходит? Сама понять не могу. Рядом с близнецами меня буквально раздирает от противоречивых чувств: с одной стороны, хочется залепить обоим по затрещине за их наглость и дерзость, но в то же время, каждый раз, когда они вот так близко, окутывают меня своей странной неповторимой энергетикой… голова просто кругом идёт.

Голос разума отчаянно вопит, что я не должна поддаваться на их провокации, и уж тем более собственным эмоциям. Близнецы похитили меня и держат у себя против моей воли. А это значит — я не могу им доверять.

Только холодный разум, Алиса! Только холодный!

С язычком значит им захотелось?

А вот фиг вам с маслом!

— Обойдётесь! — фыркнула я возмущённо. — Я кажется уже говорила, что вы!.. не в моём вкусе. Так что, зря стараетесь, мальчики. Мои поцелуи, только для любимого, — И, дразня высунув язык, добавила: — С язычком.

Я спрыгнула с заграждения и, развернувшись, с гордой походкой направилась обратно в дом. Но стоило мне сделать всего пару шагов, как в спину мне, словно ураган, прилетел грозный львиный рёв.

Вздрогнув от неожиданности, я резко обернулась и в недоумении огляделась по сторонам. Но кроме близнецов и лошадей, бегающих по манежу, рядом никого не было.

Но я же отчётливо слышала львиный рык. Такой реальный и мощный, будто вчерашние лохматые охранники, вот прямо сейчас стоят за моей спиной.

Хлопаю глазами и не могу ничего понять.

Чертовщина какая-то!

Это что же, у меня глюки что ли?

Да, наверное, это всё от жары. Сегодня, действительно, невероятно жарко и душно, даже не смотря на утренние часы.

Пойду-ка я лучше в дом: там и кондиционер работает, и от блондинов подальше. Полежу немного, обдумаю новые варианты побега.

Вот только планам моим осуществиться, увы, не удалось. Потому что стоило мне обернуться, как я тут же напоролась на обжигающий взгляд приближающихся ко мне близнецов.

Ой…

Что-то не нравится мне их настрой. Слишком уж решительный какой-то.

И что эти черти опять задумали?

[1] bella donna — красотка (в переводе с итальянского).

[2] Una bella donna — Красавица (в переводе с итальянского).

Глава 25

Тео

— Что она только что сказала? — рычу, глядя вслед удаляющейся маленькой засранке, которая всего лишь за пару дней умудрилась истрепать мою нервную систему и всю душу вывернуть наизнанку.

— Мы не в её вкусе.

— Бля-а-а! Ну вот как тут держать себя в руках, а? У меня уже член дымится от перевозбуждения, а она даже поцеловать себя не даёт.

— Похоже, нас снова отшили, братец, — хмуро хмыкнул Лео.

— Чёрта с два! Я не верю, что она совсем ничего к нам не чувствует. Притяжение истинных пар никто не отменял — оно должно работать.

— Тео, она не львица, она — человек. У неё нет наших природных инстинктов. Не забывай об этом. Вполне возможно, что она просто ещё не осознала, не почувствовала это притяжение. Ну или… она ловко притворяется.

— Всё из-за этого сраного Либермана. Она думает, что влюблена в него, поэтому динамит нас. Что она в нём нашла? Он же мудило отборной категории!

Лео усмехнулся.

— Нам не понять. Но, думаю в наших силах её переубедить.

Я посмотрел на брата. В его глазах отражался тот же дикий огонь, что горел внутри меня. Мы поняли друг друга без слов. Всегда понимали, и всегда были за одно.

— Думаешь о том же, что и я?

Лео кивнул.

— Пора переходить к активным действиям. Что там у нас по плану после поцелуев?

Я хищно оскалился, в один прыжок перемахнул через заграждение, и решительно направился вслед за удаляющейся девчонкой. Лео последовал моему примеру и рванул следом.

Мы нагнали Алису уже почти возле дома. Она обернулась и, заметив нас, насторожилась. Нахмурила бровки, боязливо попятилась к двери. А потом, сообразив, что к чему, взвизгнула и влетела в дом быстрее пули.

— Что вы задумали?! — пискнула она, заметавшись по гостиной в поисках укрытия.

Вот только спасения нет, от нас не сбежать, сладенькая.

— Хотим доказать тебе насколько ты не права…

Мы с Лео окружаем беглянку с двух сторон и, прежде чем она успевает что-то возразить ловим её в капкан двойных объятий. Таких крепких, что ей не вырваться.

— Не права в чём?

Алиса шумно дышит, вцепившись ноготками в мои плечи.

В нос ударяет сладкий запах моей малышки. Нежный, чистый, с едва уловимыми нотками возбуждения — и у меня напрочь срывает крышу.

Она хочет этого, так же, как и мы!

— В том, что мы тебе не нравимся, — прошептал Лео прикоснувшись губами к её нежной коже за ушком.

— Вы… вы мне… не нравитесь, — сумбурно лепечет Алиса, а сама вся покрывается мурашками, когда брат ведёт языком по тонкой шейке, а потом прихватывает губами мочку её уха.

Ей нравится… Ещё как нравится!

Вот только почему-то, эта засранка не хочет признаваться в этом.

Упрямая!

— Тогда почему ты дрожишь? И почему от тебя так сладко пахнет возбуждением? М-м, Киска? — говорю хрипло, почти касаясь пухлых губок, и с удовольствием наблюдаю, как щёки Алисы покрываются ярким румянцем. — Врушка, — улыбаюсь коварно. — Уверен, что твои трусики уже насквозь мокрые.

И, чтобы убедиться в этом опускаю руку вниз. Пальцы ныряют под подол платья и мгновенно вклиниваются между стройных ножек накрывая сладкую девичью плоть.

Пусть через трусики, но мне и этого хватило, чтобы едва не застонать от удовольствия, которое я сейчас испытываю, прикасаясь