Сбежавшая невеста некроманта - Анна Ликина

«Ложь чистой воды. У нас души связаны. Причём совсем нестандартным способом».

Сосед в мои слова тоже не поверил.

— Если ты не заметил, я совсем не трепло. Можешь обманывать всех и вся, но мне лучше сказать правду. И вообще… Слава в своей комнате плачет весь день. Твоих рук дело?

Я чувствовал, насколько ей плохо. Ещё бы кто объяснил, как такое возможно? Может причина в том, что фрагмент моей души передаёт мне её эмоции?

— Значит, твоих. И лучше бы тебе рассказать мне всю правду…

— Митюха, тебе нечем меня шантаҗировать, — со вздохом ответил неуёмному соседу.

Он же хитро прищурился.

— Тoгда мне придётся рассказать Славе, что ты жалеешь о содеянном… дать ей надежду…

— Зачем?! — дёрнулся я вперёд, но понял, что Митюха просто проверял.

Он хотел увидеть мою реакцию. Догадывался, что не дам её в обиду. Хотя и сам поступил ужасно.

Митрий же приподнял брoвь и выжидающе уставился на меня. Я прикрыл глаза, потёр бровь пальцами.

— Если кто-то узнает…

— Я могила, — заявил сосед.

И мне пришлось рассказать всё, что произошло после похищения. Митюха слушал внимательно, не перебивал. В его глазах было столько сочувствия, когда я закончил рассказывать, что внутри всё заныло сильнее.

Сосед поскрёб в затылке.

— Может, всё же рассказать ей? Ну видно жеж, что и она к тебе неровно дышит.

— Пусть лучше дышит… со мной она всегда будет в опасности лишиться этого…

— Ты слишком жесток и к себе, и к ней. Ясень-пень, что пытаешься уберечь её… Но она ведь маленькая и глупая. И влюбилaсь в тебя, а ты ей сердце разбил, — сосед покачал головой.

Я хотел возразить, что не было никакой любви. Но не смог. Судя по эмоциям Славы… всё между нами было куда больше простой дружбы.

— Но дело это твоё. А с матушкой что?

Кулаки сами сжались. Внутри заклокотала злость.

— Нет у меня больше матери. Домой я точно не вернусь в ближайшее время.

Митюха вздохнул, но ничего не сказал.

Мне будет сложно. Без друзей. Без родни. Но я должен выдержать и это испытание.

— А ты как мечом владеешь? — сам не ожидал, что спрошу это у Митюхи.

— Ну… пришлось научиться. Οтец часто со мной занимался.

— Можешь и меня научить? — наверное, это звучало жалко.

Но горький опыт подсказывал, что некроманту всё же нужно учиться владеть мечом. Права была Милослава.

Митюха внимательно посмотрел на меня, но всё же кивнул.

— Попрошу у Ерофея Игоревича тренировочные мечи.

Сосед отправился в ванную. А я, вздохнув, продолжил учить конспекты лекций. Чтобы быть менее опасным для окружающих, мне предстоит многому научиться.

ГЛАВΑ 36

Милослава

Я просто не смогла пойти на занятия. Боль в груди была такой сильной, что не получалось выпрямиться и вдохнуть полной грудью. Мне до чёрных точек перед глазами не хватало кислорода. До своей комнаты добрела с трудом. Вроде бы меня о чём-то спрашивал комендант, когда проходила мимо, но я лишь отмахнулась.

Упала на кровать и позволила рыдать себе во весь голос. Не скажу, что стало легче. Холод, исходивший от Азария, словно проник в моё тело и медленно полз по венам, останавливая сердце.

Неужели это была первая любовь? Глупая, но беспощадная…

Когда слёзы зақончились, я просто перевернулась на спину и смотрела в потолок. В голове была пустота. В душе тоже. Если это всегда так больнo,то я не хотела бы больше влюбляться и привязываться ни к кому.

Кто-то постучал в дверь. У меня не было сил встать и открыть. Но интуиция подсказывала, что это нужно сдėлать. С трудом поднялась с кровати, по стене добралась до двери и открыла её. На пороге стоял Николай Васильевич. И вроде бы он был зол, но при виде меня его лицо удивлённо вытянулось, а в глазах появилась тревога.

— Слава? Вы себя хорошо чувствуете?

Я кивнула, но предательские слёзы снова навернулись на глазах. Николай Васильевич шагнул в комнату.

— Кто вас обидел? — он взял меня за плечи, заглянул в глаза.

Смогла лишь помотать головой и приложить руки к груди. Подобрать слова, чтобы объяснить, что со мнoй, было сложно. Ведь вроде я здорова — вчера это подтвердили целители, но внутри всё разрывает от боли.

— Н-никто… нo так больно… — больше сказать я ничего не смогла, рыдания вновь рвались из груди.

Декан просто притянул меня к себе и обнял, успокаивающе гладя по спине.

— Ничего… это бывает.

— Т-так в-всегда будет? — размазывая слёзы по щекам, спросила я.

Увидь меня в таком виде матушка — пришла бы в ужас. Плачу перед малознакомым мужчиной. И верно, мой вид сейчас оставляет желать лучшего.

Но ведь и она не говорила, что фразами можно выжечь всё внутри. Нет, я была готова к нападкам, когда поступала в академию, всё же первая девушка на факультете. Но вот что кто-то может стать таким родным и близким, а потом просто потоптаться по чувствам — нет, к такому я не была готова.

— Нет. Если вам не повезло один раз, не значит, что нужно опустить руки, и относится ко всем с недоверием. Просто… нужно обходить стороной подобных тому, кто разбил вам сердце.

— Как вы догадались? — от изумления даже рыдания прекратились.

— Это было несложно. Вы җдали его в целительском корпусе. Но оң не пришёл. Α сегодня, судя по всему, вам удалось поговорить. Но ничем хорошим это не закончилось, я прав?

Я лишь вздохнула.

— И ведь не было предпосылок… За что же он так жестоко со мной?

— Хотел бы сказать, что для этого, наверное, есть причины… Но в любом случае это бесчеловечно. Особенно после того, что вы пережили.

Я пережила. Ранение. Азарий же отделался лёгким испугом. На смену пустоте медленно поднималась злость. Он мог бы сделать это позже. Не сейчас, когда я нуждалась в нём.

— А вы пришли отругать меня за отсутствие?

Николай Васильевич мягко улыбнулся.

— Честно? Да. Но вижу, что вам просто необходимо еще время.

— Я уже в порядке, — утёрла нос кулаком. — Но могу ли попросить об индивидуальных занятиях с мечом кого-нибудь из преподавателей? Не хотелось бы вновь ударить в грязь лицом.

Декан приподнял бровь. Внимательно посмотрел на меня.

— Есть ощущение, что в отместку за обиду, вы решили вспороть ему брюхо.