Моя вина. Трилогия в одном томе - Мерседес Рон

– Твой подарок, – объявил я, протягивая ее.

Ноа взволнованно взглянула на меня, и, когда открыла коробочку, ее глаза расширились от удивления, а затем наполнились слезами.

– Он все еще у тебя… Я думала… Думала, ты его выбросил, думала…

Я заставил ее замолчать поцелуем и вытер слезы пальцами.

– Я никогда не смог бы выбросить этот кулон, Ноа. Я отдал тебе свое сердце два года назад, и теперь отдаю снова…

Ноа погладила серебряное сердце, которое я подарил ей на восемнадцатилетие.

– Я заказал в ювелирном, чтобы в него встроили маленький голубой бриллиант… Знаешь, Эндрю тоже должен быть частью этого, тебе не кажется?

Ноа улыбнулась, счастливая и все еще взволнованная.

– Это лучший подарок, который ты мог сделать. Я скучала по этому кулону, скучала по всему, что он значил для меня и для тебя.

– Я знаю… Ему не следовало покидать твою шею, Ноа, было неправильно забирать его.

Она покачала головой.

– Ты сделал то, что чувствовал в тот момент, Ник… Я причинила тебе боль, я не заслужила это носить.

Я взял кулон и вынул его из коробочки.

– Теперь никто и ни за что не заберет его у тебя, – проговорил я, застегивая его со всей любовью, что во мне была.

Я поцеловал ее обнаженное плечо.

– Если ты устала и хочешь домой, просто скажи, и мы тут же уйдем.

Ноа покачала головой, она выглядела счастливой.

– Я хочу насладиться этим днем. Он идеален.

55. Ноа

После вечеринки мы собрались, чтобы закончить комнату Эндрю. Ник сопровождал меня, и мы вместе купили все необходимое: пеленальный столик, красивую коляску, больше похожую на робота… и тысячи других вещей, о существовании которых я до этого не знала и с которыми нам помогла мама.

На вечеринке нам дали все, в том числе и очень дорогие вещи, одно из преимуществ того, что все наши друзья – миллионеры… Ребенок еще не родился, но я чувствовала, что нужно поскорее сделать все необходимое, только тогда я буду в состоянии расслабиться, что все мне и советовали.

Я не узнавала себя. У меня были эмоциональные приступы, которые сводили Ника с ума, но он был достаточно терпелив.

В конце концов я позвонила Чарли. Нужно было сказать ему, что даже если это причинит мне боль, мы больше не сможем быть друзьями: мои отношения с Ником важнее, и я не собираюсь их портить. Поскольку я считала, что это не телефонный разговор, то, когда позвонила, предложила встретиться днем за чашечкой кофе, но он предложил свой дом в качестве места встречи. Он поклялся, что Майкла не будет, и я согласилась.

Когда Чарли открыл дверь, я почувствовала радость, и через секунду мы уже обнимались, что было немного сложно, учитывая мое состояние.

– Ты выглядишь привлекательнее, чем когда-либо, – заметил он, поддразнивая меня. Я закатила глаза и вошла в дом. Нахлынули воспоминания о той ночи, пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и насладиться тем, зачем я пришла.

Чарли не заслуживал того, как я с ним поступила. Конечно, не следовало прекращать с ним общение, но все и без этого шло не так, как следует. После расставания с Николасом я изменилась в худшую сторону и замкнулась в себе. Я не была бы ему хорошим другом.

Он сказал, что бросил университет и провел пять месяцев в реабилитационном центре. Чарли был алкоголиком, и мне было грустно, что я до сих пор не знала, что у него случился рецидив. Он сказал, что никогда не чувствовал себя лучше и что эти месяцы сделали его другим человеком.

Все было замечательно, пока мы не затронули ту самую тему.

– Знаю, ты даже слышать не хочешь о моем брате, но, клянусь, он сожалеет обо всем, что сделал с тобой, Ноа, – умоляюще посмотрел он. Казалось, ему было важнее, чтобы я все простила и забыла, чем самому Майклу. – Его снова приняли на факультет, и он работает теперь с несколькими студентами с психическими расстройствами… Он им здорово помогает, знаешь?

– Знаю, что он твой брат, Чарли, но хочу оставить его позади… понимаешь? Мне очень жаль, что придется оставить и тебя, но я не могу рисковать, находясь рядом с Майклом. Надеюсь, ты понимаешь.

Чарли огорченно кивнул.

– Я рад, что ты снова с Николасом, ты выглядишь счастливой.

– Спасибо, – сказала я, крепко обняв его. – Спасибо за то, что ты хороший друг.

Я вышла из его дома с тяжелым сердцем. Я ненавидела прощания, но теперь хотела начать новую жизнь, и, если Ник смог начать с нуля, я должна сделать то же самое.

Когда я вернулась домой, у меня немного закружилась голова, поэтому я сразу легла спать. Ник вернулся с работы через пару часов, и я заметила, что он ведет себя гораздо тише, чем обычно.

– Ты не против выключить кондиционер? – спросила я, лежа на кровати и наблюдая, как он снимает галстук и пиджак.

Ник нахмурился и сделал, как я просила. Затем он, казалось, какое-то время колебался, прежде чем подойти ко мне.

– Ноа, я знаю, что ты была у него, – сказал он, полностью лишив меня равновесия.

Я почувствовала, как холодный пот побежал по спине.

– Что?..

– Стив.

«Конечно… Стив, вот дерьмо».

– Я была у Чарли, но мы просто поговорили.

Ник крепко сжал челюсти.

– Ты пошла к Чарли, а когда вернулась домой, тебе стало плохо… Может быть, это как-то связано с тем, что там был кое-кто, кто довел тебя до такого состояния?

– Что? Нет! – я вскочила с постели. В этот момент мою спину пронзила острая боль, от которой перехватило дыхание.

– Ноа? – встревоженно сказал Николас, подбежав к кровати.

Я глубоко вздохнула, и боль прошла так же быстро, как и появилась.

– Не волнуйся, я в порядке, – подтвердила я, откидываясь на подушки.

– Тебе плохо, – заметил он. – Ты бледная, черт возьми.

Его пальцы смахнули влажную прядь с моего лба.

– У тебя лихорадка, Ноа, – встревоженно сказал он.

– Нет… Я в порядке, правда… Просто немного устала.

Я видела, как он разрывался между гневом из-за того, что я пошла к Чарли, и беспокойством о моем состоянии. Не могла видеть его расстроенным, не хотела, чтобы он думал, что