Тайная страсть. Мое искушение - Ася Мори

могу ответить…

— Ты подаешь на развод, ведь так?

— Скорее всего, да.

— Тогда что нам мешает?

— А ты не догадываешься? — Разворачиваюсь к нему полностью, крепче сжимая пальцами

крупную ладонь.

— Понятия не имею, — он усмехается, проводя языком по верхней губе.

— Ян, не дури. У нас разница в возрасте почти пятнадцать лет.

— Меня это не волнует, — спокойно отбивает он. — И, предвосхищая твой комментарий,

тебя тоже не должно волновать.

— Наша связь будет волновать не только меня, но и окружающих.

— Тебе не все равно, что о нас подумает кто-то там?

— Не кто-то там, Ян, а все мои друзья и знакомые. Я уже не говорю о твоих родителях…

— Дыхание, пришедшее в норму после разговора на вилле, по новой сбивается.

— По поводу мнения моих родителей… как ты и сама знаешь, мне абсолютно все равно. В

остальном, мне кажется, окружающим тоже нет никакого дела до нас. Какая людям

разница, кто с кем спит?

— Ян, — прикладываю руки к щекам, — прекрати!

— Нет, Корица, я буду дразнить тебя до тех пор, пока ты не перестанешь воспринимать

меня как мальчишку и не начнешь воспринимать как мужчину. Твоего мужчину, –

произносит он ровно, но с напором.

— Хорошо… Даже если представить нас вместе, как мы будем строить отношения? Я живу в

России, ты — в Испании. Между нами огромное расстояние.

— Ты могла бы переехать ко мне, — огорошивает предложением.

— Исключено, — качаю головой, теребя край льняной жилетки. — У меня свое агентство

рекламы в Санкт-Петербурге, и довольно-таки успешное.

— Я не прошу тебя его закрывать…

Знакомые ворота разъезжаются, и Ян медленно паркует машину во дворе. Он глушит мотор

своей желтой кошки, разворачивается ко мне и опускает свободную ладонь на мой

затылок, зарываясь пальцами в волосы и выводя мягкими движениями узоры, от которых

по коже бегут мурашки.

— Кто-то из Berillo Group должен регулярно наведываться в Россию. И этим кем-то могу

стать я. Попробуем жить на две страны.

— Ты слишком спешишь…

— Я просто знаю, чего хочу.

Без всяких сомнений, Ян изначально планировал привезти меня к себе, не получив

согласия. Мне льстит его напористость, и страшно себе признаваться, но я ощущаю

облегчение от того, что он поступил именно так.

Он достает из багажника мой чемодан и относит его в дом. Я спешу за ним, изучая

каждое его движение. Его широкие плечи, рельефные натруженные руки, узкие накачанные

бедра. Как жаль, что между нами такая огромная пропасть — разница в возрасте и

жизненные обстоятельства.

— Когда ты улетаешь назад? — спрашивает Ян, когда мы спускаемся в необжитую гостиную.

Сегодня я замечаю, что заводская плёнка с мебели исчезла, а кухонный гарнитур

заставлен посудой: повсюду тарелки, стаканы и кружки. Сердце, словно комната,

согретая пламенем камина, наполняется теплом. Возможно, мне только кажется… похоже,

он обживает этот дом ради меня.

— В воскресенье рано утром.

— Тогда у меня есть предложение.

Ян приближается ближе и заключает меня в кольцо рук. Я доверчиво склоняю голову ему

на плечо и прижимаюсь всем телом, ощущая жар его кожи.

— Какое? — мурлычу едва слышно.

— На эти несколько дней ты станешь моей девушкой. Позволишь мне показать тебе мою

жизнь? А ты мне расскажешь о своей? Что думаешь?

Я провожу подбородком по его стальной груди, задирая голову вверх. Наши взгляды

скрещиваются, наполняя нас желанием и безмолвным согласием.

— Я согласна… — слова выскальзывают из меня прежде, чем я успеваю их обдумать.

Ян подхватывает меня на руки, заставляя обвить его ногами. Успеваю почувствовать

каменную твердость, упирающуюся мне в живот. Я тихонько хихикаю.

— Тогда… на правах официального парня я могу тебя сейчас хорошенько поиметь?

— Никаких других интересных занятий в этом доме нет? — подначиваю.

— Я сейчас накажу эту наглую попку за такие дерзкие высказывания!

Он наклоняется совсем близко, как положено «официальному» парню, и накрывает мои губы

своими. Его вкус кажется таким естественным, словно он всегда был частью меня. Он

кусает, ласкает, упивается мной. Нетерпеливые руки раздевают меня средь бела дня, мы

целуемся прямо напротив панорамных окон.

Ян, в отличие от меня, не боится и не тревожится из-за того, что кто-то из персонала

может нас увидеть. В его мире — мире молодого и уверенного в себе парня — все просто

как дважды два. Увидел женщину, захотел — и вот она уже его. В моем же случае

история не так проста.

До самого вечера мы не отлипаем друг от друга. У нас не остается сил ни на что, но

все же мы заказываем доставку ужина.

Где-то через час раздается звонок в дверь. В полной уверенности, что это курьер с

едой, Ян идет открывать. Через секунду я слышу взволнованный голос охранника. Он

что-то говорит на испанском, но я отчетливо различаю одно слово, благодаря которому

понимаю, о чем речь. Андрей. Каким-то образом он понял, где я нахожусь.

Глава 17

— Твой муж у ворот, — сообщает Ян, подтверждая мою догадку.

— Ты позволишь ему зайти?

По коже ползет неприятный озноб, впиваясь в каждую пору. Впервые в жизни я боюсь

встречи с Андреем. Обычно сдержанный и вовсе не склонный на щедрые эмоции человек,

он подозрительно быстро прилетел в Испанию.

— А ты хочешь с ним поговорить? — Ян весь напрягается, как сжатая пружина.

Я могу понять его реакцию. Какой-то недовольный и, вероятно, отчаянный мужик

собирается ворваться к нему в дом и потребовать встречи с супругой, которая весь

день предавалась страсти со своим… эмм… любовником? Звучит отвратительно.

— Да. Я должна поставить точку в отношениях с ним. В нашем браке. Он прилетел, как и

обещал. Я не могу его проигнорировать… — аргументирую, с грустью опуская взгляд на

свои голые ступни.

Половину дня мы ходили по дому голышом, никого не стесняясь, а перед приездом курьера

я все-таки натянула на себя спортивный костюм. Ян тоже накинул домашние серые брюки

и черную майку.

Он кратко объясняет что-то своему сотруднику, и тот, ответив «Вueno!», что означает

«хорошо», уходит на пункт охраны.

Я мысленно проговариваю диалог, который может состояться у меня с Андреем, и краем

глаза наблюдаю за собранным Яном. На его лице ни грамма сомнений или неловкости. Он

уверен в себе и в своих действиях в отношении меня. Это неслабо подстегивает быть

сильной. Бесспорно, он предпочел бы сейчас заниматься чем-то более приятным, чем

встречать моего мужа на пороге.

Подготовиться к разговору об изменах и разводе заранее невозможно, но последний

Рубикон уже пройден, путь назад отрезан. У нас