Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3 - Дия Семина

Она не упомянула Модеста, но в остальном права.

— А как мужчины обычно делают предложение?

— Дарят букет, иногда встают на одно колено, выучивают стишок и произносят его излишне слащаво. Но это если сильно влюблённый и прочитал хотя бы один романтичный роман. А если брак договорной, то невесту ждёт благословение родителей с хлебом-солью и иконой, никакого помолвочного кольца, долгий разговор между семьями, на котором, как правило, торгуются хуже, чем на рынке и через неделю или месяц свадьба. Банальная скучная сделка. Такая же и жизнь…

— Да уж, невесело. Но как только ты встретишь достойного человека, я попрошу Савелия придумать для тебя что-то феерическое и сказать идею жениху, намекнуть, что тебе было бы приятно получить предложение не банально, а романтично.

— Правда? Ой, я буду счастлива, как кошка рыбке. Честное слово, это, должно быть, глупость. Но счастье вообще часто считают глупостью те люди, кто ненавидит всё вокруг. Я рядом с такими задыхаюсь… Теперь я жду своего самого счастливого дня…

Она вдруг засияла от предвкушения счастья. Боже, как ей мало нужно, чтобы почувствовать себя счастливой. Но я ошиблась.

По-настоящему счастливой я её увидела несколькими минутами позже. В типографии нам подали на утверждение листы с тремя нашими плакатами.

— О, мой Бог! Как же это волнительно, восхитительно, шикарно, потрясающе, и вообще, я словно десять кульков с конфетами съела и тортом заела.

Печатник довольно улыбнулся.

— Такие восхитительные работы и печатать одно удовольствие. Всё ли устраивает? Оттенок голубого немного в бирюзовый ушёл, но мне вдруг понравилось. Я решил вам показать.

— Ах, кстати, да! Немного отличается от оригинала, но красиво. Можно и так и так. Разночтение не такое очевидное, и мне нравятся оба варианта.

— Тогда подпишете, и какой будет финальный тираж?

— По сто штук, — я начинаю и замечаю в глазах удивление, даже не поняла по какому поводу. — Что мало? Тысячу?

— Бог с вами, сто штук — это очень много, но мы напечатаем. Единственное, чуть подольше, но можно будет первую часть заказа забрать раньше.

— Вот и чудесно! Тогда примерно по двадцать штук сделаете, пришлите нам записку, или сразу плакаты, а позже остальной тираж. У нас на следующей неделе открытие…

— Как прикажете, с радостью приступаю к работе.

Печатник забрал образцы с подписями, а мне принесли новые счета на оплату. Сумма солидная, но я уже понимаю, что эти постеры можно продавать. Оттиски получились шикарные, все захотят повестить у себя нашу рекламу. Хотя это же типичное следствие недостатка красивых картин. Печать дорогая, полиграфия тоже в зачаточном состоянии, потому что она в какой-то мере локомотив прогресса. Тиражирование книг, картин, учебников…

Мои прожектёрские размышления нарушила Виолетта.

— А в магазине если вешать, то надо рамки?

— Точно, придётся купить или их лучше заказать? Постеры же типовые по размеру?

— Да, лучше купить простые, заказывают для картин, и в багетной мастерской, а это намного дороже.

До меня, наконец, дошло, что она не знает, как попросить деньги.

— Я тебе дам денег сколько нужно на рамки. Кстати, они же несложные в производстве, можно бы и у нас их делать. Но вообще фабрика уже загружена. Поручаю тебе найти надёжную мастерскую, где делают рамки, сделаем заказ, мы сами будем продавать готовые постеры в рамах. Так получится лучше и выгоднее.

— Ох, ты во всём видишь выгоду. Я так не умею. Но это очень полезное для женщины качество.

— Да уж, очень полезное. Но главное, чтобы люди не начали меня считать расчётливой стервой.

— Они всегда придумают, как обзывать, даже если не дашь повода — назовут скучной молью, — Виолетта иногда умеет бить не в бровь, а в глаз. Прям в точку про общественное мнение.

Не выдерживаю и смеюсь до слёз, потому что разница между расчётливой стервой и молью практически незаметна.

Мы приехали в магазин и к своему великому удивлению, увидели три разномастных экипажа у входа.

Сердечко ёкнуло от страха. Но на полицейские не похоже, вроде бы все штатские, но экипажи незнакомые. Покупатели?

У двери стоят несколько мужчин и о чём-то рассуждают, но дело грозит перерасти в небольшой скандал.

— Господа, а что происходит?

— Нам срочно нужна ваша мебель. Объявленьице-то увидели…

— Но в объявлении указано, что мы открываемся через шесть суток, — пытаюсь сдержать напор страждущих.

— Но нужно-то сейчас, — произнёс полный мещанин, и ведь не поспоришь с его доводом.

По моему телу промчалась энергия кайфа, вот прям словила эпохальность момента: «ИМ НУЖНА НАША МЕБЕЛЬ». И они не готовы ждать! Это тот самый знак успеха, какой я мечтала получить.

— Раз надо, так надо! На фабрике есть внушительный запас продукции, и вам там всё продадут, а если чего-то не хватит, то мы за короткий срок доделаем.

— Это на фабрике Егорова? Он разве ж на продажу-то делает? Там только от заказа, да и ждать — ещё один «знаток» решил уточнить, а я лишний раз убедилась, что маркетинг в делах Савелия вообще отсутствует, как вид деятельности. Даже посторонние люди не решались бы лишний раз за разносортицей проехать и поинтересоваться, а зачем, если у старьёвщика можно купить пусть потрёпанное, но сразу.

— Да, на этой самой фабрике Егорова, теперь у нас есть готовая продукция, какую можно сразу купить и забрать.

— А его-то где найти? Я сам-то не местный, обживаемся с супругой, вот объявление увидели, купить бы, — спросил самый бойкий покупатель, а второй ему тут же и ответил.

— Он, говорят, лежит после пожара, а фабрика в пригороде, недалече…

— Я жена Савелия Сергеевича, фабрика на мне, и что я скажу, то и будет, вам всё продадут, не волнуйтесь, но придётся проехать со мной, заодно посмотрите наши другие товары, ящики, например. Сейчас поступим так, Виолетта Робертовна, вы пока останьтесь в магазине, сегодня новая поставка, Виктор уехал с Савелием, так что приёмка на вас, дорогая моя, справишься?

— Конечно, пересчитаю, фактуры, заполню и подпишу, всё расставим на складе. А пока порисую новые зарисовки для визиток. Поезжай…

— Тогда, если ещё вот такие же покупатели приедут, отправляй всех на фабрику, адрес знаешь, пригород по Московскому тракту, там мимо не проедут.

Обнимаю понятливую Виолетту и отпускаю мою золотую рыбку в самостоятельное плавание. Работать нам теперь всем предстоит много и эффективно, часто поодиночке.

— Ну, что ж, господа, проедем на фабрику и там посмотрим, что вам приглянется — продам.

Мужчины поспешно разошлись по