Лунная смена - Кэсси Александер

ГЛАВА 21

— ОХ.

Я не знала, как реагировать. В моем привычном мире повышение по службе всегда считалось чем-то хорошим.

— Я никогда не хотел, чтобы этот день настал. — Лукас подался вперед и снова спрятал лицо в ладонях. — Я совсем не такой, каким был Уинтер.

Не зная, что сказать, я продолжила разговор единственным доступным мне способом:

— В каком смысле?

Он поднял на меня глаза:

— Уинтер прикончил бы Виктора прямо там, в палате. Да черт возьми, он прибил бы его в ту же секунду, как услышал, что кого-то сбил черный грузовик.

— В этом городе полно черных грузовиков.

— Ты просто не знаешь Виктора. — Лукас покачал головой. — Но дело даже не в этом. Главное — я не хочу руководить. Я не такой, как он. И я даже становиться таким не хочу.

— А кто-то еще есть в очереди на его место?

— Фенрис-младший. Но до этого еще несколько лет. Стая не может так долго оставаться без вожака.

— Уинтер еще не умер.

— Пока еще нет, — мрачно повторил Лукас. — У Хелен есть доступ ко всем общим счетам — она получила его, когда погиб Фенрис-старший. Но любое время без вожака — это слишком долгий срок для существ, которые привыкли, что ими управляют. Достаточно долгий, чтобы у некоторых начали появляться дурные мысли. Если он не исцелится, мне придется принять власть в следующую ночь полнолуния. — Он глубоко вздохнул. — Зря я тебе всё это рассказываю.

— Не переживай. Я умею хранить секреты. — Например, такой, что прямо сейчас в моем кармане лежит кровь Уинтера.

Лукас пристально посмотрел на меня своими светло-карими глазами. Вокруг зрачков у него шла темно-коричневая, почти красная каемка. От нахлынувшего чувства вины у меня к лицу прилила кровь.

— Спасибо тебе.

***

Остаток ночи прошел без происшествий. Мы сдали смену той же бригаде, что дежурила вчера, и вместе пошли в раздевалку. Мне хотелось на едине спросить у Джины, с чего вдруг она взяла дополнительную смену, но к тому времени, как я перепрятала тест-полоску в карман уличной одежды и дважды вымыла руки, её уже и след простыл.

Когда я выходила, как раз прибыло семейство Уинтера. Хелен, которая, как я понимала, теперь временно тянула на себе роль матриарха, была одета во всё черное, а рядом семенил Фенрис-младший.

— В этом месте… — Она резко осеклась, и её лоб прорезали тревожные морщины. — Здесь пахнет Виктором. Он был тут? Он приходил сюда ночью?

Я посмотрела на Лукаса, который измученно стоял позади неё, ожидая подсказки.

— Приходил, но я его выставил, — ответил Лукас. — Я знал, что ты бы поступила точно так же.

— Вот и умница. — Она повернулась ко мне и порывисто протянула руки, словно мы были близкими подругами — она в своем лучшем воскресном наряде, а я в медицинской форме. От неожиданности я обняла её в ответ. Хелен прижалась своей щекой к моей, крепко удерживая меня и шумно вдыхая запах моих волос. — Не подпускайте этого ужасного человека к моему отцу. Не позволяйте ему спускаться сюда. Вообще никогда.

Ну супер, только роли вышибалы для местных оборотней мне и не хватало.

— Скоро вы встретитесь с соцработником — вам стоит сказать об этом ему, — посоветовала я.

Она слабо улыбнулась мне:

— Хорошо. Обязательно скажу. — И она снова вцепилась в меня, будто отчаянно нуждалась в поддержке. — Спасибо вам огромное за всё, что вы делаете.

— Да… не за что? — выдавила я и умоляюще посмотрела на Лукаса.

Тот подошел, перехватил Хелен и осторожно увлек её от меня.

— Вы ведь сохраните ему жизнь ради нас, правда? — спросила она уже из объятий Лукаса.

Мне очень не хотелось давать обещаний, которые я физически не могла выполнить. К тому же я даже не была её лечащей медсестрой. Но я оказалась зажата в угол под умоляющим и полным надежды взглядом Джуниора — и мой дурацкий, не умеющий вовремя помалкивать рот уже начал было безрассудно выговаривать: «Хорошо…»

Лишь внезапное появление нашего соцработника спасло меня от самой себя. Он приглашающе махнул рукой, уводя семью Уинтера в комнату для совещаний дальше по коридору. Йорген заходил последним. Поравнявшись со мной, он притормозил и демонстративно принюхался.

— Вымой руки, девка. Ты недостойна даже пахнуть им, — бросил он на ходу.

Я крепче сжала в руках сумочку и поспешила к выходу, стиснув зубы и удерживая всю правду за ними.

ГЛАВА 22

Бесконечная смена медсестры Эди наконец-то подходила к концу, слава тебе господи. Я лавировала между посетителями в вестибюле, которые спали на диванах, расставленных рядами на манер церковных скамей. В ненастную погоду бездомные частенько обосновывались здесь, утверждая, будто ждут друзей. И отличить их от реальных родственников, которые и впрямь кого-то караулили, было той еще задачкой. Сегодняшнее утро не стало исключением.

На выходе я заметила Лус: она крепко спала на краю дивана, скрестив руки на груди и прислонившись к колонне. Мне безумно хотелось подойти, разбудить её и спросить, как там Хавьер, но она проторчала здесь целых восемь часов и сама ничего не могла знать. Моё дежурство окончено, и мне жизненно необходимо, чтобы оно таким и оставалось. Мне нужно домой.

Этим утром я возвращалась в темноте. Дрена не оказалось ни в вестибюле, ни под навесом, ни рядом с машиной, ни под ней, ни внутри неё — я проверила даже багажник. Я пересмотрела слишком много ужастиков, чтобы пренебречь такой проверкой.

К тому моменту, как я добралась до дома, на улице уже окончательно рассвело, и я решила, что теперь-то я в безопасности. Двенадцать часов на работе — это чертовски долго, даже если ты не проводишь каждую минуту на ногах. Я отперла входную дверь, уже вовсю мечтая о душе.

Но Дедушка внезапно зашелся яростной бранью. Я замерла прямо на пороге.

— Что здесь происходит? — Ключи всё еще были у меня в руке — я просунула самый длинный между пальцами, чтобы в случае чего использовать как кастет.

В ответ из глубины квартиры донесся глухой стон. Оставив дверь нараспашку, я сделала еще шаг внутрь.

— Есть кто?

Снова стон. Я дошла до гостиной и уставилась на свой диван. На нем кое-кто сидел. Гидеон помахал мне рукой, лишенной пальцев. Мой взгляд скользнул выше, к его лицу, на котором теперь не было ни глаз, ни ушей, ни губ, и меня чуть не вывернуло наизнанку —