Идеал - Катя Костина

Переворачиваюсь и чувствую, как его трясет от перевозбуждения. Он размещается сзади, резко притягивая на себя мой таз, целуя шею и спину, руками сжимая грудь.

Он одним грубым движением входит, жестко притягивая меня за бедра на себя, и насаживая еще сильнее. Мое дыхание срывается, и я кусаю подушку, мыча что-то нечленораздельное не разжимая зубов. Движения становятся резче, жестче, проникновения глубже и ярче. Я уже на грани, перед глазами все плывет, и руки судорожно сжимают постельное белье, под сумасшедший ритм и не сдерживаемые стоны Дани.

Где-то внутри лопается натянутая до предела нить наслаждения и мое тело начинает непроизвольно сокращаться от спазмов. Я кончаю на его члене, теряя себя и чувствуя, как он становится еще больше и сильнее пульсирует внутри.

— Боже мой! Девочка! Да! Кончай, малышка, да… да… я хочу еще сделать это тебе в попку, ох… да…

Даня срывается на громкий стон, пока я кричу в подушку, как безумная и изливается в меня мощными толчками, жестко толкаясь, замирает и судорожно прижимает меня к себе.

— Прости родная, мне мало… мне тебя всегда мало, прости. — шепчет в висок, зависая на локте

Он быстро поднимается и резко входит в обильно смазанное гелем мое тугое колечко и останавливается, давая привыкнуть.

— Ты снова… боже… что ты делаешь?

Гель должен был обезболить мое первое проникновение в запретное местечко, но справляется он с этим откровенно плохо, разница в ощущениях колоссальная, если бы не только что унесший меня оргазм, скорее всего я бы плакала.

— Расслабься, сладкая, ну же девочка, давай — шепчет он максимально порочно. — впусти меня до конца.

Я делаю выдох пытаясь расслабить мышцы, и он давит весом своего тела, все продвигая и продвигая в глубь меня такого огромного себя.

— А-а-а… Я не смогу… Даня-а-а

— Ч-ч-ч-ч, расслабься сладкая, ты такая безумно узенькая и такая сексуальная, только с тобой так… — чувствую его дрожь вновь вернувшегося возбуждения.

Он, постанывая, начинает кружить по клитору, отвлекая меня от боли. Ощущаю, как по щекам текут слезы, так продолжается буквально не больше минуты и вдруг я осознаю, что боль исчезла и я подаюсь бедрами ему на встречу. Сейчас на смену неприятным ощущениям пришло невероятное удовольствие.

Даня внезапно срывается на резкие хлюпающие толчки, вгоняя член почти на всю длину. Двигается рыча и постанывая, оставляя синяки на моих бедрах от своего стального захвата.

— Давай, малышка, кончай, а-а-а… давай же маленькая… я уже на грани… м-м-м… с тобой хочу улететь… вместе…

Он сжимает до легкой боли мои соски и притягивает к себе максимально близко. Я чувствую, внезапно как стенки влагалища и прямой кишки начинают сокращаться как безумные. Тело колотит в сильнейшем оргазме, сознание уплывает, и он снова изливается в меня под рычащие стоны больно кусая за заднюю поверхность шеи.

— Блядь, это просто снос башки, маленькая моя девочка, это безумие какое-то! — тихо стонет мне в макушку Даня.

Он аккуратно выходит и ложится рядом.

— Прости меня, прости — дышит мне заполошно в висок — я был груб, но, когда ты рядом, у меня наглухо сносит крышу.

— Дань, а ничего, что ты сделал это в меня? Я вообще-то и забеременеть могу.

— У тебя месячные скоро — шепчет засыпая.

— Ты-то откуда знаешь, вылезаю из кровати и иду в душ.

— Видел твой календарь — практически во сне шепчет.

Когда я возвращаюсь он спит. Ложусь рядом, жутко злая на себя, за то, что не смогла от него отказаться и засыпаю с невероятно щемящим чувством.

Утром просыпаюсь без него.

Дани нет и в доме, он уехал.

— Ну что, все срослось? — садится за завтраком рядом Тимур

— В плане?

— Ты переспала с Даней?

— Нет — вот же достал.

— Как нет?! — подпрыгивает он на месте, будто ужаленный — А где он тогда ночевал?!

— С Яной, наверное, — пытаюсь делать отстраненное лицо.

— С Яной ночевал я — шепчет одурело Тимур и смотрит на меня пристально. — А ты мне не врешь? А?

— Охренеть, ну ты даешь! — уже моя очередь таращиться — Ты ночевал с Яной?! А никто не обидится на тебя за это?

— Нет — он подкатывает глаза — С кем тогда был Даня, если не с тобой?

— Позвони и спроси.

— В смысле позвони? Его нет что ли?

— Уехал

— Когда?

— Да я откуда знаю?! — психую невероятно.

Этот мужик кого хочешь до белого каления доведет.

— Дожили, блядь! — бурчит Тимур — даже не попрощался.

Глава 15

Последующие две недели Даня мне не звонит, и я ему тоже. Считаю это показателем того, что если что-то между нами и промелькнуло, то об этом стоит забыть.

В понедельник, когда я иду в приемную к руководителю, чтобы подписать документы, то сталкиваюсь там с той самой теткой, которую он уволил в мой первый день знакомства с ним.

— Я так понимаю, что Вероника это ты — сообщает она мне пренебрежительно и оглядывая меня с ног до головы, будто забывает цель своего основного визита.

— Допустим — осторожно отвечаю я.

— Не допустим, а я знаю, что ты ночевала у Данечки дома. — почему-то истерически верещит она.

В целом женщина не производит впечатление вменяемой. Дерганая какая-то, толи испуганная сильно, толи в принципе сумасшедшая. Ну да осень наступила, а у таких как раз самые расстройства. Усиленно вспоминаю, когда это я ночевала «у Данечки дома», это она про тот случай после клуба что ли? Боже, да, когда это было-то?! Она бы еще вспомнила, то время, когда он у меня жил.

— Это был не мой выбор, а выбор «Данечки» — язвительно выделяю имя и хмурю брови.

Может не надо было его так называть? У тетки дернулась щека и она покраснела, потом побледнела. Смотрит на меня сузив глаза, будто решает, что сейчас будет мне отрывать в первую очередь.

Твою мать, еще мне его больных на голову поклонниц не хватало.

— Вероятно — кивает она, с трудом взяв себя в руки — поэтому ты должна меня с ним помирить.

— С чего бы это? — меня кольнул укол ревности — вы вообще кто?

— Сколько ты за это хочешь? — по-деловому смотрит она, игнорируя мой интерес.

— Да не буду я вас мирить! Сами миритесь! — нет ну это уже слишком, еще я его бывших баб с ним не мирила, да еще и за деньги.

— Он не хочет — сокрушенно вздыхает она, чем еще больше меня