Академия Кроувилл. Наваждение для декана - Наталья Гордеевская

— Ешь! У тебя вид голодный, будто ты еду последний раз видела только вчера!

Он встал и резкими движениями натянул на себя кожаную куртку.

— Я возьму экипаж и вернусь, — пояснил он, поймав мой удивленный взгляд. — Потом мы вернемся в академию. Возражения не принимаются. Попробуешь сбежать еще раз — отработками не отделаешься, так и знай!

Как только за ним закрылась дверь, я набросилась на еду. Готовили тут очень вкусно, лучше, чем в академии! Нежная морская рыба с овощами под сливочным соусом таяла на языке, и я почти урчала, как сытый кот.

Черничное пирожное окончательно вернуло мне силы и веру в мир, даже настроение улучшилось.

Я откинулась на спинку кресла, борясь с подступающей сонливостью. Едва глаза закрылись, как в ушах снова зазвучал волнующий хриплый шепот: «Сладкая… как я и думал» Кожа загорелась от воспоминаний о жадных поцелуях, и кровь бросилась в голову, отдаваясь грохотом в ушах.

— Алиса!

Я вскочила с кресла, испуганно озираясь. Я уснула? Напротив стоял декан, держа в руке хрустальную пластину.

— Что-то случилось? — спросила я, указывая на нее. — Вам звонили из академии?

— Рик пришел в себя, — мрачно отозвался Рауф. — И ему есть что нам рассказать!

Глава 39

Я вскочила с кресла, суетливо приглаживая встрепанные волосы.

— Собирайся, и за мной, — сухо скомандовал декан. — Экипаж ждет у входа.

— Я не хочу в академию, — обреченно прошептала я, уныло подхватывая сумку. — Чем плох мой план — убежать и спрятаться? Поселилась бы в глуши, никому и в голову бы не пришло меня там искать.

— Действительно веришь в это? — усмехнулся Рауф. — Любой дар оставляет свой след, и сильному магу не составит труда его учуять. Это в городе ты можешь затеряться среди других, но рано или поздно тебя все равно обнаружат.

— Я не знала, — со вздохом признала я. — Я вообще мало что знаю из мира магии. Когда дар проявился первый раз, я была в таком ужасе, что убежала в кладовку и сидела там до вечера. Никто не мог мне ничего объяснить! В академии для сирот ни у кого нет дара!

Декан вышел в коридор и поманил меня за собой. Я нехотя поплелась за ним, размышляя, что меня ждет в академии за побег. Ректору сдадут? Декан назначит кучу отработок?

Мысли о странном поцелуе я старалась задвинуть в самый дальний угол сознания. Не хочу об этом думать прямо сейчас!

— Зачем вам экипаж, если вы можете летать? — спросила я, садясь на переднее сидение рядом с Рауфом.

— Люблю скорость, — ответил он, заводя мотор. — А лететь с тобой на руках в Кроувилл — замерзнешь по дороге. Высоко над землей может быть очень холодно, а ты при побеге даже не подумала взять с собой теплую одежду.

Воспоминание о горячем теле декана возникло в голове так внезапно, что я почти поперхнулась от неожиданности. Да что со мной такое? С какой стати мне на ум приходят такие мысли?

Экипаж мчал по ночному городу, лихо сворачивая на перекрестках. Уши закладывало, перед глазами рябили огни фонарей, и к горлу подкатила дурнота. Да уж, декан явно не шутил, когда сказал, что любит скорость!

— Можно помедленней? — тихо попросила я, украдкой глядя на Рауфа. — А то меня укачивает.

Он смотрел прямо перед собой, непринужденно постукивая пальцами по рулю. Я невольно залюбовалась его сильными руками в черных перчатках с обрезанными пальцами. И снова в памяти всплыл момент, когда эти горячие ладони скользили по моим плечам, посылая волнующее тепло по телу.

Щеки загорелись, и я отчаянно затрясла головой, стараясь вытряхнуть из нее все эти мысли.

— Что с тобой? — прохладно спросил Рауф, бросив на меня короткий взгляд. — Я же сбросил скорость. От чего такой вид?

Как ему удается быть таким невозмутимым? По его лицу никогда не поймешь, о чем он думает. Абсолютно бесстрастное выражение. Ни единой эмоции, лишь в глазах иногда мелькало что-то, но быстро пропадало. Не человек, а памятник ходячий! Сухарь!

— Ничего, просто задумалась, — встрепенулась я, кусая губы от досады. — Гадаю, что меня ждет в академии за мой побег.

— И какие соображения? — подчеркнуто вежливо поинтересовался он. — Может, подкинешь пару идей? Чистить зубной щеткой стадион — неплохо, но без фантазии, как по мне.

Еще и издевается!

— Вы же не расскажете, где именно меня нашли? — жалобно спросила я, представляя, как все об этом будут судачить. — Вам ведь тогда самому придется объяснять, что вы там делали!

А если еще вспомнить, что я сорвала ему все планы, и он остался без приятной компании… Нет, лучше не вспоминать! А то снова на него нападет его странное настроение, и кто знает, чем это все закончится.

В прошлый раз закончилось поцелуем.

— Ты за меня переживаешь или за себя? — внезапно развеселился декан. — Вряд ли кто-то мне будет задавать такие вопросы!

— За себя, — тихо пробормотала я, глядя в темноту за окном. — Не хочу, чтобы обо мне неправильно подумали.

— Тогда не скажу, — легко согласился он, выворачивая руль. — Можешь сама придумать вариант, который тебя устроит.

Экипаж свернул на неприметную грунтовую дорогу, и мы въехали в лес, который сейчас выглядел особо зловеще. Будто за каждым деревом притаилось по чудовищу, и вот-вот они все выскочат перед нами.

— По поводу наказания за побег, — начал декан, и я удивленно посмотрела на него. — Если ты мне пообещаешь кое-что, то сможем обойтись и без него.

В груди затеплилась надежда.

— А что пообещать? — несмело спросила я.

Рауф внезапно остановил экипаж и заглушил мотор, откидывая голову на подголовник сиденья и закрывая глаза. Его пальцы так сильно сжимали руль, что даже костяшки побелели. Я его чем-то разозлила?

— Ты пообещаешь, — сквозь зубы медленно выдохнул он, — что начнешь мне доверять. Не хочу, чтобы ты пострадала от своих необдуманных решений.

— Как я могу такое обещать? — в глазах предательски защипало. — Я же почти вас не знаю! Кроме того, что вы постоянно ко мне придираетесь и грозите отработками!

Он распахнул глаза и перевел на меня насмешливый взгляд.

— А ты присмотрись, — ехидно ответил Рауф. — Может, увидишь во мне не только противного декана, а кого-то еще? Например, мужчину, который хочет тебя защитить?

Я со стуком закрыла рот и смущенно уставилась на сумку.

— Только не начинай снова голосить, что это неправильно, — продолжил он. — Речь в первую очередь о твоей безопасности. Все остальное — разберемся позже. Поняла?

Я молча кивнула, чувствуя, как тепло от его слов разливается по телу.

— Учитывая, как легко