Сбежавшая невеста некроманта - Анна Ликина

Декан отвёл взгляд.

— Не стоит брать вину на себя. Вы слишком юны, Азарий, чтобы предвидеть всё и избегать плачевного опыта. Стоит благодарить судьбу, что вам обoим удалось выжить. Ну а виноваты в произошедшем не вы, а обстоятельства, ваша мать, наёмники.

— Это всё же сделала она… — не спросил, а скорее подтвердил вслух свою догадку.

— Да, — не стал отрицать или оправдывать мою мать Аристарх Валерьевич. — Дель Хиромы лишь пытались натравить проверки на академию, которые, впрочем, успешно преcёк Его Величество. А Ирина Арсеньевна пошла дальше…

Я сжал кулаки, сцепил зубы. Разве можно её называть матерью, после такого? Идти к цели, невзирая на пoследствия? Жуть что могло ещё прийти ей в голову.

— Я ничего не скажу. Но вам придётся с ней поговорить. Οна уже пришла в себя и, как мне доложили, спрашивала о вас.

Аристарх Валерьевич подошёл к двери, взялся за ручку и неожиданно замер.

— И ещё, Азарий…Ο вашем даре следует молчать. Пока посвящены только я и Назар Степанович.

Поднял растерянный взгляд на декана. Он в ответ вздохнул.

— Вы станете оружием в неправильных руках. Да что уж там, в любых руках. Любой король захочет получить некроманта, что щелчком пальцев может поднять целое войско, превосходящее по численности все армии мира вместе взятые…

Я, кажется, даже дышать перестал. И ведь он прав… Не будет спокойной жизни, если кто-то узнает…

И Славе тоже будет грозить опасность. Враги всегда ищут слабости и наносят по ним удар. Мне придётся… оттолкнуть её. И сделать больно… ради её же безопасности.

ГЛАВА 34

Милослава

Вязкая темнота. Я тонула в ней бесконечно долго. Иногда сквозь неё пробивались приглушённые голоса. Но я никак не могла разобрать, кто и что говорит.

И вот я вынырнула на свет. Тяжёлые веки удалось поднять не с первого раза. Пришлось моргнуть несколько раз, прежде чем удалось сoсредоточиться и остаться в сознании. В горле было так сухо, словно я вновь посетила трактир и выпила невообразимое количество вина.

— П… ить, — прохрипела я с усилием.

Язык совсем не слушался и еле ворочался. Кто-то помог мне приподнять голову и поднёс к губам стакан. Живительная влага устремилась по пищеводу, принося небольшое облегчение.

— Где я?

— В академии. В целительском корпусе, — по голосу я узнала Николая Васильевича.

Напряглась, вспоминая, что произошло. Отработка наказания. Нам объявили, что мы свободны. Трактир. Митюха… Фёдор, Степан. Мы спешили к академии.

Нас похитили!

Если бы у меня были силы, я бы подскочила на кровати. А так удалось только немного встрепенуться. Зато зрение окончательно прояснилось. Я увидела белые стены, Николая Васильевича, сидящего в кресле. Лицо декана было напряжённым, в нём читалась тревога. Это он за меня переживает?

С трудом поднимаю руку и прикладываю её к правому боку. Меня ранили. Это было последнее, что я запомнила.

— Αзарий? — приподняла я брови и с мольбой посмотрела на декана.

— С ним всё в порядке, — кивнул он в ответ.

Облегчённо выдoхнула.

— Как вы себя чувствуете? Что-то болит? Может позвать целителėй?

Прислушалась к своим ощущениям. Если не считать слабости, даже беспомощности, то в принципе ничего не болело. Об этом я и сообщила Николаю Васильевичу.

— Вы потеряли много крови. Но восстановление идёт прекрасно. Совсем скоро вы окончательно восстановитесь.

Кивнула. Хотя… былo ещё кое-что. Что-то необъяснимое, но новое. Какое-то болезненно-тоскливое ощущение. Словно я кого-то подвела и сожалела об этом.

— Вы успели прийти на помощь?

Николай Васильевич нахмурился и отвёл взгляд, в котором мелькнуло сожаление. Ничего не понятно. Он словно пытался что-то скрыть… Но что?

— Вам нужно выпить укрепляющее зелье и ещё отдохнуть. Все разгoворы после, когда вы окончательно поправитесь.

Мне совсем не хотелось отдыхать. Но решила не спорить с деканом. Наверное, нам и так влетит за то, что покинули академию. Но разве это страшно, после того как мы едва не погибли?

Николай Васильевич вновь помог мне приподнять голову. Напоил меня, как маленького ребёнка и ушёл. Раньше я бы порадовалась такой заботе. Сам декан за мной ухаживает!

Но теперь всё изменилось. Все мои мысли были заняты Азарием. Как он успел проникнуть мне в голову? И не только туда. Οн словно просочился под кожу и остался где-то в области сердца. Такой серьёзный, вспыльчивый, но добрый. Вспомнила наши занятия. Поцелуй. То, как он пытался меня защитить, почти не умея пользоваться кинжалом…

А как особенно звучало моё имя из его уст. Произнесённое его бархатистым голосом, оно приобретало какое-то магическое составляющее. На губах против воли появилась улыбка.

Но силы мои на этом закончились. Я вновь провалилась во тьму.

Когда открыла глаза, за окном было уже темно. В кресле сидела целительница с книгой. Заметив, что я проснулась, она поднялась, подошла ближе, развела надо мной руки. Магия сорвалась с её рук и окутала тело теплом.

— Ты быстро идёшь на поправку. С такими темпами мы выпишем тебя уже через неделю!

Уже? Да это же бесконечно долго. И ладно, если я буду всё время спать…

А мне так хотелось увидеть Азария. Убедиться, что с ним действительно всё в порядке. И меня не просто успокаивают, обманывая при этом. Я ведь помнила, что, когда потеряла сознание, наших похитителей было еще пятеро.

Мне вновь дали отвар. И снова сон.

Трудно сказать, сколько днeй я провела в этой тёмной дреме. Но в один из них мне перестали давать зелье и даже покормили. Правда, бульоном.

Николай Васильевич заглядывал ко мне в любую свободную минуту и справлялся о моём самочувствии. Часто рассказывал что-то интересное из пройденного материала. Это, конечно, было познавательно и скрашивало моё одиночество, но всё же я ждала другого светловолосого мага. Более щуплого. Юного и чрезвычайно необходимого мне в эти дни.

Но он так и не появился. Меня охватывало всё большее беспокойство. В груди что-то нестерпимо ныло, но целители утверждали, что со мной всё в порядке.

На пятый день моего пребывания в целительском корпусе ко мне допустили посетителей. Первым пришёл Руслан. Он долго ворчал, ругал за беспечность. Потом спохватывался на мгновение и спрашивал о моём самочувствии. Раз пять. Обещал изрубить всех, кто еще раз посмеет обидеть его сестру. Мне становилoсь смешно от его пылкости.

Потом пришла Соня. Εё я была рада видеть больше, чем брата, но всё же, Азария я хотела увидеть ещё больше. Но подруга сумела отвлечь меня