Перепутали спальни. Отец подруги - Ксения Фави

— Брат понял, что не готов к отношениям пока, — вздыхает Лиза, когда остаемся одни, — ты ему очень понравилась! Потому он прямо и сказал, не хочет, чтоб такая охрененная девушка тратила время. Его слова.

Они с дядей похожи в комплиментах.

— Спасибо ему за честность, — киваю.

— Не расстраивайся только! Я еще что-нибудь придумаю.

— Я не грущу. Даже не бери в голову.

Говорю совершенно искренне. И так же от души внутренне желаю Лизке заиметь свою активную личную жизнь и забыть о моей.

— Тетя Катя, Сергей и ребята завтра после обеда уедут. Мне тоже надо… Скоро ведь наш отпуск с мамой. Нужно маникюр сделать и все такое. Собираться начинать.

— Да, конечно. Поедем, — киваю.

Лиза щурится. Ох знаю я это выражение лица!

— Злат, а ты останься, как в прошлый раз, без меня, — подруга дарит мне улыбочку, — нормально же было? Побудь здесь недельку! Не стесняйся, отель не разорится от такого приглашения. Еда оптом закупается, а пару номеров всегда оставляют для своих.

В моей голове тут же мечутся мысли. Останусь я и Таханов…

— Хорошо… Если так, я подумаю.

— Вот молодец!

Надеюсь, Лиза простит мне мою тайну. Даже если у нас с Борисом не срастется, я расскажу ей. Не смогу всю жизнь скрывать. Хочу верить, подруга не будет ко мне слишком строга.

Едим десерт и гуляем немного по территории отеля. Потом Лиза вспоминает, что тетя приглашала ее зайти, пошептаться. Я говорю, что тоже пойду в номер, приму душ и почитаю что-нибудь.

В ванную и правда иду, конечно. Но потом мне вообще не до книг. Мысли так и летят к Борису, прислушиваюсь к шагам за дверью. Ненормальные эмоции!

Или так должно быть при сильной влюбленности?

В общем, я тупо лежу на кровати. Так, что даже не замечаю, как засыпаю. Не подозревая, каким будет мое пробуждение...

Глава 14

Таханов

Кажется, я понял, почему мой племянник удрал из Штатов. Их граждане любого достанут своими странными правилами. Даже если они уроженцы России и просто уехали туда. Как мой новый деловой партнер.

Нас свели по знакомству, он хочет вложиться в коттеджный поселок на нашем юге. Часть перепродажа, часть аренда. Ничего сложного.

Но вынес мозг он мне знатно по телефону. Я сто раз пожалел, что не скинул его на менеджера. Это уже наша национальная привычка, что со "своими" надо общаться самому.

Закончив разговор и сходив в душ, я, впрочем, полюбил все страны и народы вместе взятые. Ведь я освободился и держу в руке ключ от своего персонального рая.

Вернее, от Златиного номера.

Когда они засобирались на покатушки, я в очередной раз понял — затея с тайной очень, очень плохая! Я был на грани показать себя пещерным человеком и с криком "моя" утащить ее в отель за волосы. Но это скандальное выступление сорвал Иван.

Племянник поделился и тем, что знает про нас, и своим равнодушием к Злате, как к девушке. Хотя комплиментов ей наговорил…

Так что если я и расслабился, то не до конца. Я сам когда-то думал, что смогу не трогать эту прелесть.

Во всяком случае на прогулку я их отпустил, попросив Ивана за ней приглядывать. А потом сам погрузился в дела.

Быстро оказываюсь у нужной двери, пикаю карточкой. Жду недовольства нежным голоском, но тишина. Ее больше не возмущает, что я так вламываюсь? Не испугалась? Но заглянув в спальню, все понимаю — она спит.

Да, день сегодня был длинный. Осторожно сажусь на край кровати — ничего. Злата крепко спит.

Лежит не как в первую нашу встречу на животе, а на спине теперь. Руки и волосы разметала по подушке. Одну ножку согнула, вытащила коленку из-под одеяла.

В остальном она прикрыта, в том числе и мои прелести. Встаю и закрываю окно, оставив маленькую щель. Теперь не замерзнет. Возвращаюсь, тяну тонкое белое одеяло вниз. На девушке белая майка и короткие черные шорты. Не пижама. Ждала меня? Даже в бюстгальтере.

Отмечаю это, потому что не видны соски. Если попытаюсь снять его, точно разбужу. А у меня есть план поинтереснее.

В отличие от белья, которое плотно сидит, шорты Злата надела просторные. Из мягкого материала, типа трикотажа. И если задрать одну штанинку и сдвинуть… А после еще убрать с "дороги" тонкие трусики… Можно добраться до еще одной моей прелести.

Как я там сказал, доставлю удовольствие без члена? Не люблю бросать слова на ветер.

Я не разглядел ее как следует в наш первый раз. Кухонный вообще не считаю, там я только щупал.

А в первый раз моей задачей было расслабить ее, дать почувствовать, как хорошо нам может быть вместе. Разогреть перед главным шагом. Сделать ее оргазм своего рода анестезией. Отвлечь от болезненных ощущений дебюта.

Так что внешний вид "малышки" запомнил в общих чертах.

Сейчас держу пальцами ткань ее одежды и могу вдоволь налюбоваться. Хорошо, главная принцесса крепко спит.

Я бы сравнил ее там с персиком. Из-за кожи цвета легкого загара — это явно натуральный оттенок, вряд ли Злата загорает голышом. И еще из-за самой формы губок. Они не плоские, а выступают двумя небольшими округлостями. Ровными, нежными и мягкими на вид. Между ними уютно расположился маленький розовый клитор. Этот великолепный вид напоминает мне спелый фрукт или элитный десерт. Разве можно устоять и не попробовать?

Вначале аккуратно трогаю пальцем чувствительный холмик. Лепестки еле заметно дергаются. Злата сжимается и расслабляется вновь. Но сон все еще не потревожен.

В позе сна она как будто специально раскрылась мне навстречу. Как будто ждала! Ноги разведены, одна согнута и откинута. Сажусь на кровати между них. Наклоняюсь. Сиплю, потому что задеваю член, который от вида персика, конечно же, затвердел, как косточка.

Прости, дружище, не твой день.

Касаюсь языком ровно над ее складочками. Веду вниз по клитору к твердой его точке. Щекочу.

— Мм…

Завозилась от неги, но пока не просыпается.

Двигаюсь еще ниже. Вдруг язык срывается — скользко. И дело не в том, что кожа гладкая. Отстраняюсь и вижу выступившую смазку. Моя горячая прелесть…

Прижимаюсь всей поверхностью языка, рискуя разбудить. Но не могу отказать себе. Смачно слизываю ее влагу. Катаю на языке, как дорогое вино. Сладкая… Реально. Не знаю, как она это делает.

— Мм… Боря? — бормочет осоловело.

А я прусь от ее вкуса и этой формы имени из ее уст. Это ее "Боря" как будто окончательно сметает все условности между нами. Все преграды.