Развод. Лишняя жена дракона - Дина Нежина

— Ты не сказала мне остановиться, — прошептал он со звенящим торжеством и едва сдерживаемым голодом в голосе.

— Может, потому что я не хочу, чтобы ты останавливался?

После моего вопроса его глаза вспыхнули каким-то хищным пламенем, превращаясь в узкую щелочку.

Он склонился к моему лицу и медленно горячими губами, опаляя меня дыханием, начал покрывать мою кожу поцелуями от скулы к шее и ниже.

Я невольно выгнулась ему навстречу, а с губ сорвался тихий вздох.

— Тише, — прошептал он куда-то в ключицу, уже держась за край моей сорочки. — Я слишком долго этого ждал, позволь тобой насладиться

Он медленно стянул с меня нежную ткань, следуя поцелуями за каждым открытым участком тела. Под его прикосновениями моя кожа пылала, а внутри разливалось непривычное тепло.

— Ты прекрасна, — глухо выдохнул он, вновь оказываясь на уровне моего лица. — Я говорил тебе это?

— Кажется, нет, — смущённо выдохнула я.

— Значит, буду говорить чаще, — наклонившись, он впился губами ямки у основания шеи, где бился пульс, заставляя меня вновь вздрогнуть, рукой блуждая по моему телу.

— Это не честно, — я нахмурилась, упираясь руками в его плечи, заставляя чуть отстраниться. — Ты одет.

— Исправлю, — почти по — воински ответил он и в тот же миг стянул с себя рубашку одним движением. И пусть я уже видела его обнажённым, когда меняла повязки, сейчас я не могла отвести от него глаз.

Широкие плечи выгодно были подчёркнуты светом пламени, а мышцы красиво перекатывались под кожей при каждом его хищном, но в то же время слишком грациозном движении.

— Осторожно, — я коснулась пальцами края повязки, где должна быть ещё свежая рана. — Ведь ещё не зажило.

— К демонам раны! — Он перехватил руками мои запястья и навис надо мной.

Глава 35

В его золотых глазах плясало пламя. И от камина, но гораздо жарче было пламя от того, что разгоралось между нами. Я чувствовала его дыхание на своих губах. Жар его тела опалял меня, все мысли вылетели из головы. Мне лишь хотелось, чтобы он продолжал сжимать меня в объятьях, смотрел на меня так, что я верила в его любовь и чувствовала себя самой красивой и самой желанной женщиной на всём свете.

Веки закрывались сами собой, и я не могла сдержать стонов, что вырывались из меня в ответ на страсть Вэллиана.

— Посмотри на меня, Алана, — потребовал он, — я хочу видеть твои глаза.

Я послушно распахнула глаза и тут же наткнулась на его взгляде. В котором одновременно закручивались и триумф победителя, заполучившего свою женщину, и голод хищника, поймавшего добычу в сладкий плен. А еще там к моему удивлению я разглядела уязвимость. Он тоже боялся. Боялся, что я откажу. Испугаюсь. Или что передумаю в последний момент.

Я медленно подняла руку и коснулась его лица. Провела пальцами, обрисовывая скулы, коснулась щеки и самого уголка губ.

Вэллиан замер от этого невесомого прикосновения, словно я касалась самой сердцевины его души, а не просто кожи.

— Я не боюсь, — прошептала я, отвечая ему на невысказанный вопрос, — Я буду с тобой, даже если проклятье возьмёт верх над тобой, и ты станешь прежним.

— Не стану, — в его голосе звучала твёрдость, словно он придумал план, который наверняка должен ему помочь.

Он отпустил мои запястья, а заскользил своими пальцами по моим рукам, по плечам, опускаясь всё ниже и ниже медленно, словно старательно восстанавливая в памяти каждый изгиб моего тела.

Я мимолетно коснулась взглядом того места, где должна была быть рана. Шрам уже должен был начать затягиваться. Я провела по нему пальцами, почувствовав в тот же миг, как внутри всё сжимается от воспоминаний.

— Это из-за меня, — вырвалось у меня, прежде, чем я успела подумать о чём-то другом.

— Это ради тебя, ради меня, — поправил он, — и знай, я бы сделал это снова и снова без малейших раздумий.

Он перехватил руку, поднёс к губами и перецеловал каждый палец. Потом поцеловал ладонь и запястье, там где бился пульс. Его губы были не просто горячими, а обжигающими, и от его поцелуев словно разгонялась моя кровь, а пульс ускорялся всё больше и больше.

— Вэллиан… — выдохнула я.

— Тш-ш-ш, — он накрыл мои губы своими, и всё остальное исчезло.

Поцелуй был долгим и нежным. Он не торопился, будто пробовал меня на вкус. Я отвечала, запустив пальцы в его волосы, притягивая ближе к себе.

Его руки скользили по моей спине, я вся обратилась в ощущения его ладоней на моей коже, обжигающе горячих, но таких необходимых мне сейчас.

Он остранился на мгновение, когда его глаза были чёрными и невероятно глубокими от царящего в них желания близости. Он сдерживался изо всех, чтобы не броситься на меня. Ждал, спрашивая моего согласия.

— Ты хочешь? — прошептал он хрипло.

Я кивнула, слова были не нужны.

Он словно облизывал меня своим взглядом, столько восхищения в нём читалось.

Вэллиан вошёл в меня медленно, давая привыкнуть к себе. Я закусила губу, чувствуя, как его тело наполняет моё, как он заполняет пустоту, которую я носила в себе так долго.

Он замер, глядя мне в глаза:

— Так хорошо? — и когда я порывисто кивнула, стиснул меня в своих руках и подался бёдрами вперёд, заставив охнуть: — Ещё?

Он начал двигаться, плавно и ритмично. Каждое его движение было наполнено нежностью и испепеляющей страстью.

Я прижималась к нему, меня сводило с ума ощущение его кожи, скользящей по моей. Его губы целовали меня, руки гладили тело, наши сердца, выбрав единый ритм, бились в унисон.

— Ты моя! — рычал он в мои губы, начав вколачиваться в моё тело с неистовством.

Я не могла говорить от переполнявших меня ощущений. Жар его тела, тяжесть рук, его горячее быстрое дыхание, его хриплый шёпот. Всё это кружило голову, уносило меня выше облаков, и я позволила себе просто быть с ним, быть собой, отдаться чувствам полностью и без оглядки.

Вэллиан тоже не сдерживал себя, все преграды рухнули между нами, мы потеряли не нужные сейчас стыд и скромность. Мы были словно звери, но звери влюблённые.

Именно поэтому я закричала в голос, когда собравшаяся внизу моего живота тугая пружина взорвалась, словно огромная волна накрыла моё тело, заставив меня судорожно выгибаться под тяжелым мужским телом.

Вэллиан прижимал меня к простыням, с удовольствием пережидая пик моего наслаждения. Он на